Чтение онлайн

В Ур – небольшой, но богатый город, стоящий посреди рукотворного экзотического леса, колдун прибыл для переговоров со своим бывшим однокурсником. Логмэр был талантливым магом разума и только время отделяло его от тех вершин, которые уже покорились Крассу. А может и не только время. Логмэр принадлежал к потомкам большой группы северян, которые лет сто назад переселились в Империю. К несчастью для них, продвижение по рангам магической службы давалось им особенно тяжело. Будь он боевым магом проблем бы не возникло – победа есть победа и отказать в повышении ранга ему бы не смогли. Но колдуны, идущие по тропе ученого должны понимать, что научные работы оцениваются не беспристрастным судом, а такими же магами, которым ничто не мешало занижать значимость одних исследований и благоволить другим. Но это только пол вопроса. Понятно, что волшебники дискриминировали молодого мага, но почему это происходило? Сам Логмэр считал, что дело в его происхождении, отличном от акадского. Но Красс так не думал. Магическое сообщество являлось невероятно толерантным к происхождению человека, на первое место ставились сила и знания. По-другому и быть не могло. Что совершенно не мешало им делиться по интересам на большие и малые группы для дальнейшей борьбы за власть. Только не по признаку происхождения, а по признаку научных, политических, социальных и прочих воззрений, либо взятых на себя обязательств. Каждая группа обладала широким влиянием и всячески продвигала своих новоприбывших членов по карьерной лестнице. Но северяне, а всего магов такого происхождения в Империи насчитывалось около десятка, ни к одной группе примкнуть не хотели, да и свою не создавали. То есть каждый из них был таким же одиночкой, как и Красс, не больше и не меньше. Только, если у ан Жане хватило сил пробиться на вершину, то у них – нет.

Думая о сложившейся ситуации, и, пытаясь заранее просчитать предстоящий разговор, Архимаг расхаживал по своему столичному особняку, подбирая подходящий наряд. Он сейчас был в своей рабочей мантии, так как телепортировался в столицу сразу по завершению разговора с принцем. В повседневном костюме к потенциальному подчиненному идти точно не следовало. Как это будет выглядеть? Целый Архимаг спешит поговорить с обыкновенным мастером магии настолько, что не может даже переодеться. И если обыватели могли и не знать разницу в внешнем виде парадной, повседневной и рабочей одежды мага, то Логмэр это уж точно знает. И, следовательно, подумает, что он уж очень нужен Крассу. А значит будет набивать себе цену. Этого ан Жане позволить себе не мог. Так что пришлось в быстром темпе облачаться в одну из своих многочисленных парадных одежд. Маг выбрал любимую, полностью черную мантию. Самое дорогое его приобретение. Давным-давно самым дорогим цветом был пурпурный, можно сказать, императорский цвет. Но алхимия не стояла на месте и сейчас любые краски стоили примерно одинаково. Пока алхимики не начали соревноваться в других областях, например, в глубине того же черного цвета. Как заверял его портной, ткань отражала лишь сотые доли процента света, так что мантия смотрелась очень необычно. Ну и показывала его статус, конечно.

Нарядившись, маг отдал краткие указания прислуге и вышел на улицу. Лошади в Уре были запрещены, так как для них в маленьком городке с узкими улицами попросту не было места. Зато, как была прекрасна чистота здешнего воздуха. По сравнению с другими городами просто сказка. Тут не было конского навоза, открытых канализаций, алхимических и прочих дурно пахнущих производств. Лучше может быть, разве что в лесу. Или в горах. Хотя для себя запах гор Красс еще не распробовал. Наоборот, с ними у него было связано аж три неприятных воспоминания. Конкретно с горной цепью Толлэк, находившейся на юге Акада. Один раз он чуть не погиб там в лапах обнаглевшего дракона. Потом спешно убегал в этих же горах от магов Каршана, выполняя боевое задание. Ну и в главный по значимости, но первый по хронологии случай он опозорился перед девушкой. Это было еще до магической академии, когда он со своей семьей посещал знаменитые горные курорты. И так получилось, что оказался с местной простолюдинкой высоко в горах наедине. Ситуация сложилась романтичней некуда. Но у горной болезни было свое мнение на этот счет. Так что его вырвало прямо перед попыткой первого поцелуя. Хорошо хоть успел отвернуться. Да и девушка была не знатная, так что в дальнейшем эта история не во что не вылилась. Тем не менее, горы для него запомнились не со своих лучших сторон.

