Чтение онлайн

Зверь потянулся к мечу, но задержался на мгновенье, держа расправленную кисть над рукоятью, не смеющий сжать пальцы.

— ЗАЧЕМ ТЕБЕ ЭТО? — задал вопрос голос. И звезды, и небо, и облака зашевелились вокруг. Золотая пыль дождём посыпалась всюду.

— ТЫ НЕ ОСВОБОДИШЬ СЕБЯ. ОТПУСТИ ИХ. ЕСЛИ СОТВОРИШЬ ТЫ ЗАДУМАННОЕ, ТО БЫТЬ ТЕБЕ — ПРОКЛЯТЫМ!

Зверь схватил рукоять. И боль, что давила изнутри вспышкой окрутила его, а потом собралась в его руку. Он вновь оказался в деревне родной. Сердце заболело и боль была нестерпима. Зверь упал свернувшись, как младенец. И увидел он дикого волкийца, который бил и резал крылатого красавца. Зверь отвернулся и узрел другую сторону, где в гнезде вылупилось яйцо. Новорождённый выбрался из скорлупы и запищал. Он боялся, он пищал всё сильней. Жемчужные слёзы, как горные ручьи били из глаз родившегося. Он звал и звал. Картина рвала раненное сердце Зверю, он отвернулся к сцене боя, где волк нещадно рубил мать. С каждым ударом над драконом всплывали образы и сцены, где она кормит, моет, воспитывает младенца, и разбивались на осколки. Зверь убил дракона… И сердце его будто остановилось. Металлическая чешуя закрыла ладонь. Боль прекратилась и волк с горькими слезами направил взор в небо, лёжа на спине. Пред ним предстал Хаку, он указал на вылупившегося детёныша. А мать-дракон последним вздохом произнесла: «Я прощаю тебя…». Картина боя растворилась в слезах и испарилась, как пар. Дракончик превратился в скелет, а ветер унёс его, словно пыль.

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? ТЫ ОБРЕЧЁН!

Металл поднялся по руке до локтя от самой его кисти. И навечно пристал к шкуре волка. Лезвие меча покраснело, оно стало алым, как кровь. Зверь почувствовал, как постарел. Жизнь стала той, какой стала.

— ОНА БЫЛА МАТЕРЬЮ, — произнёс Хаку громом в небе ночном, — КАК НЕКОГДА МАТЬ БЫЛА У ТЕБЯ. НО ОНА ПРОСТИЛА ТЕБЯ.

Зверь снова посмотрел на свои ладони, одна была в шрамах и мозолях, измазанная в крови. Вторая была из металлической чешуи, исписанной узорами. Он опустил руки и посмотрел вперёд, ему открылось окно, где Иртон испуганный, как ребёнок сидит на ветке дерева, а под ним голодные псы лают и рычат, оскалив на него зубы. Он увидел принца Тейна, мёртвое тело которого рвали крысы на части. Свою ученицу Солу в страстном объятии рогатой демоницы. Он увидел Аишу и Сетерит пробитую глефой. Он увидел себя на коленях, а над ним стоял человек с угольно-чёрными волосами и смеялся, дерзким жестом указывая на поле засыпанное трупами, по которому беспризорно слонялась огромная адская тварь.

— Я ВЫБРАЛ ЕЁ, — прозвенел голос Хаку.

Зверь, сидя на коленях перед человеком, поднял глаза и, обнажив меч, стёр все окна и зеркала. Он не увидел той, что стоит за спиной Сагарата.

Охотник почувствовал холод. К его щеке прилип снег, взявшись неоткуда. Поднялся грохот, а звёзды с небосвода повалились вниз. Его глаза распахнулись посреди ледяной пустыни северных земель.

— Слава Богам, ты жив! — радостно прокричал Иртон, склонившись в своих доспехах перед лицом Зверя, — Вставай! Он всё ещё здесь!

Зверь тяжело поднялся, а над головой узрел мельтешащий огромный зад дракона. Его мощные лапы и необузданный хвост в опасной близости пролетали мимо. Иртон потащил за плечо Зверя подальше от дракона, а по его руке поползли металлические чешуйки. Охотник резко вырвался и метнулся обратно под дракона. На снегу лежал, пульсируя красным светом, его меч. Как умалишённый охотник пытался прорваться к своему оружию, не взирая на погоду, скажем так. Осталось несколько шагов, как перед ним схлопнулась драконья пасть полная зубов, Зверь отскочил в сторону. Вновь раздался лёгкий свист и дракон злобно рыча сел, как собака, томно и медленно размахивая хвостом. Один его глаз заплыл кровью. Его злой оскал направился на кучку путников, которую пытался сторожить металлический карлик. Зверь поднял меч и направил на дракона, подкашиваясь в коленах, а тот засмеялся прекрасным голосом, слегка порыкивая. В ушах Зверя прозвенела мелодия. Иртон увидел, как его друг опустил оружие и расхохотался в истерике. Смех выбил слезы из глаз. Так Зверь на ходу сложил меч и, заливаясь звонкой радостью в такт дракону, подошёл к Иртону.

— Это ещё один твой друг, — превозмогая смех произнёс Зверь, облокотившись всем весом на бронированное плечо рыцаря.

