Чтение онлайн

Вот такая у меня мама…Не дай Бог никому. Меня еще угнетало и угнетает до сих пор чувство вины перед моей малышкой. Ведь это я виновата в том, что она родилась преждевременно. Не надо мне было тащить тот злосчастный ковер с балкона на 36-й неделе беременности! Не надо было резко наклоняться и ставить гладильную доску! Но я себя так хорошо и легко чувствовала, я держала вес с норме, поправилась только на 5-6 кг, ела гречку, и так далее, не отекала, все было чудесно, и я решила, что могу делать все, что делают обычные женщины. И вот – отошли воды вдруг, резко! Вообще, мне нужно было внимательнее относиться к своей беременности, без залихватства, надо было перестраховываться , надо было лечь на сохранение в 7 месяцев, ведь у меня стало немного подниматься давление. Но я чувствовала себя просто превосходно, особенно по сравнению с первым триместром, когда меня мучил дичайший токсикоз, и я постоянно бегала в ванную блевать, пардон. А теперь самочувствие было у меня отменным, и я решила, что смогу делать что-то по дому, например, погладить белье и отпороть с ковра колечки, чтобы потом его повесить в комнате. Но я не думала об опасности для ребенка…Хотя всю беременность соблюдала указания врачей, не пила много жидкости, чтобы не отекать и не создавать ребенку давления лишнего, пила Фолиевую кислоту и витамин Матерну для беременных. И все. Конечно, в гинекологии врачи пытались мне впихнуть кучу еще каких-то витаминов, БАДов, чтобы я купила у них это все, но я держалась стойко. Потому что ну нафиг, еще не известно, что это, может, это эксперимент проводят на беременных, какие лекарства хорошие, какие- нет. Нет уж, я не подопытная крыса вам. И, как меня не запугивала наша участковая гинекологиня, что ребенок может родиться слабым, таким-сяким без этих вот чудо-витаминов, если я не куплю их у нее, я не поддавалась. Идите нафиг! Вообще, это меня так бесило, как прямо продавцы втюхивают товар на рынке, так и эта гинекологиня мне пыталась втюхать лекарства, еще и запугивала постоянно!!! Ну, им же фармкомпании премии выписывали за продажу наивным запуганным беременным девочкам всей этой туфтени. А я такая не поддавалась. Думаю, гинекологиня мне специально поставила в карте диаогноз Кольпит, то есть молочница, то есть инфекция, потому что я не купила у нее лекарства, и меня поэтому в Подольске отправили в палату к бомжам и алкашкам каким-то, у которых вообще карт не было беременных, которые в гинекологии заводят и ведут всю беременность. Потому что потом у меня анализы были хорошие, и никакого кольпита, никакой инфекции не нашли. Вот так. Вот такие гинекологи в нашей консультации работают. Слава Богу еще, что у Мурки моей не было гематом, родилась она сама, в рубашке белой, не было у нее пороков никаких, никаких отклонений крупных, и инфекции – герпес и цитомегаловирус – которые у нее нашли при родах, потом ушли сами, это не ее болезни были, это были мои инфекции, и ей не передались. Фуф. Потому что это ужасные инфекции, если они у ребенка раходятся. Последствия там самые плохие для ребенка. Хотя даже ее «некрупные» проблемы – шумок в сердце, Перинатальная энцефалопатия,слабый желудок – до сих пор дают о себе знать, хотя я ее и выхаживаю как следует, делаю все, что нужно, чтобы она стала здоровым ребенком. И я ее вылечу, чего бы мне это не стоило! Потому что я ответственна за ее здоровье.

Да уж, вспоминаю роды, это настоящий шок был для меня во всех отношениях. Нет, мне не было страшно рожать, мне это было даже любопытно – как это – рожать. Но вот Как это все произошло – шок. Потому что мы хотели ехать рожать вообще-то в Москву, выбрали роддом уже, но тут все пошло не так. Я потащила с балкона тот злосчастный ковер. Прямо активность дикая на меня какая-то напала! Может, я просто засиделась дома, и мне хотелось хоть что-то сделать, не знаю. И это был шок, когда вдруг из меня полилась вода, отошли околоплодные воды. И я была дома совершенно одна, Сережа еще не приехал с работы, Миша был на танцах (это был субботний вечер), родители только недавно ушли от меня на поселок, и не успели еще туда прийти, конечно же. А у меня отошли воды. Я читала, что в таком случае надо срочно вызывать Скорую, потому что у ребенка сразу начинается кислородное голодание в животе без этого пузыря. Скорая приехала почти одновременно с родителями, которым я позвонила, я уже отъезжала от дома на Скорой, и они бегут навстречу, их тоже взяли. Я дома только успела взять документы и нацарапать мужу записку на клочке бумаги – Я в Подольске, отошли воды, и все. Мобильных телефонов у нас не было тогда еще. Они были недоступны для нас. Только у крутых были, у братвы в малиновых пиджаках.