Шел колдун в сторону здания верховного суда, где работал его будущий, как он на то надеялся, подельник. На улицах было достаточно пустынно, если не считать снующих туда-сюда садовников, обслуживающих мириады экзотических растений. В рабочее время в Уре действительно редко можно было увидеть праздного пешехода. Все из-за того, что почти все жители были трудоустроены в том или ином государственном учреждении. Так что Красс шел по улицам этого города в полном одиночестве. И был этому несказанно рад. Благодаря этому он мог спокойно любоваться одной из жемчужин империи. Архитектура здесь была по-настоящему волшебная. И это ни капли не преувеличение. Каждое здание содержало в себе толику магии. Это была очень давняя традиция использовать магию для постройки домов в столице. Из-за нее архитекторы могли воплощать в жизнь свои самые смелые фантазии, не считаясь с законами физики. Например, у трехэтажного здания, мимо которого проходил сейчас Архимаг, не было второго этажа. На этом месте было просто пустое пространство, сквозь которое было видно все, что находиться за сооружением. Ан Жане сам мог придумать множество способов как бы он это реализовывал. Здесь был реализован самый простой из них – иллюзия. На самом деле второго этажа не существовало только для внешнего наблюдателя, внутри он был и от других ничем не отличался. Такая простота говорила о том, что маг, занимавшийся этим домом, был не очень-то искусен. Дома могучих магов иллюзии выглядели как взрыв на фабрике зеркал. Но, магией иллюзии все, естественно, не ограничивалось. Здесь было все, от летающих особняков, до дворцов, постоянно и произвольно изменяющих свой внешний вид и внутреннюю композицию. Так что полюбоваться есть на что. А колдуну, видевшему не только внешний вид построек, но и совершенные структуры заклинаний, тем более.

Пройдя пешком чуть ли не весь город, из-за того, что его особняк и здание верховного суда находились в противоположных концах Ура, маг оказался перед огромным величественным сооружением из белого мрамора. Деньги сюда были потрачены не малые. Зато какой масштаб, какая величественность. Прямо-таки ощущается могучий дух правосудия. Не задерживаясь у входа, Красс прошел внутрь. С Логмэром о встрече он заранее не договаривался, так как эффект неожиданности считал очень важным фактором в любом разговоре. И если возможность такая была, старался всегда им пользоваться. Тем более, что положение это позволяло. Даже будь его однокурсник сейчас на заседании суда, то никаких сомнений, что ради Архимага это заседание было бы приостановлено или перенесено. Но, как сказал клерк из администрации, никакого заседания у мага разума сейчас не было, и можно спокойно встретиться в его кабинете, куда Красс и направился. По дороге к нужной двери, ан Жане радовался про себя тому, что Логмэр работал ни где-нибудь, а именно в суде. Не посвященный в магическую кухню человек мог подумать, что это весьма почетная должность для любого мага, так как она давала определенные привилегии, влияние и власть. Но в реальности все было с точностью до наоборот. Для колдунов, чем ближе их профессия к взаимодействию с людьми, тем она менее почетна. Да и не только в почете дело, она просто хуже.

