Чтение онлайн

Он глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями, и на мгновение его лицо стало серьёзным, почти торжественным.

— Это древняя реликвия, передаваемая в моей семье из поколения в поколение, — начал он, и его обычно насмешливый тон сменился почти благоговейным. — Она позволяет создавать временный проход через барьер. Но, — он сделал паузу, и его взгляд стал жёстче. — Каждый раз, когда я использую её, настоящая тьма проникает в моё тело и… скажем так, оставляет свой след.

— След? — переспросила я, чувствуя, как холодок пробежал по спине. — Ты имеешь в виду эти… линии?

— Именно, — он провёл пальцем по одной из чёрных вен на своей шее, и я не могла отвести глаз от этого жеста. — Очаровательно, не правда ли? — В его голосе снова появился сарказм.

— Это… больно? — спросила я, делая шаг к нему, не в силах сдержать сострадание, поднимающееся во мне.

Он усмехнулся, но его глаза оставались серьёзными, почти мрачными.

— Представь, что твои вены наполняются раскалённым стеклом, — сказал он небрежно, словно обсуждал погоду. — Каждый раз, когда я прохожу через барьер, я чувствую, как тьма вливается в меня, растекается по телу, пробирается к сердцу… — он замолчал, заметив выражение ужаса на моём лице. — Но не волнуйся, я привык. Почти.

— И как же ты возвращаешься обратно? — спросила я, пытаясь осмыслить всю жестокость того, что он описывал. — Если даже искажённым запрещено переходить через барьер, то эти… следы могут выдать тебя. Разве другие не заметят?

— Моя наивная чистая, — он покачал головой с деланным сожалением. — В нашем мире такие отметины — почти как значок отличия. Они исчезают через несколько дней, а до тех пор… скажем так, они вызывают определённое уважение.

— Уважение? — я не могла скрыть удивления.

— Конечно, — он пожал плечами с небрежной элегантностью. — Использование тёмной магии такой силы — это демонстрация могущества. В нашем мире сила уважаема, какой бы ценой она ни давалась. Не все могут выдержать такое… проникновение тьмы.

Я обдумывала его слова, пытаясь представить мир, в котором подобные вещи считаются нормальными, даже достойными восхищения. Мир, настолько отличный от моего, что казался почти непостижимым.

— А эта реликвия… — начала я, неожиданно для себя заинтересовавшись. — Любой может ею воспользоваться?

Он рассмеялся — неожиданно открыто и искренне, и этот смех преобразил его лицо, на мгновение стирая все следы горечи и напряжения.

— Думаешь, их можно купить в любой лавке? — спросил он с усмешкой. — “Ведьмины безделушки” или “Всё для межмирового путешествия”? Эта реликвия уникальна и связана с моей кровью. Только я могу активировать её.

Я почувствовала странное облегчение от этой мысли, хотя не могла объяснить почему. Но затем другая мысль пришла мне в голову — мысль, которая заставила меня похолодеть.

— Ты предлагал мне пройти через барьер, — медленно произнесла я, чувствуя, как пересыхает во рту. — Со мной… со мной будет то же самое?

Он долго смотрел на меня, и выражение его лица стало непроницаемым, будто маска опустилась на него. Когда он наконец заговорил, его голос был тише, почти задумчив.

— Я не знаю, — сказал он, и эта редкая честность поразила меня больше, чем любая его колкость. — Но, скорее всего, да. Тьма не избирательна в своём голоде.

Я представила, как эти чёрные линии змеятся по моей коже, как тьма проникает в моё тело, выжигая изнутри, и содрогнулась. Страх холодной рукой сжал моё сердце.

— У меня ещё меньше желания идти туда теперь, — твёрдо сказала я, обхватывая себя руками, словно защищаясь от невидимой угрозы.

Он замолчал, а затем, сузив глаза, резко сменил тему. В его взгляде появился хищный блеск, напоминая мне о том, что произошло, между нами, всего несколько минут назад.

— Ну что, не хочешь продолжить на том, на чём мы остановились? — его голос стал ниже, приобретая бархатистые нотки, от которых по моей коже побежали мурашки. — Или я тебя больше не привлекаю?

Эти слова словно окатили меня ледяной водой. Осознание нахлынуло на меня сокрушительной волной — я, девушка, которая всегда гордилась своей безупречной репутацией, буквально пару минут назад чуть не отдалась искаженному, которого обещала себе избегать любой ценой. Человеку, к которому никогда не испытывала ничего подобного до этой ночи.

Мысли путались, сердце колотилось как безумное. Я чувствовала себя растерянной, словно земля ушла из-под ног. Внутренний голос кричал, что всё это неправильно, что я должна немедленно уйти, но что-то держало меня на месте, словно невидимый якорь.

— Это всё метка, — выпалила я, стараясь придать голосу уверенность, которой совершенно не ощущала. — Ты же это понимаешь?

На его лице промелькнуло что-то неуловимое — не то удивление, не то раздражение, — но он быстро совладал с собой.

— У тебя, вроде бы, невеста есть, да? — резко спросила я, пытаясь напомнить нам обоим о реальности за пределами этой заброшенной церкви.

— Да, — ответил он коротко, но затем его губы изогнулись в ехидной улыбке. — Ты так часто в последнее время стала интересоваться моей свадьбой. Если я так уж сильно тебя заинтриговал, могу раздобыть для тебя приглашение. Будешь почётной гостьей.

Его слова жалили, и я почувствовала, как внутри поднимается гнев, смешанный с каким-то ещё чувством, которое я отказывалась признавать. Он снова бесил меня, и это было почти облегчением — вернуться к привычной злости после того странного состояния, в котором я находилась.

Но мои мысли предательски возвращались к нашей недавней страсти. К его рукам на моём теле, к его губам на моих губах. Неужели это действительно было из-за метки? Неужели она настолько могла управлять мной? Но я ведь чувствовала — каждое прикосновение было как электрический разряд, каждый поцелуй зажигал огонь внутри. И сейчас я находилась в полном замешательстве — я не понимала, были ли эти чувства действительно моими или они принадлежали истинности?

— Ну а ты? — его голос прервал мои мучительные размышления. — Может, наконец назовёшь своё имя?

Я подняла на него взгляд, удивлённая этим простым вопросом после всего, что произошло.

— Лира, — ответила я после короткой паузы. — Меня зовут Лира.

— Лира, — повторил он, словно пробуя моё имя на вкус, и странным образом мне понравилось, как оно звучит из его уст. — У тебя же тоже вроде был жених?

Этот вопрос застал меня врасплох.

— Да. Нолан. Мой бывший жених, — я сделала паузу, собираясь с мыслями. — Я должна была построить семью с этим человеком, но истинность всё испортила.