Чтение онлайн

– Я точно не видел, – кивнул егерь. И принялся задумчиво скрести пальцами седую бороду. – Тридцать лет по Тайге хожу, а такого не встречал. Лапа здоровая, но чья – черт его разберет.

– Покажете? – поинтересовался я.

Выглядело так, будто здесь поработал то ли огневолк, то ли ящер – вроде тех, на которых ездили бывшие товарищи Галки. Только не обычный, а разряда этак… Матерь знает какого разряда, если честно. Но аспект мощный: не просто огнем плюется – жарит, как плазменная пушка.

Автоматон?.. Хотя – вряд ли, уж их-то следы точно ни с чем не спутаешь.

– Вон туда. – Егерь шевельнул стволом штуцера в сторону ельника, где деревья стояли плотнее. – Только далеко бы я не ходил, ваше сиятельство. А то мало ли…

– Я тоже, – подал голос подпоручик. И нервно усмехнулся: – Что-то не очень мне все это нравится… Может, лучше к дому?

– Оставайтесь здесь, если хотите. – Я поднялся и поправил ножны за спиной. – Только покажите мне след.

Я, кажется, понемногу начинал соображать, зачем Урусов решил позвать меня охоту. В гарнизоне желающих гоняться по Тайге за могучей тварью с аспектом явно не хватало.

Седой егерь тоскливо вздохнул, но спорить, конечно же, не осмелился. И неторопливо двинулся к ельнику со штуцером наперевес. Шли мы всего ничего – от силы полсотни шагов – но времени это заняло изрядно. Снега под ногами оказалось немного, меньше, чем на прогалине – видимо, оттого, что деревья здесь росли так густо, что будто нарочно цеплялись за одежду ветками…

И вдруг расступились, выпуская нас к небольшому обрыву.

– Вот там он и прошел, ваше сиятельство. – Егерь указал стволом штуцера вниз. – Видите?

Я видел.

Здесь, под обрывом, намело куда больше, чем наверху, и первый же шаг по склону подтвердил: идти будет скверно. Наст не держал, ноги проваливались по колено, а кое-где и глубже. Один из егерей – тот самый молодой скуластый – ухнул по пояс и кое-как выбрался, чертыхаясь сквозь зубы.

За мной шли все – наверху не остался даже поручик, которому не терпелось вернуться в крепость. Торчать одному в Тайге ему, видимо, хотелось еще меньше, чем тащиться по ней в поисках неведомой твари.

До следов мы добрались не сразу – пришлось пройти еще с полсотни шагов вдоль склона, прежде чем я сумел нормально разглядеть отпечатки. Они тянулись по ложбине, и солнце услужливо высвечивало каждый – будто кто-то вдавил в сугроб гигантскую птичью лапу… Только с лишним пальцем.

Я присел у ближайшего следа.

Глубокий. И, кажется, даже сравнительно свежий, хоть дно уже успело промерзнуть и схватилось ледяной коркой. Огромный: самый рослый из егерей запросто поставил бы туда валенок, и еще по краям осталось бы место для второго. Четыре пальца, растопыренные веером, с длинными бороздами от когтей – и один, отставленный назад.

Знакомая форма. Даже очень.

Я уже видел такой след – осенью, ночью, у сожженной землянки, когда Сокол высветил фонарем отпечаток. Тогда мы еще гадали, что за чудище ходит на двух лапах – а потом увидели вживую и гадать перестали.

Только тот след был с человеческую ступню. А этот…

Я вполне мог рассказать, где уже встречал таких тварей – точнее, их младших сородичей. Двуногие ящеры с огненным дыханием, на которых ездили верхом Галка и остальные бойцы Черного Ефима. Но младшие были размером с лошадь, а эта, судя по следу, могла бы сожрать лошадь на завтрак и не заметить.

Пожалуй, господам егерям и офицерам пока лучше об этом не знать – чтобы не нервничали раньше времени.

– С медведя будет, ваше сиятельство, – негромко сказал седобородый егерь, проследив за моим взглядом. – А то и поболе.

– Поболе.

С медведя – это если считать только вес. А если прикинуть, что с размером туши растет и аспект, и что огненное дыхание такой твари не просто плюется искрами, а жарит всерьез – неудивительно, что трех упырей превратили в угольки одним плевком.

– Ваше сиятельство, – штабс-капитан шагнул ближе, понизив голос, – чего делать-то будем? Дальше пойдем или к дому?

Я поднял взгляд. Урусов стоял чуть поодаль, сжимая ремень ружья. Молчал – и явно пребывал в сомнениях. Которые несложно было понять: одно дело прогуляться на разведку за реку в хорошей компании. А лезть вглубь Тайги по следу огромной огнедышащей твари, которая жжет мертвецов до костей – совсем другое.

Но решать кому-то надо. И этот кто-то, судя по взглядам – я.

– Нужно проверить. – Я поднялся и стряхнул снег с колена. – Если эта тварь бродит где-то поблизости, она вполне может выйти к мосту. А то и в город, и караульные со штуцерами ее не остановят. Представьте себе такую громадину на улицах Орешка.

Урусов молчал. Штабс-капитан тоже – смотрел на полковника, ожидая приказа, который тот никак не мог из себя выдавить.

– Жрать-то ей что-то надо.

Все обернулись. Аскольд стоял чуть позади. Хмурый, сосредоточенный, раскрасневшийся от мороза, но явно готовый идти по следам хоть до самого Котлина озера.

– Здесь добычи после упрырей почти не осталось, – так же тихо, но увесисто проговорил он. – Голодная тварь пойдет туда, где есть еда.

Как ни странно, эти слова подействовали получше моих – или господам служивым просто стало стыдно трусить при мальчишке. Седобородый егерь вздохнул, перехватил штуцер поудобнее и первым двинулся дальше. За ним – второй, потом штабс-капитан с Урусовым. Поручик замешкался на секунду, оглянулся – и тоже шагнул следом.

Мы шли вдоль замерзшего ручья. Следы вели ровно – тварь не петляла, не останавливалась. Явно двигалась куда-то с определенной целью, и шаг у нее был такой, что нам приходилось делать по три на каждый ее один. Деревья здесь стояли плотнее, ели кое-где перемежались березами, а березы – какими-то кустами.

Ручей повернул, и следы свернули вместе с ним – а потом оборвались у поваленного дерева, за которым начиналась небольшая лощина. Густо поросшая молодыми елками, она казалась почти застывшей – но я заметил, как шевеляться верхушки.

– Тихо! – Шагавший впереди егерь вскинул штуцер и медленно опустился на корточки. – Слышите?

Я еще как слышал – хруст. Мерный, влажный, тяжелый – так обычно ломаются кости, когда их перемалывают челюстями, сдирая плоть.

Там, в лощине копошилось что-то огромное. Елки раскачивались и трещали от каждого движения, осыпая снег с ветвей. Сначала я увидел хвост – длинный, толстый, неторопливо качавшийся из стороны в сторону, как маятник. Потом, когда тварь чуть развернулась, показалась и спина: черная чешуя, местами отливающая темно-багровым. Вдоль хребта, от основания хвоста до загривка тянулись роговые пластины, каждая размером с небольшой щит, и все это великолепие венчал костяной гребень, чуть поблескивающий в лучах солнца.