Занимаясь людской рутиной, маг тем самым зарывал свой талант в песок, так как огромное количество времени тратил не на свои исследования и самосовершенствование, а на бесполезные для него, без конца повторяющиеся, нудные действия. Работа в суде - это воистину шаг отчаяния. Не будь Логмэр так упрям и узколоб, давно уже был бы магистром и работал в чьей-то лаборатории, а может не в чьей-то, а в своей. В суде же ничем кроме просиживания штанов он не занимался. Вся его функция здесь – это детектор лжи. С этим справиться любой мастер, не то что маг разума. Менталист же, при желании и достаточном времени, мог рассказать о жизни подозреваемого больше, чем тот знал сам. Но это было никому не нужно. Наверное, нет такого человека, который бы не знал чужого секрета. Особенно среди знати. Если полностью прочитать память благородного подозреваемого, то обнаружиться незримая ниточка из преступлений, тайн и секретов, ведущая от одного лица к другому. Сколько тогда окажется невиновных, среди высшего сословия? Двадцать процентов? Тридцать? А кто тогда страной управлять останется? С этим были многие не согласны. Справедливость есть справедливость, а уж управляющие найдутся! Но законы писали совершенно другие люди. Поэтому прокурор старался тщательно подбирать вопросы, чтобы не задеть чужие тайны, а маг разума лишь проверял правдивость ответов. Кстати о тайнах, как бы Крассу сейчас пригодилось знание какой-нибудь, даже самой маленькой тайночки Логмэра. Шантаж в предстоящем деле выглядел куда надежнее зыбкого доверия.

«Проходите, Ваше Высокопревосходительство, присаживайтесь.» Сказал Логмэр, встав со своего места во главе стола, и, указав на него Архимагу. Сам же в это время пододвинул к столу один из свободных стульев и, дождавшись разрешения Красса, неторопливо в него сел. Неторопливость была ему нужна для того, чтобы успеть обдумать то, зачем к нему явился его бывший однокурсник. Они не были близки, да даже будь они лучшими друзьями, очевидно, что ментального мага просто вызвали бы к более высокопоставленному коллеге. Так что причина появления важного гостя — это достаточно незаурядное, возможно, секретное дело, относящееся непосредственно к Логмэру. А это могло сулить как неприятности, так и большие выгоды.

– Ну что ты, Логмэр. Мы же с тобой давно знакомы, к чему эти формальности? Можешь смело ко мне обращаться на «ты». – сказал Ан Жане, растекшись по огромному мягкому кожаному креслу. Он окинул взглядом кабинет дознавателя. Все, за что цеплялся глаз было сделано со вкусом и выглядело достаточно дорого, что сразу выдавало в нем поделку людей, а не магов. Дорогие породы дерева с искусной резьбой, картина модного художника на одной из стен, резные статуэтки, массивная мебель, да то же кресло, в котором сидел Архимаг. Волшебникам это чуждо, они предпочитали строгую функциональность. Это очень полезное наблюдение, означавшее, что ментальный маг к своей работе привязан не был или относился отрицательно, раз внешний вид кабинета так и остался неизменным. Разве, воспринимающий всерьез своё дело, работник останется в неподходящей для него обстановке? И, наоборот, тому, кому безразлична своя работа плевать и на свое рабочее место. Сам Логмэр тоже выглядел не лучшим образом. Внешность осталось той же, не очень красивой помесью северных и южных черт, что и раньше. Но глаза смотрели как-то устало и безразлично. Да и куда они смотрели? То в пол, то в потолок, то на одну из множества фигурок бога правосудия. А это в свою очередь знак уже никак не положительный. Колдуны при любых взаимодействиях друг с другом смотрели прежде всего на ауру своего собеседника. Это было не только мерой предосторожности от внезапных непредвиденных действий другого мага, но давало возможность определения эмоций и намерений друг друга. То, что Логмэр не придерживался этого правила могло говорить о потере им всяческих амбиций и принятии собственной судьбы неудачника. Если это правда, то он навряд ли согласиться выполнять задание, приготовленное Крассом. Впрочем, так это или не так покажет только их беседа.

– Даже не помню, когда мы с тобой виделись в последний раз. Кажется, это было на той конференции, лет семь назад, когда ты получил звание мастера? – Начал Красс с отвлеченной темы.

– Да, насколько я помню это была наша последняя встреча, если не считать тех, где мы и парой слов не перекинулись.

