Чтение онлайн

118

выступали и как носители информации, напоминающие пиктографию.

Искусство с развитием абстрактного мышления становится более условным в

изображении мира. Эти условности оказываются многомерными; они по-прежнему

несут в себе магическое начало. Воспроизведение в искусстве различных явлений

мира связывалось с овладением ими. Точно исполненный ритуальный танец

охотников означал, что и сама охота будет успешной, близкое к натуре изображение

животного означало, что человек получил над ним власть. Но если раньше только

ожидали желаемого результата, то теперь пытаются повлиять на мир при помощи

специального действия: осмеять божество, чтобы оно могло себя оправдать добрым

делом, помочь природе, действуя вместе с ней или аналогично ей. Возникают

специальные ритуалы, призванные помочь плодородию земли или увеличению

количества скота, которые проявлялись в танцах или театрализованных действах.

Изменяются и религиозные взгляды. В позднеродовой период развития

культуры они усложняются по мере усложнения человеческого знания природы и

самих себя. Складывается вера в защитную силу духов предков, а позже и в

магическую силу некоторых соплеменников, которым отводится лидирующее

положение в обществе, что становится предпосылкой возникновения власти

авторитарной, не связанной ни с родственными отношениями, ни с какой-либо

выборностью. Но это — уже другой уровень развития общества, другие отношения,

другая культура.

§ 3 Специфика архаического сознания

Как мы могли заметить, в первобытный период культуры высока степень

зависимости людей от природы, поэтому первым этапом в развитии архаического

мышления становится анимизм (лат. anima “душа”) — одушевление природы. Не

выделяя себя из природы, человек отождествляет себя с ней, распространяет свой

духовный мир, свои состояния и настроения на природу: в его понимании

следующий день, желанная погода или долгожданное время года могут “забыть”

наступить, окружающий мир может “показать” собственное отношение к человеку и

т.д. Если, действуя необходимым образом, человек не получает ожидаемого

результата, значит, некие силы противостоят ему. Древние считали одушевленными

все существа, явления природы, различные материальные объекты. Это отношение

расширилось до верования в духов, населяющих весь мир. Духи местности, духи

сил природы, духи вещей, добрые и злые,— все требуют особых ритуалов, целью

которых становится достижение желаемых результатов деятельности. В. К. Арсеньев

(1872—1930), исследователь Дальнего Востока, этнограф и писатель, пишет о своем

проводнике Дерсу Узала: “По его представлению, душу — тень (ханя) — имеют не

только люди, животные, птицы, рыбы, насекомые, но и растения, и камни и вообще

все неодушевленные предметы” [17, с. 435]. На основании такого отношения

вырабатываются целые комплексы ритуалов и других специальных действий,

которые кажутся необходимыми.

Тайлор отмечает: “Анимист признает, что духовные существа управляют

119

явлениями материального мира и жизнью человека или влияют на них здесь и за

гробом. Так как, далее, анимисты думают, что духи сообщаются с людьми и что

поступки последних доставляют им радость или неудовольствие, то рано или поздно

вера в их существование должна привести естественно и, можно даже сказать,

неизбежно к действительному почитанию их или желанию их умилостивить. Таким

образом, анимизм включает в себя верования в управляющие божества и

подчиненных им духов, в душу и в будущую жизнь, верования, которые переходят в

жизни в действительное поклонение” [287, с. 211, 212].

Одно из частных проявлений анимизма — фетишизм (фр. fetiche “амулет,

идол, талисман”), вера в сверхъестественные свойства неодушевленных предметов.

Фетишем может стать любой предмет, но из множества предметов выбираются

такие, которые с точки зрения древнего человека выступают как вместилище души,

охраняя его или помогая ему в различных видах деятельности (камни, куски дерева

и пр.). От фетиша до идола (греч. eidolon “образ, подобие, изображение”; ср. эйдос)

всего лишь один шаг: нужно только придать предмету какую-либо внешность.

Следующим шагом в развитии архаического сознания становится

антропопатизм (греч anthropos “человек” + pater “отец”) — представление о своем

родстве с природой. Это отношение с миром и лежит в основе тотемизма.

Постепенно архаическое сознание логически приходит к очеловечиванию

природы — антропоморфизму (греч. anthropos “человек” + morphe “форма”).

Арсеньев вспоминал: “Его самый главный люди, — ответил мне Дерсу, указывая на

солнце.— Его пропади — кругом все пропади... Земля тоже люди. Голова его — там,

— он указал на северо-восток,— а ноги туда, — он указал на юго-запад.— Огонь и

вода тоже два сильные люди” [17, с. 226].

Важной стадией развития архаического сознания становится

персонификация (лат. persona “лицо” + facio “делаю”) сил природы, которые теперь

выступают как боги с определенными функциями и особым происхождением,

многие из них имеют человекоподобный облик. Так складывается языческий

политеизм (многобожие), который существовал на всех континентах и у всех