В Подольском роддоме меня обругала медсестра приемная за то, что я не побрила лобок заранее (да я вообще и не предполагала рожать как бы!), но я не стала ей все объяснять, родители поехали обратно домой на автобусе, а меня эта злобная медсестра брила ржавым тупым лезвием, и я боялась, что она мне занесет сепсис какой-нибудь. Потом – клизмы, потом меня подняли в родильное отделение. Акушерки на меня орали и злились, что я помешала смотреть им телевизор, тем более, выходной же день, точнее, ночь уже была, и что этой дуре интеллигентной приспичило тут еще рожать! Пошлые шутки, крики, приказы замолчать и не плакать от боли. Акушеры были дико грубыми, а я боялась, что они навредят моему ребенку, что-нибудь с ним сделают плохое. Когда Маша родилась, она сразу заорала звонко сама, она была в пленочке-рубашке белой. Но акушерка сразу оборвала всю мою радость словами о том, что ребенок слабый и в течение трех часов может умереть легко. У меня сразу все похолодело внутри, а, попав уже в палату, я ревела дни и ночи напролет, чувствуя свою и только свою вину. Позже выяснилось, что Мурка провела три дня в реанимации под колпаком, у нее не раскрывались легкие и она плохо дышала, была на искусственной вентиляции легких. Мы еле-еле договорились за деньги, конечно, чтобы мне разрешат ее увидеть, но меня не звали к ней несколько дней, только потом типа грубо спросили – ну что, мамаша, ребенка-то будешь смотреть, или тебе все равно? Да что там за идиоты работают в этом Подольске, я каждый день спрашивала, как там мой ребенок, но со мной никто не говорил, и даже после того, как мы дали взятку, мне не сразу ее показали, мою девочку! Никто не представляет, какие терзания я там испытывала все это время, я не просыхала от слез! И вот, когда я ее увидела, наконец, в реанимации, у меня просто перехватило дыхание и слезы полились не только из глаз, но, как мне казалось, из носа и ушей тоже. Во-первых, моя Маша лежала в куче грязных пеленок, как показывают обычно в фильмах про немецкие концлагеря, не пеленок даже, а тряпок каких-то! наверное, они были просто застиранными, ведь больница, все-таки, но вид у них был желтый, отвратительный! Мурку раскрывали от этих тряпок, как капусту, в разные стороны, и я увидела жалкое красно-синее тельце и большую голову с огромными синими глазами и шикарной светлой шевелюрой. Я думала, что просто потеряю сознание сейчас, потому что зрелище было совершенно душераздирающее! Потом уже нас с ней перевели в другое отделение, детское, в соседнем корпусе, обследовали и так далее. Сейчас она браво носится по квартире, цепляя ручонками все, что попадается на пути, что-то лопочет, поет песни, танцует. Эдакая маленькая шустрая штучка.