– Эх, а мы ведь так хорошо в Академии общались, а по жизни разошлись, как будто и не знакомы. Надо это срочно исправлять! Может, ко мне в команду тогда переведешься? Будем как в старые добрые времена вместе работать. Наверстаем упущенное за все эти годы. Да что там объяснять, всяко лучше, чем здесь! – Маг, говоря одно, думал совсем другое. Это вовсе не было «тем самым предложением», которое он и пришел сегодня сделать. Частично, это приманка, которой он хотел завлечь менталиста, частично, просто пустое начало разговора. Не мог же он сразу начать свою агитацию, нужно сначала прощупать почву. Так что он не ждал положительного ответа, да и вообще надеялся на ответ отрицательный.

– Встречаться почаще – это идея не плохая. Но работу свою, к сожалению, оставить не могу. Тут же без меня все развалиться. Вся уголовная коллегия на мне одном держится. А это, можно сказать, дело государственной важности. Да и не только это. Тут и климат, и архитектура. Тем более, зачем тебе ментальный маг? У Тифонов, что, наконец-то, сознание обнаружили? Что-то не верится.

– Не хочешь, дело твое. А как дела на научном фронте? Над чем работаешь, какой этап, когда на магистра подавать будешь? Если, что я за тебя не глядя проголосую. Еще и пару друзей попрошу. Там и до должности Архимага недалеко. Станешь единственным полноценным магом разума среди нас. – Ответ на этот вопрос Красс с точностью знал заранее. Ни над чем Логмэр не работал, так как возможности у него такой попросту не было. Разным магам для исследования нужны разные ресурсы. Хотя работа над теорией никаких ресурсов кроме бумаги и пера не требовала, но все-таки теория – это только часть любого исследования. Куда более важная часть – это всегда практика. Что толку от умозаключений, которые не подкреплены множеством опытов? А опытов Логмэр здесь проводить точно не мог. Конкретно для исследований мага разума нужны люди, над которыми можно проводить эксперименты. Обычно использовались осужденные на смерть преступники, сумасшедшие, пленные или добровольцы. Шанс негативного исхода эксперимента не так уж и велик, и обычно подопытным ничего не грозило, но фатальные ошибки иногда все-таки случались, так что на невинных и непричастных людях старались опыты не проводить. Работая в суде, колдун уже не мог занимать никакие другие должности, следовательно, не имел доступа к лабораториям, а значит к подопытным.

– Да, есть один проект. Не скажу, что амбициозный, зато наверняка очень полезный с практической точки зрения. – сказал он в очередной раз отведя глаза.

«Нет у него никакого проекта». – Убедился гость.

– Ага, как скажешь. А вообще, чем в дальнейшем планируешь заниматься? Не вечно же здесь работать. Должность не для колдуна твоего уровня. Согласен, ведь?

– Даже не знаю. Все работы одинаково важны, а ученых и военных без меня хватает. Смотри, о чем я недавно подумал. Очевидно, что в последнее время скорость развития магии ощутимо увеличилась. Но почему это происходит, ты пробовал узнать? Я изучил архивы по поводу биографии волшебников, сделавших наиболее важные открытия, и обнаружил определенную закономерность. Большинство колдунов свои самые значимые публикации делали именно в конце их жизненного пути. Кроме того, за последнюю тысячу лет серьезно возросла средняя продолжительность жизни магов, примерно, со ста до ста восьмидесяти лет. Соответственно, можно сделать вывод, что так как современные маги дольше живут, то со временем они накапливают все больше знаний о нашей реальности, а это позволяет им делать более точные и прогрессивные выводы об устройстве магии. То есть, чем старше маг, тем он умнее и более ценен как исследователь. А теперь представь, ведь даже заурядный маг может прожить тысячу лет, а мы с тобой по две-три без особых проблем выдержим. Так вот, если не рисковать собой в первые столетия жизни, а спокойно и размеренно заниматься своей работай, попутно углубляя свои познания в магической теории, то через тысячу лет тебе могут открыться такие тайны, о существовании которых сейчас ты и помыслить не можешь. Вот я и хочу провести эксперимент на эту тему. Ну как, согласен?