Мифы тюрков. От Златовласой Умай и Урал-батыра до исполина Алпамыша и Пегого Быка
Шрифт:
У татар сохранилось представление о Жир-Су в значении «родная земля». Очевидно, что это понятие восходит к культу Ыдук Ер-Суб. Известна быличка о Су-бабасы — водяном владыке. В ней рассказывается, как один хитрый человек обманул Су-бабасы, угрожая подвесить реку к небу. Испуганный водяной владыка насыпал ему целую шапку серебра.
Су-анасы, мать воды, может выступать то как жена, то как дочь Су-бабасы. Это женщина с длинными волосами, часто с рыбьим хвостом. Су-анасы выходит на берег и, сидя на нем, расчесывает свои космы золотым гребнем. В одной быличке мальчик крадет ее гребень, и мать воды является за ним в деревню, требуя отдать похищенное.
Образ Су-анасы (водяной ведьмы) и история похищения ее золотого гребня отражены в поэме-сказке татарского поэта Габдуллы Тукая.
— Водяная я, откройте! Где мой гребень золотой? Знай, на озере сегодня вором стал сыночек твой! Тень ее в окошке лунном: накрываюсь с головой, Но куда теперь деваться?! — весь дрожу я, боже мой! Водяная все стучится, тонкое стекло дрожит, С головы ее ручьями влага чистая бежит… Матушка злосчастный гребень отыскала — кинув ей, От греха она окошко затворила поскорей… [82]82
Цит. по: Водяная // Нуруллин И. Напевы мятежного саза. Повесть о жизни и творчестве Габдуллы Тукая. Стихотворения, поэмы, сказки / пер. с тат. М.: Детская литература, 1986. С. 205.
В другой версии Су-анасы утаскивает в свое озеро девушку, лишает молока деревенских коров. Но люди проявляют смекалку: после безуспешных попыток изловить мать воды, замутить ее владения вырывают новое озеро. Тогда Су-анасы отпускает девушку. Однако оказывается, что пленница матери воды не зря провела время на дне. Там она встретилась со своей утопленницей-матерью.
У башкир также имеются духи — хозяева вод. Они называются хыу-эйяхе и живут семьями в подводных чертогах, вход в которые располагается под камнем на дне водоемов. Духа Хыу-эйахе представляли в виде белобородого старика, его супругу Хыу-иняхэ и дочь Хыу-кызы — в виде красавиц с длинными волосами.
Оригинальная концовка мифа о хозяйке вод сохранилась у шорцев. Если в татарской мифологии парень, похитивший гребень Су-анасы, был вынужден вернуть волшебную вещь богине, но при этом отделался испугом, то в шорском предании украденный гребень дочери Суг-ээзи — владычицы вод — тотчас исчез, как будто растаял в воздухе. После этого знающие люди объяснили молодому человеку, что он навлек на себя страшную опасность, ведь если человек даже прикасается к гребню, то Суг-ээзи завладевает его душой.
Парня охватил сильный страх, и с тех пор он стал держаться подальше от рек и озер. Однажды ехал он верхом по дороге, и его конь нечаянно вступил копытом в разлившуюся лужу. Стал всадник вместе с животным погружаться в воду все глубже, пока оба не утонули. Так Суг-ээзи забрала парня к себе.
Культ гор и тайги, ландшафтов Алтая, был всегда характерен для тюрков. Особым почитанием пользовался покровитель местности — Алтай-кудай. Его представляли в виде всадника или старика в белой одежде, который путешествует по горам, опираясь на золотой посох. Считалось, что он благосклонен к людям. Однако Алтай-кудай требовал к себе уважения. В его честь было принято повязывать на стволы и ветви деревьев священные ленты йалама, иначе он мог разгневаться и лишить охотника удачи.
Согласно преданию об Ырысту, его герой считал себя сыном Сюмер-Туу — самой высокой горы Алтая (русские называют ее Белухой) и Аккемского озера. Когда Сюмер-Туу был еще мальчиком, он питался ягодами, которые в изобилии росли на склонах горы, пил чистую воду из озера. Постелью ему служила мягкая трава, покрывалом — цветы, а звери и птицы были друзьями. Так продолжалось до тех пор, пока Сюмер-Туу не заманил к себе злой Караты-каан. Юноша стал невольником коварного владыки. Однако на помощь ему пришел сам Алтай-кудай.
Долина Бухтарма в Алтайских горах. Иллюстрация, 1899 г.
