Чтение онлайн

На Христофора Колумба можно смотрть, какъ на олицетвореніе XV вка, эту единственную въ своемъ род историческую эпоху, этотъ изумительный вкъ, когда вс усилія направляются къ одной опредленной цли, когда Себастіанъ Каботъ, Васко де Гама и другіе многочисленные мореплаватели вс устремляются, какъ бы одушевленные однимъ и тмъ же честолюбивымъ чувствомъ, на завоеваніе земнаго шара.

Разъ былъ данъ толчекъ, прогрессивное движеніе не останавливалось, иногда такъ или иначе ускоряемое, но все еще оплачиваемое бдствіями и несчастіями. Что напримръ, получилъ Фердинандъ Кортецъ [21] за огромныя услуги, оказаныя имъ отечеству? То же что и Христофоръ Колумбъ. Завоеватель Мексики подвергся преслдованіямъ и былъ принужденъ вытерпть позоръ несправедливаго судебнаго процесса. Его славная карьера кончилась тмъ, что онъ цлыя шесть лтъ напрасно обивалъ пороги испанскаго королевскаго дворца. Вольтеръ разсказываетъ, что, не имя возможности даже получить аудіенціи у Карла V, Кортецъ растолкалъ однажды толпу, которая окружала карету императора, и приблизился къ нему. Карлъ спросилъ, кто онъ такой, на что Кортецъ отвтилъ: «Я тотъ, кто подарилъ вамъ больше царствъ, чмъ ваши предки оставили вамъ городовъ».

Фердинандъ Кортецъ.

Посл открытія Америки, первый совершилъ путешествіе вокругъ свта португалецъ Фердинандъ Магелланъ. Этому великому человку было едва двадцать лтъ, когда Христофоръ Колумбъ ступилъ на почву новаго свта. Какъ справедливо было сказано, Магелланъ «сдлалъ очевиднымъ для всхъ ту истину, которую Колумбъ искалъ въ другомъ порядк вещей и идей».

Магелланъ, принадлежавшій къ высшему португальскому дворянству, предпринялъ свою первую морскую экспедицію двадцати лтъ отъ роду; онъ направился къ Индіи и Африк. По возвращеніи въ Португалію, на него посыпались несправедливыя обвиненія и король принялъ его очень немилостиво. Магелланъ ршилъ покинуть отечество и предложилъ услуги Кастиліи, чтобы осуществить свои грандіозные замыслы. Карлъ V оказалъ ему покровительство, но чины колоніальной администраціи, отнеслись къ нему враждебно. 22-го октября 1518 года, въ то время, когда Магелланъ работалъ надъ вооруженіемъ своего флота, противъ него поднялась чернь, которой шепнули, что де на борт его корабля прибитъ португальскій гербъ рядомъ съ кастильскимъ, хотя, въ сущности, тамъ не было совсмъ португальскаго герба, а его собственный. Магеллана чуть не разорвали на клочки, такъ что во время свалки понадобилось обнажить шпаги.

Карлъ V сдлалъ выговоръ колоніальному вдомству и веллъ экспедиціи отправляться въ путь. Магелланъ спшилъ отъздомъ, сознавая однако, что его предпріятіе начиналось при самыхъ неблагопріятныхъ признакахъ. Такъ, ему пришлось, подчиняясь вол короля, допустить въ своемъ экипаж присутствіе человка, власть котораго почти равнялась его собственной. Этотъ человкъ былъ Хуанъ де Картагена, облеченный званіемъ генералъ-инспектора и командующаго третьимъ кораблемъ флота Хуанъ де Картагена, креатура одного могущественнаго прелата, ненавидлъ Магеллана. Великій мореплаватель кром того долженъ былъ терпть пребываніе на борт еще другого, самого непримиримаго своего врага Эстевама Гомеца. До прибытія въ Испанію новаго адмирала, этотъ Гомецъ разсчитывалъ на полученіе начальства надъ одною экспедиціею, почти въ такой же степени важною. Магелланъ, собираясь плыть вокругъ земного шара, былъ такимъ образомъ окруженъ не преданными друзьями и надежными сотрудниками, но соперниками, питавшими противъ него глухую ненависть.

