Чтение онлайн

Маг тихо помянул Вечность, Безымянного и черных демонов.

Придется все-таки ловить «на живца». Других вариантов неизвестный ему не оставил.

Он решительно открыл общее пособие по материальной магии, пролистал, решил прихватить с собой и изучить более вдумчиво. Сначала – основы, потом – контрмеры.

А там и до экспериментов недалеко.

Главное не увлечься – нужно следить и за событиями в замке.

Кэллиэн вздохнул. Вчерашний разговор верховного князя с князем Ратри, конечно, велся на повышенных тонах… но по крайней мере, его совет был принят. И уже сегодня князь Ратри неохотно сказал ему за завтраком, что собирается явиться на встречу приближенных.

Кэллиэн не хотел даже думать о том, что начнется, когда выяснится, что Инерис исчезла…

Подхватив книгу, он вышел из библиотеки и торопливо направился к себе. Обычно она доставала зеркало около восьми вечера. Не хотелось бы сегодня пропустить этот ритуал.

Иногда она шепотом рассказывала о своих неурядицах – не ему, конечно, а зеркалу… интересно, знай она, что он слышит каждое слово – это бы ее порадовало или рассердило?

И судя по ее словам, Ассаэр вел себя как последний мерзавец… оно, конечно, не лишнее, в такой-то компании… но он что, забыл, что потом придется каким-то образом уговорить леди-наследницу довериться ему? И что почувствует Инерис, поняв, что осталась совсем одна, в землях врагов, с тем, кого ненавидит?

***

На вечернем привале капитан, в чью благонадежность она было успела уверовать, снова превратился в сущего мерзавца, от чьих насмешек сводило зубы. У Инерис возникло странное ощущение, что он торопился отыграться за то, как она умыла его при подчиненных.

Леди-наследница тоже испытывала по этому поводу смешанные чувства. С одной стороны, позор ей как придворной даме – потерять власть над собой и забыть даже об этикете и приличиях.

С другой – а что прикажете делать?! Она же не железная, а успокоительных Кэллиэн в сумку, к сожалению, не положил. Непростительный промах.

Однако Инерис за ужином проявила чудеса терпения, не поддавшись на провокации со стороны полукровки. Отчасти можно понять, почему он взбешен…

Как же, мужчина тащил на себе бесполезную женщину, которая по глупости вывихнула ногу в лесу!

Мужская гордость наверняка получила тяжелый удар…

О, благая Фотия, есть ли в мире более бестолковая вещь?! Тем более что в случае с демоном это не гордость, а самолюбие, которое у него к тому же раздуто до невероятных размеров!

Нога, кстати, болела куда меньше, пришлось отдать капитану должное. На вечернем привале демон первым делом сгрузил ее на какое-то бревно, осмотрел ногу и выдал мазь, которую, оказывается, все это время тащил в кармане, выплюнул сквозь зубы «Уже можно ходить. Мазь нанесите сейчас, перед сном и с утра, и завтра все будет в порядке», а потом растворился в лесу.

А потом началось… Села не так, локтем толкнула, неуклюжа не по-придворному, на вас не похоже… неужели из-за какого-то вывиха сегодня грибочков не будет? Но если что, он может для нее поискать другие, с необычным эффектом…

Тьфу.

Инерис кое-как поела с риском подавиться, затем сдержанно поблагодарила за ужин, после – Мелеса за то, что предложил помощь, и, пожелав остальным спокойной ночи, демонстративно проигнорировав капитана, чуть прихрамывая, удалилась в свою палатку. Там она даже не стала зажигать лампу. Легла и сразу взяла в руки зеркальце. При виде танца светлых искорок, которые вспыхивали, едва она вглядывалась в гладкую, глубокую поверхность, становилось легче на душе.

День вышел настолько насыщенным ,что даже не было сил даже жаловаться на жизнь.

Когда искорки угасли, Инерис убрала зеркальце в сумку и снова опустилась на лежак, прикрыв рукой глаза.