KtmT / shutterstock
В другом сказании Алтай-кудай выступает как певец и музыкант, исполнитель кай чёрчёка — героической песни. Двух парней преследует неудача на охоте, третий остается у костра и прислушивается к музыке и словам некоего старца (им оказывается Алтай-кудай). Молодые люди поднимают товарища на смех, но каждый раз возвращаются с пустыми руками. Наконец, по истечении недели, мудрый и терпеливый юноша отвечает, что дослушал песню до конца. Более того, Алтай-кудай оставил ему в подарок под столетним кедром свой музыкальный инструмент — топшуур. Молодой человек отправляется с первыми двумя парнями на охоту, и в этот день они добывают столько зверья, сколько не добывали никогда. А топшуур с тех пор передается в семье третьего юноши от отца к сыну на протяжении нескольких поколений.
Считалось, что Алтай-кудай недолюбливал шоор — инструмент вроде флейты (башкирского курая). А все потому, что в него дула злая алмыс — лесной дух. Алмыс зачаровывала охотников, погружала в вечный сон и относила в свою пещеру. Так продолжалось до тех пор, пока один хитрый охотник не догадался подстрелить ее через свою левую подмышку.
Шорцам был известен Таг-ээзи — хозяин горы. Согласно одному из мифов, записанному в 1920–1930-х, Таг-ээзи наградил некоего охотника темными камнями и мехами. Тот, конечно, меха взял, а камни выбросил. И только многие годы спустя дар Таг-ээзи подобрал любопытный парень. Находка показалась ему необычно тяжелой. Решил он испытать темный камень огнем. Брошенный в костер камень раскалился добела, а потом стал мягким. Когда пламя потухло, он снова застыл. Молодой человек догадался, что это железная руда. Пошел с другими людьми к горе, у подножия которой обнаружил находку. Стали люди долбить породу и добрались до чертога Таг-ээзи. С тех пор люди начали добывать железную руду, обрабатывать ее в кузнях, чтобы изготовить разные орудия труда. Возможно, в этом мифе под именем Таг-ээзи выступал Темир-хан — старший из девяти сынов Эрлика.
Кроме хозяев гор, тюрки знали хозяев тайги. Так, у шорцев был Тайга-ээзи. Хотя в целом лесной владыка благоволил охотникам, особенно если они не слишком усердствовали в добыче зверья, в предании «Красавица Карагай» Тайга-ээзи лишил людей охотничьей удачи на многие годы.
Как выяснил мудрый шаман, поднявшийся камлать на Священную гору, у Тайга-ээзи родилась прекрасная дочь Карагай. И чтобы обеспечить той богатое приданое, хозяин леса запер всех зверей, птиц и рыб в своих сундуках.
Тогда люди по совету шамана обратились к алыпу Караташу, который умел добывать огонь из горного камня. И он сложил из черных камней большой костер. Из жаркого пламени выпрыгнул крылатый огненный конь. Алып вскочил на него и взмыл в небеса.
Только через несколько лет, во время северного сияния, он вернулся к людям. И не с пустыми руками, а с красавицей Карагай. С ней вернулись звери, птицы и рыбы.
Но Тайга-ээзи не смирился с бегством дочери и наслал на влюбленных воинство из пихт. Окружили они алыпа и девушку. И превратился Караташ в Черную скалу, а его жена — в сосну.
Эрлик (Ирлик, Ерлиг) в мифологии тюркских и монгольских народов выступал владыкой нижнего мира — ада (тамага). Ученые считают, что имя восходит к алтайскому корню «эр / йер». Оно связано со словами «человек», «власть», «место», «подземелье», «земля». Таким образом, Эрлик в буквальном смысле — это «земной» или «земляной».
Из подземного мира Эрлик приносит смерть, чуму и злых духов, чтобы мучить людей и забирать их души в свое царство. Поскольку культ Тенгри не основан на канонических священных писаниях, а охватывает в широком смысле всю духовную жизнь, у тюркских народов верования разнятся. Эрлик уже упоминался в орхоно-енисейских надписях, что показывает наличие его концепции как владыки подземного мира в системе традиционной религии.
Эрлик был одним из двух или трех демиургов, сотворивших мир. Как повелитель мертвых, он выступал также посмертным судьей. В его образе прослеживалось древнеуйгурское божество Эрклиг-каган («Могучий государь»).
Однако Эрлика нельзя считать простым аналогом мусульманского шайтана или христианского дьявола. Резкий и нравоучительный дуализм не был характерен для миросозерцания древних тюрков. Недаром сохранилось буддистское предание о том, что когда-то Эрлик служил монахом. Ставшего демоном Эрлика смог укротить только Ямандаг, свергший его в загробный мир.