Какъ только флотъ распустилъ паруса, 20 сентября 1520 года, Хуанъ де Картагена началъ посягать на власть начальника. Встрчаясь съ Магелланомъ, онъ фамильярно разговаривалъ съ нимъ и старался обращаться съ нимъ, какъ съ равнымъ. Магелланъ съ энергіей требовалъ уваженія къ себ, какъ къ главному капитану флота. Картагена, не обращая вниманія на это, становился все боле и боле задорнымъ. Однажды, во время спора, происходившаго въ присутствіи нсколькихъ матросовъ, онъ возвысилъ голосъ съ угрожающимъ видомъ. Магелланъ понялъ, что надо дйствовать. Онъ бросился на Хуана де Картагену и съ страшною силою схватилъ его за грудь. «Капитанъ, крикнулъ онъ, я тебя арестую». Эта сцена произвела спасительное впечатлніе. Напрасно Картагена взывалъ къ помощи другихъ офицеровъ — Магелланъ приказалъ заковать его, какъ простаго матроса.

Событіе, о которомъ идетъ рчь, случилось у береговъ Гвинеи. Затмъ Магелланъ перехалъ черезъ Атлантическій океанъ, направился къ Бразиліи и въ декабр 1520 года проникъ въ бухту Ріо де-Жанейро. Онъ плылъ вдоль береговъ Америки въ надежд найти проходъ, который, по его предположенію, долженъ былъ находиться на юг и которому поздне навсегда было дано его имя [22] . Приближалась зима. Магелланъ хотлъ бросить якорь въ порт Санъ-Жюльянъ, но тутъ не замедлило обнаружиться недовольство его экипажа. Эти пустынныя, печальныя и холодныя страны навяли страхъ на матросовъ. Подстрекаемые своими ближайшими начальниками, они требовали возвращенія въ Испанію. Магелланъ былъ непоколебимъ. Ни просьбы, ни угрозы не могли склонить его къ уступкамъ. Онъ объявилъ, что скоре умретъ, чмъ возвратится въ Севилью, покрытый позоромъ. Его энергія и величіе души заставили мятежниковъ проникнуться къ нему уваженіемъ.

Ропотъ прекратился. Но пламя заговора, не перестававшее трепетать въ тни, вскор вспыхнуло, благодаря двумъ офицерамъ — Луису де Мендоз и Гаспару де Квезад. Тогда разыгралась плачевная и кровавая драма. Магелланъ, предоставленный своимъ собственнымъ силамъ, увидлъ, что ему остается одно изъ двухъ — или пасть, или самому нанести первый ударъ. Смлый морякъ предпочелъ второе. Онъ послалъ къ Луису де Мендоз преданнаго и надежнаго человка, Гонзало Гинеза де Эспинозу. Этотъ послдній вручилъ мятежному офицеру бумагу, въ которой генералъ-капитанъ приказывалъ ему возвратиться на свой корабль. Мендоза съ презрительной улыбкой отказался исполнить предъявленное ему требованіе. Тогда Эспиноза бросился на него и вонзилъ въ него кинжалъ. Мендоза упалъ мертвый.

Магелланъ продолжалъ дйствовать все съ такой же энергіей, ловкостью и смлостью. Мятежные матросы кораблей «Викторіи» и «Тринидада» выказали повиновеніе. Гаспаръ де Квезада былъ обезглавленъ. Тла казненныхъ снесли на берегъ, въ присутствіи всего экипажа, и тамъ одинъ офицеръ произнесъ торжественное слово, понося измнниковъ.

Исполнивши этотъ актъ суроваго и, конечно, необходимаго правосудія — хотя было-бы лучше, если бы на имени великаго мореплавателя не тяготли кровавыя воспоминанія — Магелланъ покинулъ портъ Санъ-Жюльянъ. Но посл борьбы съ людьми, онъ долженъ былъ выдержать борьбу со стихіями. Страшная буря налетла на его флотъ, едва избжавшій гибели. Преодолвая тысячи препятствій, устраняя тысячи опасностей, Магелланъ достигнулъ Огненной Земли и, наконецъ, открылъ, у крайней точки Южной Америки, проходъ, о существованіи котораго онъ догадывался уже раньше. Экспедиція вышла изъ Магелланова пролива 27-го ноября 1520 года и направилась къ сверо-западу, плывя по обширному океану, такому спокойному и безмятежному, что ему дали названіе Тихаго. На этомъ долгомъ пути Магелланъ открылъ Маріанскіе острова и затмъ присталъ къ острову Зебу, чтобы починить на немъ свои корабли.

Король этого острова принялъ экспедицію необыкновенно привтливо. Магелланъ ввелъ здсь христіанство и построилъ церковь; но онъ сдлалъ ошибку, назначивъ короля Зебу сюзереномъ сосднихъ государей. Послдніе, большею частью, съ негодованіемъ отвергнули претензіи чужестранца на верховенство. А одинъ изъ нихъ, король Мактана двинулъ шесть тысячъ воиновъ противъ европейцевъ.

