Мифы русского народа
Шрифт:
В одном из озер жил водяной. Уж слишком часто топил он людей, и перестали окрестные жители из этого озера воду брать, а стали думать, как бы от этого водяного избавиться. Нашелся один мудрый отшельник, который подал добрый совет: «Надо иконы на берегу поднять, Николе-угоднику помолиться, водосвятный молебен заказать и побрызгать озеро святой водой». Послушались мужички и отслужили молебен всем селом. Поднялся буйный ветер, всколыхнулось озеро, помутилась вода, и все поняли, что водяной собрался уходить. Думал, думал водяной, хлопал руками по голым бедрам — все это слышали — и наконец решил пуститься в соседнюю реку Шокшу. Он плывет, а за ним из озера целый поток устремился и превратился в приток реки Шокши. Плывет себе водяной тихо и молча, и вдруг услыхали все его окрик: «Зыбку забыл, зыбку забыл!» И в самом деле увидели все в углу озера небольшой продолговатый островок. Пробираясь к реке Шокше, водяной схватил этот островок, тащил его за собой пять верст и бросил лишь на середине реки, а сам ринулся дальше и, по рассказам, ушел в Онежское озеро. Тот островок и сейчас не смыт, а приток, проведенный водяным, называют Крестным.
Когда случались наводнения, говорили, что водяной одного озера или реки проиграл в карты рыбу другому водяному и теперь перегоняет ему рыбу. Русские полагали, что водяной враждует с домовым, зато дружит с полевым и лешим. Есть рассказы и о том, как водяные ссорились между собой и даже обращались за помощью к священникам.
Приходит водяной к попу и просит одной вещи, а какой — выговорить не может, обещает только шапку золота. Поп догадался, что у него просят, взял крест и отправился к озеру. Пришли на самую середину озера и стали спускаться в водяное царство. Тут водяной указал попу на крест и велел выпустить его из рук. Лишь только тот выпустил, поднялся крик, шум, визг. Загорелось все водяное царство и сгорело дотла. Разбежались все тамошние жители. Водяной велел опять взять крест, дал попу шапку золота и сказал: «Ну, спасибо, поп. Сюда переселился водяной из соседнего озера и совсем выгнал меня из моего жилища. Сжег ты его водяное царство, а я вновь его построю. Если тебе что понадобится — приходи. Я буду твоим вечным слугой».
Водяной злобен и враждебен людям. Из всех духов-«хозяев» он ближе всех стоит к черту, а во многих местах Полесья считают, что черт и водяной — одно и то же. Водяной топит людей, затягивает и заманивает их в воду.
Водяной людей топит. Говорят, тут недавно в Каргополе двадцать лет парню было. Выехал он с девочкой на Онегу, на реку покататься в лодке, да задумал из лодки прыгнуть искупаться. Она в лодке осталась, а он прыгнул, даже и руки не показал. Он там, наверно, водяному понравился. Не благословясь и не перекрестясь так бухаются в воду, ни о чем не думают.
Водяной — так это водяная сила. У нас тут тоже потонул мужик, а жена поехала тело разыскивать. Там, в Данилове живет Ольга Васильевна Якимова, у нее мужик потонул, она и поехала вместе со свекром. Вот та баба, которая умела вызывать лешего, вот она и водяного вызывала. Вызывала водяного, и она этой Ольге Васильевне написала записочку — так и так, чтобы тело найти. Вот они в лодку сели и поехали. Как только выехали, она эти слова, что ей написали, три раза прочитала, и вот щука такая большиханская нырнула под лодку, и надо было им за этой щукой плыть, она бы их привела к утопленнику. Они испугались и вернулись. Да нет, тут уж не щука была. Она вызвала водяного, это водяной щукой показался. Да уж в леща или в налима он не превратится, а щука — рыба хищная. В щуку может превратиться нечистая сила.
Утопленники считались добычей водяного. Верили, будто водяной садится на плечи утопающему в виде гуся, петуха или барана, не дает ему спастись и не подпускает спасателей. Поэтому тонущих иногда боялись спасать, чтобы не рассердить водяного и не погибнуть от его рук самим. Если человеку удавалось выплыть, о нем говорили, что он спасся потому, что «водяного не было дома». Когда человек заходил в воду, он должен был «попроситься» у водяного: «Хозяин, хозяюшка, спасите меня». Чтобы не разгневать водяного, запрещалось набирать воду ночью, если все же это приходилось делать, то обязательно спрашивали разрешения: «Хозяин и хозяюшка, разрешите мне водички взять».