Именно этот термин можно вполне применить и ко мне. Я тоже штучка. В меру хорошая, в меру стервозная, в меру скромная, в меру сексапильная. Главное, я знаю, когда нужно спрятать коготки, а когда надо их выпустить. Характер в маму, поэтому она и не любит меня, поэтому мы и цапаемся. Но мама не знает меры в своей ненависти и злобе. И иногда такое скажет! Нажаловалась тут на нас с Мишей своей сестре, тете Тане, мол, мы неблагодарные дети (почему????Что мы НЕ делаем??? Ноги тебе не моем?), та звонит и начинает нас учить уму-разуму (она обожает учить других, да и вообще, все эти четыре сестры считают себя самыми умными на свете!). Я так разозлилась! Ты себя поучи, разведенка, потеряла мужика с кошельком, сама довела до того, что он ушел, довела своими язвительными замечаниями в духе всех Арсентьевых, обидными подколами и обвинениями в импотенции(все сестры у матери – язвы еще те, деревенские же), а теперь эта тетка мается одна, деньги-то уплыли, и пилить некого стало, вот ты иди и детей своих учи, а не нас! А то названивает мне, мол, за мать никто не заступается, такая она вся бедная-несчастная, ага. А матери надо меньше обвинять родную дочь черти в чем, в «отступничестве» каком-то и тд., меньше желчи и злобы на дочь выливать. Потому что я ненавижу ее теперь. Если мама к нам приходит, она приходит со злом всегда, от нее прямо аура злобы и неависти распространяется, она с порога начинает на меня наезжать, обвинять, просто мордой об стол сразу! Только порог переступила – а уже губки поджимает свои тоненькие, как ниточки, глазки злобными становятся, и пошло-поехало прямо с порога – дочь плохая. И причем совершенно незаслуженно. И я сразу же защищаться начинаю, разумеется, сначала молча, потом тоже отвечать ей начинаю. И она обижается еще. Так что она сама себя обижает. Вот так. А на меня потом жалуется, что я с ней себя веду несдержанно, и грубо отвечаю. А ты не наезжай просто так, и не буду грубо отвечать! А то – с порога – тряпка не там лежит, вы дураки, носки не там висят, вы плохие вообще, и так злобно, поджав губки, с такой ненавистью, как будто гестаповец пришел!

А потом она начинает мне жаловаться на всех остальных. Звонит, и начинает мне жаловаться на папу, что он всю жизнь ей испортил, что она развестись хотела, он мало зарабатывает и безынициативный по жизни (как я понимаю, в кровати, в основном). Но дети помешали развестись (то есть мы с братом). Короче, она всем на всех жалуется. Сестрам – на нас с братом и на нас с мужем, Мише – на нас с мужем, нам – на папу и так далее. У нее все виноваты, кроме нее самой.

Вообще, я так понимаю, что все ее закидоны – от безденежья и недостатка секса. И это копилось годами. Она думала, что вот –вот будет лучше, надо еще немного потерпеть, а лучше не становилось. Только хуже. До Перестройки они жили стабильно, нормально, как вся серая масса, получали свои копейки гарантированно. А теперь надо царапаться, чтобы заработать, институты-то посокращали, халява закочилась. А здоровье-то у них уже не то, чтобы активно зарабатывать. Все. Поезд ушел. Да и царапаться активно, чтобы заработать – претит их воспитанию, они привыкли жить, как есть, а стараться заработать больше не пытались практически, тк не то воспитание, это считалось в СССР рвачеством и плохим тоном – стараться заработать больше денег. Это считалось в те времена позором и вообще не главным в жизни, главное – строительство коммунизма и светлое будущее. А настоящее – да фиг с ним. А оказалось после Перестройки, что деньги-то главное как раз, без них не выжить. И зарабатывать сложно стало, да, не буду спорить, то родители сидели в теплых институтах, работали потихоньку, и получали потихоньку, и не парились особенно. А потом рабочих мест стало мало, маме пришлось идти вахтером в компьютерный центр, папе – грузчиком в магазин. Но мы-то уже выросли, мы сами зарабатывали себе на жизнь с братом. Так что…Ломка морали советской и советского образа жизни не прошли даром для мамы. Она же максималистка по жизни, у нее только черное и белое, им вдалбливали в советский период, что те, кто много и хорошо зарабатывает – обязательно вор, барыга и обманщик. Все. Иного не дано. Либо ты нищий и приличный, либо ты богатый, но ворюга. Если хорошо зарабатываешь, то обязательно переступаешь через черту какую-то, через свою совесть, воруешь, обманываешь. Глупость какая-то. Я работала до декрета и получала шикарные деньги, но я пахала, как вол, офис-менеджером, а до этого в турагентстве, и приезжала домой просто без ног. Зато зарабатывала хорошо, честно, не воровала, не переступала ни через что, я работала в 1С, оформляла документы. Все было четко и честно. Или вот Миша и Сережа – они что, тоже воруют? Нет, тоже честно работают и зарабатывают, Миша на машину заработал, Сережа семью содержит. Но вот эти советские клише в головах советских людей…Абсурд.

