Мэри Поппинс с Вишневой улицы
Шрифт:
– - Мэри Утренняя Звезда, -- сказал он.
– - Приветствую тебя в нашем лесу.
– - Он поклонился и коснулся лба Мэри своим. Затем повернулся к детям и проделал со всеми четырьмя ту же церемонию.
– - Мой вигвам ждет вас, -- сказал он с торжественным дружелюбием.
– - Мы жарим оленя. Милости просим разделить с нами наш ужин.
– - Великий Вождь Полуденное Солнце, -- ответила Мэри Поппинс, -- мы заглянули совсем ненадолго. В сущности, только проститься. Мы совершили кругосветное путешествие. И это наша последняя остановка.
– - Да что ты говоришь, Утренняя Звезда! -- воскликнул Великий Вождь. -- Я часто сам мечтал о таком путешествии! Но все равно, вы должны побыть с нами немного. Пусть этот молодой воин (он кивнул на Майкла) потягается в беге с моим пра-пра-правнуком, имя которого -- Летящий Как Ветер. -- И Полуденное Солнце хлопнул в ладоши.
– - Хай! Хо! Хи-и!
– - громко закричал он.
В ту же секунду из одного вигвама выскочил небольшой мальчишка, подбежал к Майклу и легко хлопнул его по плечу.
– - Догоняй!
– - крикнул он и помчался со всех ног в лес.
Майкл, конечно же, бросился вдогонку, Джейн кинулась следом. Все трое носились между соснами, кружили вокруг толстенных деревьев. Вел бегунов Летящий Как Ветер, сколько было шуму, сколько веселья!
Догнать пра-пра-пра-правнука было невозможно. Джейн первая сдалась, но Майкл, стиснув зубы, продолжал бег. Нет, он не мог допустить, чтобы краснокожий мальчишка оказался проворнее его.
– - Я все равно догоню тебя, -- кричал он.
– - В чем дело? Что происходит?
– - вдруг резко спросила Мэри Поппинс.
Майкл глянул на нее и остановился как вкопанный, потом опять было сорвался с места, но, к своему удивлению, не увидел ни Летящего Как Ветер, ни Великого Вождя, ни костра, ни вигвамов. Не было даже ни одной сосны. Одни только скамейки, Джейн, близнецы в коляске и Мэри Поппинс, стоявшая на центральной дорожке парка.
– - Бегать столько раз вокруг садовой скамейки! Да ты просто сошел с ума! Столько глупостей в один день. Могло бы уж и надоесть. Идем скорее!
Майкл, обидевшись, надул губы.
– - Вокруг света и обратно -- и всего за минуту! Что за чудесная коробочка!
– - восторженно проговорила Джейн.
– - Отдайте мне мой компас!
– - потребовал Майкл.
– - С вашего позволения, это мой компас, -- сказала Мэри Поппинс и опустила его в карман.
Майкл посмотрел на нее, как будто хотел убить. Но только пожал плечами, пошел впереди всех и не проронил больше ни слова.
– - Когда-нибудь я обгоню этого мальчишку, -- процедил он сквозь зубы, входя в калитку дома N 17 по Вишневой улице.
Но мохнатое чувство у него в душе не угомонилось и после кругосветного путешествия с компасом. И к вечеру он стал просто невыносим. Подождав, когда Мэри отвернется, он ущипнул близнецов; те заплакали, а он притворно-ласковым голосом стал их утешать.
Но Мэри Поппинс не легко было обмануть.
– - Ты что, ничего не чувствуешь? На тебя ведь кое-что надвигается, -- сказала она многозначительно. Но он уже закусил удила, ему не было и ни стыдно, и ни страшно. Он пожал плечами, дернул Джейн за волосы, потом подошел к столу, где был накрыт ужин, и опрокинул свою миску с хлебом и молоком.
– - Как не стыдно, Майкл, -- покачала головой Мэри Поппинс.
– - Ты весь день безобразничал. Но это уже предел. Я не сталкивалась с подобным за всю свою длинную жизнь! Сейчас же убирайся отсюда. Немедленно в постель, и никаких разговоров!
Никогда еще Майкл не видел Мэри Поппинс в таком гневе.
Он пошел в детскую и стал раздеваться. Нет, ему не было стыдно. Да, он очень плохой. Ну и пусть: будет еще хуже. Нет, ему не стыдно. Он убежит от них и пристанет к бродячему цирку. Раз -- дернул рубашку и пуговицы нет! Вот и хорошо. Утром меньше застегивать. Еще одна! Тем лучше. Нет, ему совсем, совсем не стыдно. Он не причешется и не почистит зубы перед сном. И молитву не прочитает.
Майкл уже почти лег в постель, сунул под одеяло ногу и вдруг увидел на комоде компас.
Он осторожно, на цыпочках прошел по комнате. Он знал, что сделает. Возьмет этот компас, покрутит его и отправится путешествовать вокруг света. И они никогда его не найдут. Никогда больше его не увидят. Они еще обо всем пожалеют. Майкл неслышно перенес стул к комоду. Залез на него и взял компас. Несколько раз повернул его.
– - Север! Юг! Запад! Восток!
– - быстро прокричал он, боясь, что кто-нибудь войдет и помешает.
За стулом раздался громкий шум. Майкл виновато обернулся, думая, что это Мэри Поппинс. Но вместо нее увидел четыре гигантские фигуры, подступавшие к нему, -- эскимос с копьем, негритянка с огромной дубинкой мужа, мандарин с кривым кинжалом и краснокожий индеец с томагавком. Они надвигались на него со всех сторон, размахивая над головами оружием, и вид у них был не добрый и приветливый, как ему запомнилось, а злобный и мстительный. Вотвот они навалятся на него, прямо перед ним маячат страшные лица. Он чувствовал их горячее дыхание, видел, как дрожит оружие в их руках.
С громким криком Майкл выронил из рук компас.
– - Мэри Поппинс! Мэри Поппинс! На помощь!
– - звал он, крепко зажмурив глаза.
Почувствовал, как что-то теплое и мягкое обвило его. Что это? Белая доха эскимоса, парчовая мантия мандарина? Туника индейца? Или перья негритянки? Кто схватил его? Ах, если бы только он весь день был хороший! Но теперь уже поздно.
– - Мэри Поппинс! Миленькая, хорошая!
– - Ну, полно, полно. Я, благодарение Богу, не глухая. Не надо так кричать, -- услышал он знакомый спокойный голос.
Майкл открыл один глаз. Никакого следа гигантских фигур из компаса. Открыл другой -- вдруг тот глаз ошибся. И правда -никого.
Он оглядел комнату. Пусто. Он лежит на своей собственной, мягкой, как пух, постельке, под своим теплым легким одеялом. И никакого мохнатого чудища в груди, оно исчезло, как будто его и не было.
Майкл лежал умиротворенный и счастливый, точно у него под подушкой были рождественские подарки для всех, всех.
– - Что, что это было?
– - спросил он у Мэри Поппинс.