— Т.т.т.т. — продрожала губами Тейра, оглядев разрушения вокруг дракона, который продолжал сладко хохотать, — Т-твой друг?

— Что ты имеешь ввиду? — недоверчиво спросил Иртон, слегка склонив голову к уху скошенного Зверя.

— (Прости меня, Иртон!) — зазвенели колокола в небе, — (Я пытался заговорить с вами раньше, но вы не слушали.)

— Что значит пытался! Дракон нас чуть не убил! — завопил Иртон, — Он буквально сожрал Аишу!

— (Она могла ему навредить. Я же извинился.)

— Что происходит? — спросила Тейра, когда уловила лёгкое стрекотание в воздухе, а глаза её опустели, — Почему дракон смеётся?

— Явление вернулся, — ответил Зверь и упал на колени, тяжело выдохнув. Дракон медленно подошёл ближе и чинно поклонился головой, мощно прогнув спину.

— Приветствую, я Рогаш Стальная Чешуя! — произнёс дракон своим невероятный голосом, чем поверг всех в шок. Иртон захлопнулся в доспехе и почему-то упал, а у Тейры так широко раскрылась челюсть, что чуть не защемило. Зверь не вставал, от бессилия, а живы ли Аиша и Эшли, вовсе, не известно. Несчастный Эбби умер от разрыва сердца, настолько бедный старый мамонт испугался. Дракон прекрасно говорил на Северном языке. Честно сказать, все драконы прекрасно говорят на любом языке, прямо как Иртон, что не может ни вызвать вопросов…

Тейра с трудом сомкнула отвисшую челюсть, а затем, в немного замутнённом сознании, обратила внимание, что она единственная кто остался в некотором здравии, но ещё Зверь, что всё-таки встал на свои две. Когда женское чутьё подсказало, что дракон нападать не намерен, адреналин постепенно решил покинуть её голову. Отпустил глаза, посвистел в ушах, но успокоился и уполз в сердце, где весело колотился.

— Я хотел бы извиниться за всё. Пугать вас всех так сильно не думал, но это Явления затея, — очень осторожно проговорил Рогаш, из его левого глаза сочились подсохшие кровавые слёзы. Зверь смог-таки порвать несколько сосудов. Дракон постоянно потирал глаз и моргал им, зудело сильно, будто постоянно песок в глазу, который никак не убрать.

— (Тейра, не бойтесь! Из всех умер только меховой ком, если судить по отсутствию его ауры.) — проиграл на губной гармошке Явление, так как считал себя очень понятным. На самом же деле Тейра его никогда не понимала, всё, что она замечала так это то, что шум в ушах вернулся, но вместе с ним и дар оратора.

— Вы не хотели нас сильно пугать? — Тейра медленно и осторожно, так вежливо как только могла, произнесла все слова. Не каждый день перед вами стоит трёхэтажный дом, шевелится, машет крыльями и, ко всему прочему, извиняется.

— Нет. По задумке, я должен был просто приземлиться, а вы испугаться и убежать. Но вы оказались смелее, чем можно подумать, и даже ранили мне глаз. Такого со мной не было лет, эдак, семьсот, — дракон растянул очень добрую широкую улыбку полную огромных острых зубов, — Вы не представились, юная леди.

— Ой. Хо-ох. Так мило, только мадам, а не леди. Я Тейра, графиня Ковальдийская! — ответила ягуарша, раскрасневшись от переполняющих её чувств. Она не забыла и о почтительном реверансе. Когда к виду гигантского дракона привыкаешь, сразу начинаешь видеть всю его красоту, его прелесть в его безграничной мощи. Рогаш одиннадцатый древний дракон в мире и второй по размеру, больше него только его отец Голдрейк Золотая Чешуя — действующий король драконов, в узком понимании слова. На самом деле, у драконов нет государства и какой-то иерархии, но самого сильного принято считать королём, просто, так сложилось.

— Не нужно таких формальностей, я сейчас покину вас и мы больше не увидимся. Не утруждайтесь поклонами, — вновь очень вежливо прорычал дракон. Его голос был очень звонким и мелодичным, немного бурлящим.

— (Рогаш, их свет угасает.) — встревоженно произнёс Явление, звуками которые и музыкой уже не назовёшь, — (Особенно у чешуйчатой.)

— Что ты имеешь ввиду? — переспросил дракон, а Тейра почистила ухо, — «Свистит что-то», — подумала она.

— (Иртон называл это смертью…) — проговорил дух мощным звуком органа, словно проиграл похоронный марш, но очень короткий.

— Огонь все-жрущий! — завопил Рогаш. Он каждого из посланцев поднял и сложил себе в пасть не теряя ни минуты, а Тейра в ужасе затряслась, — Не бойтесь, Тейра! Забирайтесь мне на шею и крепко держитесь! — дракон помог послу взобраться себе на хребет, и она крепко обхватила одну из его роговых пластинок торчащих вдоль позвоночника. Дракон брезгливо поднял Зверя и усадил рядом с ягуаршей. Тейра не задавала лишних вопросов, а из-за забитого путниками рта, дракон не очень понятно изъяснялся.

— (Что ты задумал?) — удивился сему представлению дух.