Мой огненный ангел, Фортунатова Нина Игоревна

Мой огненный ангел

Фортунатова Нина Игоревна

Шрифт:

К отцу Александру я попадала только в каникулы, когда самой не нужно было на работу в школу. В это время я старалась приехать к нему с Ванечкой домой в Семхоз. Суббота и воскресенье всегда были служебными днями на Арбате, значит, и в каникулы в Новую Деревню я попадала только в среду, и то не всегда. Поэтому появление в 70-е годы в Новой Деревне очень многих людей, теперь знаменитых, прошло для меня «по касательной».

О Александр стоит точно на том месте, где теперь его могила. 1970-е гг.

Новая Деревня. Церковный домик при Сретенском храме. Кабинет о. Александра, 1975 г.

Например, в письме отец Александр просит найти работу (переводы) для женщины с дочкой. Женщина одинокая и очень нуждается. Знает языки. Переводы нашли через папу. И только спустя долгое время я узнаю, что это Зоя Афанасьевна Масленникова, уже давно не последний человек в приходе. Потом батюшка просит оказать внимание и помочь женщине-математику, которая хочет петь. Я очень смущена и пробую провести первое и единственное занятие в домике, напевая гласы «по Елене Сергеевне», и даже черчу ей и тёте Клаве (Клавдии Антоновне) нотный стан. Так как бумаги не хватает, черчу его на земле у лавочки под берёзой. Потом иду к отцу Александру и в отчаянии говорю: «Как же учить, если они нот не знают, а я в следующий раз приеду только в осенние каникулы?» — а было лето. «Ничего, ничего, кто ищет, тот всегда найдёт», — ответил отец Александр. И правда, через некоторое время не я Соню, а Соня Рукова приехала на Арбат учить меня уставу.

Зоя Афанасьевна, её дочь Даша, внуки Ника, Кирилл и Юра Пастернак

А однажды я приехала в весенние каникулы с Ваней, был Великий пост. И слышу ещё от калитки чтение Апостола, да так громко! Ну, думаю, пока меня нет — тут сибирский медведь появился, а я не знаю. Входим, и правда: огромный, шевелюра богатейшая, голос — три Шаляпина. «Кто это?» — спрашиваю. «А это наш новый алтарник, ты что, не знаешь?» Так я первый раз увидела Володю (теперь отца Владимира) Архипова.

Отец Владимир Архипов

Зоя Афанасьевна и отец Александр Мень

Глава IV

Крестины. Болезнь Мити

Самая яркая примета того времени, середины и конца 70-х годов, это то, что все хотели креститься, непременно «тайно» и непременно у отца Александра. Так я обросла крестниками, которых крестили либо в домике, либо в храме в неслужебные дни, либо у меня дома, либо дома у тех, кто крестился. Теперь крестников уже 96, а раньше отец Александр смеялся, мол, у вас их, как апостолов, «от 70-ти». А ещё шутил: «Как они у вас все в сердце помещаются? Что у вас там — общежитие?»

Разумеется, большую часть крестин не фотографировали. Либо фотографировали одного отца Александра. И мелко подписывали: «Крестины Володи Б. на Центральной». Теперь ясно, что это был Володя Борзенко в доме у Зои Афанасьевны Масленниковой.

Но одни крестины (хотя и не самый их момент, а минутой позже) остались у меня «на память». Если быть совсем точной, то это было не в конце 70-х, а в самом начале 80-х. Это крестины Данечки Борисова, сына Лиды Мурановой. Счастливые крёстные, Владимир Файнберг и я, смотрим на о. Александра и Лиду Муранову. А фотографировал муж Лиды Саша Борисов.

Лида Муранова

То ли в шутку, то ли всерьёз о. Александр, бывало, спрашивал восприемников: «А не собрались ли вы, дорогие, часом сами пожениться? Крёстным это возбраняется».

Счастливые крестные с крестником

Когда батюшка не мог сам крестить по каким-либо причинам, он говорил, куда и к кому надо ехать, назначал день и час.

< image l:href="#"/>

о. Владимир Бороздинов с матушкой Надеждой. 2007 г.

Таким образом, многих моих крестников крестил отец Николай Ведерников, отец Николай Педашенко и отец Владимир Бороздинов. Другие дети были крещены в храме на Арбате, в храме в Николо-Трубецком, где я тоже некоторое время служила. И крестников получилось очень много. Недаром Валентин Серебряков в своём поздравлении на мой 60-летний юбилей написал:

Такая представляется картина: Сто с лишним крестников — И рядом с ними Нина — Прекрасно-крёстная заботливая мать, Сумевшая людей к Кресту призвать, Всех помнить, всем звонить, Всем слать подарки… И быть во всём величественно яркой!

Крестник Митя

о. Николай Педашенко

Крестники вошли в мою жизнь, в моё сердце. Это не формальные отношения. Это просто очень много родственников, кого любишь, за кого молишься, кому помогаешь, кого навещаешь, в общем, носишь в душе и в сердце. Много чудес происходит по нашим взаимным молитвам, много радости встречаем вместе, а горе делим пополам. Получается, что крестники — это тоже мои любимые дети. Они занимают самое разное положение и самого разного возраста, от младенцев до глубоких стариков, прошедших войну. И нас объединяет одно: любовь ко Христу и любовь друг к другу.