Кстати, Сережа тоже не очень инициативен по жизни, особенно в постели. Приходится мне всегда брать инициативу на себя. Я понимаю, что он устает после работы, но есть ведь выходные, когда можно пошептать немножко мне на ушко, погладить мне шейку…Мне ведь даже поговорить днем не с кем, только с Марусей. И я поэтому дичаю немного, и начинаю приставать к Сереже вечером. Иногда удается его расшевелить, но не всегда. В выходные, конечно, получше все обстоит. Сережа вообще, как мой папа, иногда такое сказанет – в самую точку. Когда я рассказала ему про мамины мысли о разводе в молодости, он усмехнулся и сказал, что бабы с таким характером, как у моей матери, никому и даром не нужны. А ведь и правда, говно-характер у всех этих Арсентьевых. Поэтому и обе сестры материны развелись, только младшая и мама пока замужем. Правда, одна сестра опять замуж вышла. Но это уже не то. И кто еще, кроме моего смиренного скромного папы, сможет терпеть все мамины закидоны? У него просто ангельское терпение! Конечно, и нервы у него слабые, панические атаки были до молодого возраста с детства, нервные тики и тд, он вот и держится поэтому за активную мою маму, и вроде трюхает себе потихонечку. Так что все у моих родителей взаимовыгодно. Сотрудничество вразимовыгодное. Интересно, у меня половина характера папина, и половина мамина. И это очень сложно сочетать в себе, это как жара и холод. Я трусиха осторожная, но люблю активность и шашкой махать. Несочетаемые сочетания.

Так забавно, я очень люблю с детства подражать всем и вся. Ну, не то, чтобы специально, это автоматически получается, начинаю мартышничать автоматически. Глядя на кого-то. Начинаю ходить такой же походкой, как у кого-то увидела, все детство подражала жестам увиденным у кого-то в садике или школе. Автоматически ту же мимику начинаю воспроизводить. Как мартышка. Я- повторюшка, но мне вовсе не стыдно, а даже забавно, как у меня все это получается. Я в детстве подражала голосу Зайца из Ну, погоди, причем очень успешно, похоже очень было. Сенчиной-певице могла подражать. Тоже очень похожий голос делала. Пугачеву могла передразнива четко. Мне очень нравилось с детства подражать кому-то. Голосом, жестами, интонацией, походкой, это так прикольно! И я сама собой любовалась со стороны, мне это так нравилось всегда! Артистка Перепелкина – так меня папа в детстве называл, я рано начала говорить и шикарно стишки запоминала, и выступала вечно перед родней многочисленной, хотели они этого, или нет. Просто ставила из перед фактом – я буду выступать, и точка. И папа объявлял – выступает артистка Перепелкина. И даже записывал мои выступления на магнитофон бабинный, огромный.

Вообще, я приспособленец во всем, как хамелеон, как флюгер. Но в меру. Чтобы выживать и не выделяться из толпы. Это нормально, это самосохранение ради потомства. Но, разумеется, у меня есть и костяк. Незыблимые правила морали и этики, традиции мои собственные. Кстати, никогда не любила писать письма и поздравлять кого-то с чем-то. А вот получать очень даже люблю. Просто тут вот Женя, моя двоюродная сестра, прислала поздравление с Новым Годом. Раньше, когда с нами жил общий брат мамы и ее сестер, инвалид дядя Ваня, ему тетки и другие родственники всегда присылали письма. Телефона у нас тогда не было. И мне нравилось собирать открытки. Вот и сейчас Женя пытается сохранять традиции. Молодец. Она всегда всем рассылает письма, поздравляет всех родственников с праздниками, это тетя Таня, ее мама, ей напоминает всегда. А я никого не поздравляю открытками. Только звоню иногда по телефону. Только очень редко. Не люблю я это все. Это, наверное, плохо. Но что поделать. Я одиночка. Хотя надо исправляться, ведь посылать письма так же приятно, как дарить подарки. Правду говорят, что дарить приятней, чем получать. Я очень люблю дарить хорошие подарки. Всегда любила, сначала делала своими руками (вышивки красивые, выжигания на досочках), потом покупала, когда после школы пошла работать. Только вот сейчас некогда ходить по магазинам. А раньше, когда я работала и училась в МГУ, я на свою зарплату с радостью покупала толковые подарки родителям и Мишке. Мне так нравилось мозговать, думать, что подарить, выбирать ходить, благо, это уже были 90-е годы, много всякой красоты появилось на прилавках магазинов и в киосках коммерческих. Шарфики, вазочки, инструмент, кошельки, перчатки, принадлежности для бритья, украшения, посуда, игрушки забавные, и так далее, слава Перестройке! Я каждый год, несколько лет подряд, в декабре ездила в Болшево, к тетке и двоюродным брату и сестре, и им тоже выбирала всегда подарки, у брата в декабре день рождения был. Тоже так мне нравилось им подарки выбирать, покупать на свои деньги! Помню, папе и Мишке я купила шикарные турецкие халаты махровые, и шарф папе козий, дорогой, индийский, его Мишка сейчас носит. И себя я, конечно, не забывала, копила и покупала то, что хотела. Помню, на первом или втором курсе купила себе первое в жизни золотое колечко! С фианитом. Копила несколько месяцев. На моем курсе училась девочка Маша, она работала секретарем в ювелирной фирме, они там делали красивые колечки. Я у нее увидела плетеное аккуратное колечко с красным камешком, договорилась с ней, накопила денег, и купила колечко такое же, только с белым фианитиком. С рубином, как у нее, были дороже колечки, я не тянула на такое. Но и мое мне тоже очень нравится. Лежит у меня до сих пор, может, Маша будет потом носить.

