Чтение онлайн

— … я помню вашу историю, Лена. И должен был набить ему морду при встрече. Но в ресторане этот гаденыш все границы перешел. Типичный дурак — увидел красивую женщину — и в штанах засвербело.

— Он женат!

Но Артур коротко смеется и качает головой.

— Да какая разница? У таких как он морали ноль целых хрен десятых.

— А ты, значит, таким образом территорию решил пометить?

Муж сразу тушуется.

— Нет. То есть… Я об этом еще в машине подумал, во время аварии. Знаешь, вся жизнь перед глазами промелькнула. Мы ведь семья. Одно целое. Но будто не совсем. Я хочу от тебя ребенка, Лена. Дочку. Чтобы такая же красавица, с косичками и серыми глазками. Имя даже придумал, — Артур смущённо хмыкает и снова ерошит волосы. — Надя… Надежда.

В груди болезненно щемит.

Дочка… Я когда-то мечтала о том, что первым родится сын, но сейчас очень ярко представила кроху в розовых пеленках.

— Нужно подумать, — сдаюсь под напором мужа. — Дай мне время.

Артур улыбается, а потом подходит и склонившись, мягко целует в губы. Его руки проникают под теплый халат и недвусмысленно тянуться к замочку бюстика.

Не хочу сейчас, но мужа не отталкиваю.

Пусть… Артур умеет быть терпеливым. Я — благодарной.

***

Демьян

Сообщение от Марта приходит в воскресенье вечером.

«Скинул на почту»

Я перечитываю СМС, наверное, раз десять, прежде чем заставляю себя открыть ноут. А кончики пальцев немеют и мерзость, засевшая под ребрами, отращивает шипы — ничего хорошего меня не ждет. Нутром чувствую.

Но разобраться во всем должен.

Нажимаю «открыть», и сразу же ищу медицинские выписки. Нервы звенят, как натянутые струны. Чувствую себя на краю пропасти и вот-вот сделаю шаг вперед.

Взгляд бежит по сухим строчкам эпикриза. Он небольшой, Алена вообще очень мало болела, разве только… Лаконичное «выкидыш» вводит в ступор. А рядом дата.

Внутри все обрывается, стягивает колючим холодом. Я с трудом сглатываю вязкую горечь, отчаянно надеясь, что это ошибка.

Нет! Этого… этого просто не могло быть! Проклятье! Черт… Стискиваю зубы, чтобы не заорать. Только не этот день!

А цифры на экране, как приговор. Именно этот. Именно последняя наша встреча, когда Алена подкараулила меня около офиса. Я как раз с Юлией оттуда выходил…

Сердце тяжело ухает о ребра. Запускаю пальцы в волосы и тяну до боли, а перед глазами мелькают картинки прошлого.

Я опять вижу Алену, стоящую около парковки. Ее огромные, потемневшие от боли глаза и неестественную бледность. Меня тогда в холодный пот бросило, хоть на улице жара стояла страшная. Не готов был видетьтакуюреакцию. Струсил, да. Растерялся. Головой понимал — что не обещал я ей отношений, в койку не тащил, Аленка сама целоваться полезла, но черт… Таким дерьмом я себя еще никогда не ощущал. Нужно было подойти. Послать Юлию с ее «давай потусим» и просто спуститься по ступеням, но в этот момент Алена сбежала.

Просто развернулась и опрометью бросилась прочь, а я не стал догонять… Придурок!

Она ведь беременная была! Но как? Мы же предохранялись!

В полголоса стону ругательства.

Дебил! В первый наш раз я так завелся, что о защите вспомнил, когда Аленка ойкнула от боли. Да и презервативы с браком бывают, в нашем деревенском магазине наверняка полную хрень продавали. И ласки у нас были очень горячие, прямо на грани. Мне резинки не нравились, Аленке тоже… Но таблетки только врач мог выписать, а это в город ехать, записываться…

Тру грудь, словно это может помочь унять разгоравшийся там пожар.

Вот почему Алена ненавидит меня до чертиков. Ребенка она потеряла… Нашего ребенка!

Вскакиваю на ноги и ломлюсь в прихожую — мне свежий воздух нужен, срочно.

Из подъезда натурально вываливаюсь, чуть не сшибаю мужика, стоявшего под козырьком.

— Ты офигел? — сжимает он кулаки, а я головой мотаю.

— Закурить есть?

Сам пугаюсь хрипоты голоса — звучит жутко, словно у покойника. Мужик сразу затыкается, протягивает мне пачку.

— Огня? — интересуется и тут же щелкает зажигалкой.

Я глубоко затягиваюсь, и горький дым наполняет легкие. Кашляю, но тяну опять… Проклятье, как же хреново! И что пережила тогда Алена мне страшно представить…

Мужик скрывается в подъезде, а я прислоняюсь к стенке, разглядывая голубое весеннее небо.

Бесстужев прав — мне лучше свалить. Может, я не сходил с ума по Алене, но никогда не хотел ей зла… А губы кривятся в горькой усмешке — не хотел бы, так и не лез. Не трогал бы влюбленную девушку — ведь это прямой предлог к отношениям! Но на губах пожаром горит ее первый поцелуй. И я опять чувствую шелковистую кожу под ладонями, вижу, как темнеют от желания бархатно-серые глаза…

Раскаленный уголек обжигает пальцы. Докурил до фильтра и не заметил.

Душит кашель, во рту мерзкий привкус — пойти бы зубы почистить, но от стенки отлипнуть я не могу.

Понятно теперь, почему Алена меня не подпускает. Это не просто женские обидки, это… черт. Цензурных слов нет. Мудак я… Нет, хуже.

Кое как достаю из кармана мобильный.

Все, хватит с меня Питера. Лучшее, что я могу сделать — оставить Алену в покое. Она и так слишком намучилась.

Оболенский поднимает сразу, будто ждет звонка.

Вчера он от меня добиться пытался, в каких отношениях я с Аленой состоял, но хрен ему, а не информация.

— Я завтра уезжаю, — сообщаю без приветствия. — По жене соскучился.

Оболенский что-то одобрительно тарахтит, но я не слушаю. На самом деле не соскучился вообще. Но Юлия — его слабая точка. На нее и давлю.

С огромным удовольствием заканчиваю бесполезный разговор.

Нужно собирать манатки. Завтра только в офис заскочу и все. Дальше пусть Оболенский сюда сам едет.

Выходные прошли в каком-то кумаре.

Нет, я не пила или что-то подобное. Хотя Артур с мягкой настойчивостью пытался развлечь и даже, ох, кто бы мог подумать! — отказался от всех дел ради домашнего времяпрепровождения.

Видимо, он действительно настроен серьезно, раз поставил это выше работы. Я уже и не помню, когда муж готов был заниматься «ерундой», вроде обычных разговоров или прогулок.

То есть, мы и раньше гуляли… Но не целые выходные. А тут Артур предложил прокатиться на речных трамвайчиках, а потом и в музей заглянуть.