Водяной часто пытается перевернуть, затопить лодку с людьми. Об этом говорится в севернорусском «Житии Иова Ущельского» (середина XVII в.):
Ехали через Мезень-реку в лодке … Фока с братьями, Петровы дети, на пашню свою и переправляли лошадь, и выехали до половины реки, и нашел на них дух нечистый, водный и начал лошадь топить. Они же лошадь держали, а нечистый дух въяве ходил волнами, как большая рыба, и нападал на лошадь и за лодку хватал, потопить хотя. Они же веслами его отогнали… [156]
156
Ключевский В.О.Древнерусские жития святых как исторический источник. М., 1989. С. 464.
Чтобы заморочить человека и заманить его в реку, водяной хитрит, притворяется взывающим к помощи тонущим или плачущим ребенком. Иногда же он просто шутит, глумится над человеком. Для этого он попадается человеку на глаза в виде утки, гуся, слишком близко держащейся к берегу крупной рыбы, которых, кажется, очень легко поймать. Но всякий раз непонятным образом такой «утке» или «рыбе» удается избежать сетей, и измученный человек начинает понимать, что дело нечисто [157] .
157
Сюжеты, связанные с глумлением водяного над человеком, известны также полякам. В одной из польских быличек человек пытается поймать свинью, которая ускользает от него и скрывается под водой; в другой — хотят поймать бегающего по берегу жеребенка, но тот со страшным шумом исчезает в воде.
Один человек на Благовещенье пошел на озеро. На Благовещенье щука играет, нерестится. Он говорит: «Пойду, поймаю пару рыб и пойду в церковь». И появилась такая щука. И она его водила все время, пока люди из церкви не вышли. И он только ее хочет поймать, а она уходит. И вот она его водила, водила и доводила почти до обедни. Всю обедню проводила. И наконец тогда он плюнул, а она засмеялась в воде.
В другой быличке водяной глумится над человеком, обернувшись уткой.
По озеру плавала утка. Один человек проезжал мимо с сетью, увидел: «Дай, — думает, — поймаю эту утку». Забросил сеть. Сетка в воде, чувствует — утка попалась. А вытянет из воды — нет ничего. Посмотрел — а вода вокруг него как ключом кипит. Думает — дело нехорошее, да и выехал с этого места.
Водяной владеет всем, что есть в воде и на воде, он охраняет водоплавающих птиц и рыбу и переманивает ее из других водоемов. Рыба — это его скот, особенно сомы, налимы, угри и раки, которых в некоторых местах так и называют «рыба водяного» и поэтому не употребляют в пищу. А в подводном царстве у него много скота — стада коров и лошадей, которых он лунными ночами выгоняет на прибрежные заливные луга. Коровы водяного всегда черные, без единого белого пятнышка, и очень молочные.
Водяной по ночам выгонял своих коров из реки на прибрежный луг. Один человек заметил, что по ночам у реки пасется стадо черных коров, а придет утром — никого нет. Мужик стал наблюдать за этими коровами и, наконец, понял, что это коровы водяного и что тот сам выходит на берег их пасти. Однажды под утро, когда водяной загонял стадо назад в воду, мужик изловчился и отбил одну корову. Эта корова оказалась очень молочной, а в хозяйстве мужика с тех пор никогда не переводился скот.
Плотогоны и рыбаки почитали и боялись водяного: проплывая над местом, где могло быть его жилище, они снимали шапки. Полагали, что почитающих его рыбаков и моряков водяной оберегает: спасает во время бури, помогает при ловле рыбы. Чтобы задобрить водяного, рыбаки приносили ему в жертву первую пойманную рыбу, бросали в воду соль, табак и лапти с портянками и кричали: «На тебе, черт, лапти, загоняй рыбу!» С водяными делились собственной едой и даже чаем, отливали немного в воду. Рыбак мог заключить договор с водяным, и тот обязывался доставлять человеку много рыбы и вообще служить ему. Но условия были жестокими: рыбак должен был бросить в воду нательный крест и отречься от родни. Такой рыбак рано или поздно тонул, а его душа поступала в распоряжение нечистой силы.
Мельники также старались не ссориться с водяным, ведь тот может отомстить: откроет шлюзы, начнет понапрасну вертеть колеса и жернова, а то и вовсе разрушит мельницу, плотину, запруду и не даст построить новые. Мельники приносили ему в жертву дохлых животных, кидали в омут хлеб и лили водку, а осенью опускали под колеса мельницы кусок сала или часть свиных кишок, чтобы водяной не слизывал смазку с мельничных колес. Если водяной доволен приношениями, он помогает: пускает воду на мельничные колеса в засуху и даже чинит мельницу. При сооружении новой мельницы также приносили дар водяному, о чем свидетельствует русская пословица: «С каждой новой мельницы водяной свою подать возьмет».