Именно по вечерам, когда удавалось немного побыть в сомнительной тишине, отчетливее всего накатывала меланхолия. Пока надо было идти по лесу и терпеть придирки, было не до того. Но вечером…

Да, она не хотела уходить, и да, очень хотелось вернуться домой. Посмотреть природные красоты ее страны таким образом, а не из окна кареты, было интересно, Инерис не могла этого не признать. Но дома…

Сестра, с которой всегда можно было подурачиться и вспомнить детство. Отец, который нередко давал очень интересные поручения. Занятий с князем Ратри и книг ей здесь не хватало особенно остро. Нагрузка на мышцы – это, конечно, прекрасно, но Инерис не отказалась бы хоть немного нагрузить и мозги… и желательно, не судорожными попытками вспомнить отличия ежевики от коварной синеягоды – внешне похожа на ежевику, только мельче и листья немного иной формы. Ее плоды, конечно, в медицине нужны и важны, но в лесу настолько эффективное слабительное, к тому же употребленное случайно, было бы совершенно ни к чему.

При мысли о выпечке, которую ей к чаю приносили Грелис и Лани, рот наполнился слюной, несмотря на то, что она только что поужинала… и Инерис, не выдержав, достала из сумки очередную шоколадку. Откусила маленький кусочек...

И Кэллиэн, да. Колкий, невозмутимый, ироничный… которого, как показала практика, тоже можно насмешить и вывести из равновесия.

Каждый раз, касаясь сумки, она невольно вспоминала синеглазого мага, чья забота оказалась просто неоценимой. Написанное ему тогда письмо, как выяснилось, не выражало и десятой доли ее чувств.

Быстрей бы попасть в обитель… Она непременно напишет ему вновь. И зная Кэллиэна, он обязательно ответит. Переписка с магом наверняка будет не менее интересной, чем личное общение. И сестре надо будет тоже написать…

А отец…

Снова кольнула обида.

Вежливость в любом случае обязывает сообщить о благополучном путешествии. Это она и сделает – но не более того. Ладно еще сам факт путешествия в обитель – теперь, когда утих страх первых дней, Инерис находила его даже занятным, прямо настоящее паломничество. Но подсунуть ей этого демона с черствыми вояками… Сам бы с ними в поход сходил!

Хотя при ее отце капитан Раджат наверняка вел бы себя образцово-показательно. Все-таки сам главнокомандующий…

Интересно, как бы отец прокомментировал ее вид сейчас? Почти неделя без нормального мытья, в волосах опять лесной мусор, только лицо и руки чистые… Как дикарка…

Не выдержав, Инерис поскребла сразу зазудевшую голову ноготками.

Ванны тоже отчаянно не хватало. Она привыкла мыть голову через день, с помощью служанок, а тут…

Девушка содрогнулась, вспомнив, как выглядела попытка вымыть волосы три дня назад. Два костра на разных краях поляны. У одного сидят мужчины, делающие вид, что не смотрят на нее, у другого – она, как на ладони… Ни раздеться, ни расслабиться… в кустики топать ночью с этой интимной целью – тоже не лучшая идея, мало ли кто из темноты подкрадется… Инерис вздохнула, вспомнив, как чуть не ошпарилась, зачерпнув ковшиком слишком горячую воду из котелка, а потом обожглась, случайно задев за ручку… да и сухое походное мыло, измельченное в порошок, жидкому и в подметки не годилось. Не говоря уже о том, что самой промывать в походных условиях такую гриву…

К демонам все! Она очень редко простужалась, так что можно и к ручью сходить. Лучше в темноте, чем рядом с костром, меньше хихикать будут. Если даже не промоет как следует волосы, так хоть лесную грязь выполощет…

Опять же, в лесу, как она успела понять, не бывает кромешной темноты, как тогда, у Кэллиэна в кабинете, когда он учил ее свечи зажигать. К тому же ночь сегодня ясная, звезды светят, луна... Да и нежить близко к бегущей воде не подходит.

Решено!

Инерис, прихватив полотенце, лежавшее в мешке, демонстративно выбралась из палатки, прихрамывая, подошла к костру, отметив, что нахальный капитан куда-то подевался, и попросила у Мелеса, который сегодня дежурил у очага, пресловутый ковшик и сухое мыло. Тот, помявшись, предложил принести и подогреть воды, но она с улыбкой отказалась и направилась к ручью… чтобы на берегу, осторожно спустившись по невысокому склону, столкнуться с капитаном.