Вообще, я сорока страшенная, обожаю все, что блестит. В детстве даже шла на разные ухищрения, чтобы завладеть желаемой блестящей вещью. В деревне у матери тети Нюры выпросила колечко, потеряла потом, у бабушки Ани выпрашивала колечко с рубином, хорошо, она не отдала, а то бы я потеряла его тоже, потом уже дед мне его подарил на какой-то мой день рождения, когда бабушка уже умерла. А в детском садике я увела у подруги из-под носа золотое колечко с рубином, которое мальчик из нашей же группы, Димка, спер у своей мамы втихаря, и принес этой девочке. А я купила кольцо это за половинку мандаринки, у меня как раз оказалась с собой, и Димка мне кольцо продал, а Таня осталась с носом, тк у нее ничего не было, что Димке бы дать, и он отказал ей в сделке. Потом кольцо, естественно, отобрали воспитатели. Но были и бижутерные камушки разные, там же, в детском саду. Не помню уже, кто мне их принес. А я их в нос себе засунула во время тихого часа, просто так, от нечего делать. Потом стала выковыривать, и кровь пошла из носа, воспитатели перепугались и меня кверху ногами стали трясти. Как Буратино. И камешки выскочили с соплями вместе. Потом у маминой сестры тети Вали, когда она еще с первым своим мужем богатым жила в городке у нас, я стащила пару юбилейных монет больших, с лениным, тетя Валя демонстрировала их моим родителям нищим, хвасталась, сложила стопочкой 10 монет на столе, они так блестели! Это была такая роскошь! И я стащила незаметно две монеты, думала, их и так много у тети Вали, и она не заметит ничего. Потом по дороге обратно сделала вид, что там с сугробе что-то блестит, и как будто я нашла монету эту серебряную, вот же чудо какое! Конечно, монеты пришлось с позором вернуть тете Вале, мы тут же повернули обратно и отдали это богатство…А мне прочитали целую лекцию, что воровать нехорошо. А вы мне хоть раз купили бусики, заколочки, колечки детские???? Хоть что-то красивое мне купили? Нет, потому что мои родители это считали буржуйством и развратом, и детям это было нельзя даже в руках держать. Поэтому у меня не было в детстве никаких украшений детских, только ленточки для косичек, да и то не атласные, а блеклые, простые, самые дешевые. А мне так хотелось колечко хоть какое, клипсы хоть какие-нибудь сломанные!!!! Хоть что-то красивое, блестящее, потому что ведь это так красиво, эстетично! И я совершенно не воспринимала как воровство все эти заимствования блестящих вещей, просто я брала, и все. Потому что у меня этого не было, а мне хотелось это иметь. Почему бы не взять? Да уж, эта советская идеология – запрет на все красивое, запрет на обеспеченность, внушение нам, детям, что это все только портит советского человека….Так глупо!