Магелланъ захотлъ наказать непослушныхъ. Ему казалось, что онъ иметъ на это право. Онъ отправился съ горстью людей въ походъ и подошелъ къ деревушк, столиц мактанскаго королевства. Она была покинута жителями. Тогда онъ приказалъ зажечь ее. Вдругъ появились индйцы и вступили въ бой съ испанцами, поражая ихъ камнями и стрлами. Сначала Испанцы стойко выдерживали натискъ, но вскор они увидли, что число враговъ, безпрестанно получающихъ подкрпленія, растетъ. Тогда Магелланъ, стоя во глав горсти изъ пятидесяти человкъ, понялъ, наконецъ, что онъ черезчуръ скоро поддался порыву своего неустрашимаго мужества. Тмъ не мене отважный предводитель не потерялъ хладнокровія и приказалъ отступать къ берегу. Онъ былъ уже готовъ ссть въ лодку, когда камень попалъ ему въ ногу и свалилъ его. Индецъ, преслдовавшій Магеллана, пронзилъ его копьемъ (27-го апрля 1521 г.).

Магелланъ былъ убитъ; но его дло было сдлано: великая проблема кругосвтнаго плаванія была ршена [23] .

По мр приближенія къ новой эпох, традиція этихъ первыхъ морскихъ предпріятій все боле и боле вдохновляетъ на подвиги новыхъ піонеровъ.

Мы видимъ, какъ увеличиваютъ собою область человческой дятельности об Америки, какъ предъ изумленными взорами изслдователей открываются потомъ острова Океаніи, огромный Австралійскій материкъ, какъ таинственная Африка, составлявшая въ теченіи вковъ предметъ напряженнаго любопытства, наконецъ, тоже снимаетъ запоры съ своихъ воротъ и наводняется цивилизованными народами, и какъ одни только полюсы, защищаемые самою природою, обнесенные неприступными ледяными стнами, противятся еще этому великому завоевательному движенію.

Полярныя страны, лежащія вокругъ крайнихъ точекъ земной оси, эти огромныя пространства суши и воды, куда не проникалъ еще человкъ, представляютъ въ настоящее время самое обширное поле, подлежащее изслдованію. Въ особенности сверный полюсъ до сихъ поръ является пробнымъ камнемъ мужества мореплавателей. Тамъ по преимуществу были затрачены огромныя усилія и если они рже увнчивались успхомъ, чмъ въ другихъ мстахъ земного шара, то сопровождались всегда несравненно большимъ самоотверженіемъ.

Ледяной путь, ведущій къ полюсамъ, можно было бы съ обихъ сторонъ установить гробницами павшихъ тамъ героевъ.

Имя мореплавателя Вильгельма Барентса должно быть первымъ внесено въ списокъ этихъ мучениковъ. Барентсъ былъ точный наблюдатель, отважный морякъ, и на него можно смотрть, какъ на начальника первой полярной экспедиціи въ настоящемъ значеніи этого слова. Она была предпринята 4 іюня 1594 года. Барентсъ достигнулъ Новой Земли до 73°, 25 с. ш. Тщетно старался онъ проложить путь дале сквозь массу полярныхъ льдовъ… Въ другой разъ голландскій мореходъ совершилъ одно изъ самыхъ важнйшихъ путешествій, какія когда-либо были сдланы къ невдомымъ полярнымъ странамъ (1596). Барентсъ и его экипажъ проникли до сверозападной оконечности Новой Земли и въ теченіи арктической зимы, которую въ первый разъ пришлось выдерживать европейцамъ, невыносимо страдали. Одинъ членъ экспедиціи, Герритъ де-Вееръ, сталъ ея исторіографомъ, и теперь нельзя читать безъ волненія его безъискусственное и нердко наивное описаніе этихъ первыхъ приключеній въ области вчнаго льда. Голландскіе моряки были захвачены морозами въ бухт, названной Барентсомъ ледянымъ Гавромъ. «Тамъ они принуждены были, страдая отъ стужи, лишеній и горя, провести всю зиму». Злосчастные путешественники считали себя счастливыми, когда нашли нкоторое количество плавучаго лса. Не смотря на холодъ и голодъ, они принялись за работу и построили домъ, куда перенесли вс свои запасы. Герритъ де-Вееръ говоритъ, что его товарищи всегда были въ дух. Они отличались самоотверженіемъ, мужествомъ и дисциплиною. Ихъ соотечественники могли гордиться ими. Импровизированные строители вывели надъ кровлей трубу, поставили въ дом голландскіе часы и расположили вдоль стнъ койки.