Чтение онлайн

Хрули открыла рот, но сказать было нечего. Был подарок еще тогда, на жабьем болоте? Был. Значит, не такая уж Чунь Чу и жадная.

— Вот-вот, нечем крыть. — довольно припечатала Чунь Чу и продолжила свои философские размышления, — Я вот что думаю… Божественность… а ведь хорошо стать божеством золота и изобилия. Представьте люди будут приходить ко мне с подношениями, просить благословения на богатство… А я буду важно восседать в своем храме, окруженная горами сокровищ…

— И требовать еще больше подношений? — предположила Хрули.

— Конечно! — подтвердила жаба. — Чем больше подношений, тем сильнее божество. Это же очевидно.

Я покачал головой с улыбкой. Философия Чунь Чу была странной, но в каком-то смысле честной. Она знала чего хотела, и не скрывала этого.

Где-то на краю поляны ползала Ло-Ло, методично обследуя окрестности. Ее золотой панцирь блестел на солнце, а антенны постоянно шевелились, ощупывая воздух.

— Всё чисто, — время от времени объявляла она. — Никаких врагов.

— Спасибо, Ло-Ло, — благодарил я.

— Не за что, — отвечала улитка. — Кто-то же должен следить за безопасностью, пока вы тут философствуете о жабьих богатствах.

— Кстати, — вдруг подал голос Ли Бо, — Я тут сочинил стих о последней битве. О павшем герое.

Он откашлялся и начал декламировать, правда, декламировать было всего ничего, но он сделал это с пафосом:

Воин идёт в бой,

Зная, что не вернётся

Осенний листопад.

Повисла тишина.

— Это депрессивно, — сказал я.

— Это грустно, — добавила Джинг.

— Это искусство! — возразил Ли Бо. — Стихи должны отражать мимолетность бытия, красоту и печаль момента.

— Почему обязательно печаль? — спросил я. — Можно же о чем-то радостном, например о том, как мы всех победили и так далее…

— Радость быстротечна, — философски заметил Бессмертный. — А печаль… печаль остаётся. Она глубже, честнее.

— Или ты просто любишь ныть, — предположила Джинг.

— Я создаю высокое искусство! — отрезал Ли Бо.

— Высокое нытьё, — хихикнула Хрули.

Бессмертный обиженно развернулся и отлетел в сторону, бормоча что-то о непросвещенных духовных зверях и упадке культуры.

Я лежал и слушал эти перепалки, чувствуя, как напряжение последних дней постепенно отпускает. Это было именно то, что мне нужно — простое человеческое… вернее, не совсем человеческое, но всё же теплое общение: смех, шутки, глупые споры о поэзии и философии жаб.

Да, завтра или послезавтра будет битва. День еще не определен, возможно будет очень тяжело, но сейчас… сейчас был момент покоя.

Но время отдыха не могло длиться вечно.

Я дал себе еще несколько часов полежать, посмотреть в Небо, наблюдая за солнцем, которое поднималось все выше и выше, и когда оно достигло высшей точки я понял, что пора.

И отдых был правильным решением: мое тело чувствовало себя намного лучше, головная боль отступила, слабость прошла, а раны на ладонях затянулись окончательно.

Я был готов продолжать.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — Мне нужно вернуться к работе.

— Что, уже? — разочарованно протянула Хрули. — А мы так хорошо отдыхали…

— Отдых закончен, — кивнул я. — Мне нужно завершить трансформацию дублирующих меридиан. Хотя бы часть из них. Хотелось бы успеть до нападения это сделать.

— Опять медитация, — вздохнула Джинг. — Скучно.

— Зато полезно, — напомнил я. — И вам не помешает потренироваться, пока я медитирую. Ло-Ло может вас погонять.

— Я готова. — довольным голосом сказала улитка, — Мне бы еще плетку и вы бы у меня шелковыми стали. Я отличный тренер — Строгий, но справедливый!

— То есть просто строгий, — уточнила Хрули.

Я хмыкнул, вызвал черепаший панцирь и полетел к Иньской жиле. Путь был недолгим — мы специально расположились неподалеку. Холодная энергия встретила меня знакомым морозным дыханием.

Я сел в позе лотоса прямо в центр холма — там, где концентрация Иньской Ци была максимальной — и закрыл глаза.

Восемь основных Меридиан сияли радужным светом, пульсируя в такт моему дыханию. Они были совершенны — широкие, прочные, переливающиеся всеми цветами Просветленной Ци.

Но вокруг них, словно тонкие ниточки, тянулись дублирующие меридианы — двадцать четыре канала, более тонких и хрупких, чем основные. Они светились обычной, очищенной Ци — тусклой по сравнению с радужным сиянием основных Меридиан.

Я выбрал первый из них и начал работу.

Медленно и осторожно я начал втягивать в себя Иньскую Ци из жилы. Холодная энергия текла в мое тело мощным потоком, но теперь, с трансформированными основными Меридианами, она не причиняла мне боли. Мое тело принимало её легко, автоматически перерабатывая в Просветленную. И я был приятно удивлен скоростью этого процесса.

Раньше, когда я трансформировал основные Меридианы, мне требовалось сознательное усилие, чтобы очистить Иньскую Ци и превратить её в Просветленную — это было медленно и энергозатратно.

Теперь всё происходило само собой: Иньская Ци входила в мое тело, проходила через радужные Меридианы и автоматически трансформировалась. Словно у меня внутри работал огромный очистительный механизм, который не требовал моего участия.

Скорость переработки увеличилась в разы.

Я начал вплетать трансформированную Ци в первый дублирующий Меридиан, медленно изменяя его структуру. Процесс шел удивительно быстро: то, на что раньше ушло бы полчаса, занимало минут семь-десять, не больше. Я улыбнулся, не открывая глаз. Возможно, я действительно успею трансформировать хотя бы несколько дублирующих Меридиан до начала битвы. Это даст мне дополнительное преимущество, еще больше увеличит мой запас Ци и скорость её восполнения. А уж если вся моя «энергоструктура тела» станет измененной, может Символы и Техники создавать станет еще проще?

Настроение поползло вверх.

Первый дублирующий Меридиан был трансформирован примерно на треть, когда…

— ВАН!

Я вздрогнул, резко прерывая медитацию. Передо мной материализовался Пинг — его призрачное тело светилось тревожным белым светом.

— Что случилось? — спросил я.

— Враги. — ответил он и вздыбил призрачную шерсть.

Лисы рядом вскочили, Лянг высунул морду из кувшина и вокруг него завертелись вихри воды:

— КТО СКАЗАЛ ВРАГИ? — проревел он, — Я ГОТОВ К БОЮ.