Потом, когда я лет в шесть или семь занималась частными уроками музыки, брала уроки музыки и тетеньки с пятого этажа в нашем подъезде, я стащила у нее бусы из бисера, которые висели на гвоздике над пианино. Потому что мне хотелось иметь красивые вещи, но мне их не покупали. Потом, лет в 10-12, когда я ездила в пионерский лагерь далеко, в Чеховский район, я утащила у девочки колечко золотое, ее мамы колечко, девочка привезла его с собой, и всем по очереди давала поносить. Я тоже взяла поносить, а потом сказала, что потеряла, и своей маме отдала, когда мама приехала меня навестить в Родительский день. Потому что мне хотелось маму порадовать. Но она меня отругала, и мне пришлось колечко вернуть, я сказала девочке, что нашла его в джинсах. Да, все это было, и мне немного стыдно за это. Но виноваты родители. Со своей идеологией дурацкой. Потому что я девочка с самого рождения, девочка до мозга костей, я любила красиво наряжаться, любила все блестящее, изящное, потому что это НОРМАЛЬНО! А мне мама говорила, что не нормально. И я считала себя плохой и испорченной. Потому что любила наряжаться в ее ночнушки длинные, или в тюль, и представляла себя принцессой средневековой. Нарядов у меня никаких не было, платьев бальных и прочего. Потому что все жили бедно в советском союзе. И чуть у кого что-то было получше – про них сразу начинали шипеть – барыги, воруют, небось, гады, и детей их начинали дразнить. Поэтому никто не выпячивался никогда, и все дети ходили в одинаково тупых убогих серых сарафанах. А на праздники – стандартные костюмы в детском садике. Лисичка, Снежинка, Снегурочка, Зайчик. Вот и все. Но я-то знала, ЧТО мне нравится, а то, в чем я ходила – НЕ нравится. Потому что убожество, и я это чувствовала с пеленок. Но мама говорила, что я плохая, если хочу красивые платья себе, а тетки тоже говорили, что это плохо – хотеть себе золотые кольца. Хотя вот у них-то были кольца золотые и сережки, у двух теток, они за богатых замуж вышли. И я же это все видела. И не понимала, почему мама меня плохой назывыет и испорченной за то, что я хочу кольца золотые, как у теток моих, и платья хочу красивые, как в книжках про принцесс. И я чувствовала себя виноватой перед мамой за то, что хочу все это. Да уж…Подпортила мне маман моя здоровье и психику!

Кстати, Маруська моя тоже любит все красивое, блестящее, круглое. Столько она уже всего этого перезапихивала себе в рот – сказать страшно, я только и успевала вытаскивать! Глаз да глаз за ней нужен, с самых пеленок! Однажды, месяцев в пять, когда она уже сидеть могла и книжки смотрела сидела в кроватке своей детской (книжки с толстыми картонными страничками, чтобы не рвала и не ела листочки), я на пять минут отошла на кухню глянуть сериал бразильский про Тропиканку. Слышу вдруг – звуки странные из комнаты, прихожу – а Машка задыхвается сидит, глаза выпучила ! А она каким-то макаром разгрызла погремушку пластмассовую, которые на коляски раньше вешали, а теперь такая висела на кроватке ее, так она один шарик большой разгрызла (как-непонятно, он ведь жесткий, видимо, половинки были плохо склеены, и она разгрызла), и полусферку одну в рот себе запихнула, а она встала в дыхательном горле у нее выпуклой стороной вверх, и перекрыла дыхание, и Маша сидит и задыхается, и изумленно на меня смотрит, и я просто в шоке схватила ее за ноги и стала трясти вниз головой, тоже как Буратино, ее сразу вырвало, и эта полусфера выскочила. Но ужас был еще тот у меня! Я думала, все, задохнется мой ребенок бестолковый! И ведь я не оставляла никогда у нее в кроватке никаких вещей, погремушек, ничего! Эта погремушка висела на стенке кроватки, и как она до нее достала – непонятно! Хотя Маша все себе в рот запихивала, тряпки, травку на улице, бумажки, да и сейчас до сих пор все себе в рот тащит, хоть ей уже годик, нитки, волоски, волокна какие-то, все-все тащит в рот, а потом блюет завтраками, обедами или ужинами радостно. Как кошка. Честно говоря, и тоже до сих пор не избавилась от похожей привычки нервной – тащить в рот волосы. До сих пор вырываю их на голове у себя и тащу в рот, пожевать. Нервы. Понимаю американцев, которые придумали жвачку. Молодцы! И мама моя жевала всю жизнь кончики волос. Наследственное. Но у Маши это надо ликвидировать, иначе, не дай Бог, у нее потом и тики нервные начнутся, как у меня и Миши были в детстве, и у папы нашего, у дедушки Юры. А это может привести к комплексам крупным. Нельзя.