Чтение онлайн

– Стыдно, Моховая Борода!
– сказала дама, и в её голосе прозвучал упрёк.

Моховая Борода понял: попытка бежать провалилась. Он уныло плюхнулся на пол и пробормотал:

– Я просто хотел немного прогуляться.
– Он не думал, что дама ему поверит, но продолжал упрямо твердить: - Я хотел немного прогуляться.

Дама не отвечала.

Сестра Кирси почувствовала неловкость и поспешно ушла, уводя с собой Бенно. Воротника перекормили.

Муфта и Полботинка были так измучены хлопотами предыдущего дня, что проснулись, лишь когда часы на старинной ратуше пробили двенадцать. После такого богатырского сна оба чувствовали себя бодро.

– За дело!
– воскликнул Полботинка.

– За дело!
– словно эхо отозвался Муфта. Через несколько минут они спустились в гостиничный буфет, где наскоро позавтракали.

– А теперь - искать Моховую Бороду!
– заявил Муфта. Но Полботинка многозначительно поднял палец:

– Дорогой друг, нельзя забывать: во дворе тебя ожидает живое существо. И если я не ошибаюсь, то это живое существо не кто иной, как маленький славный пёсик, который тоже не прочь перекусить.

– Ну конечно, - смущённо пробормотал Муфта.
– И как я только мог позабыть о нём. Видно, старею, слабеет память. Полботинка фыркнул.

– Не говори глупостей, - сказал он.
– У тебя ни одного седого волоса. Просто ты ещё не привык к обязанностям, связанным с содержанием собаки.

– Ты думаешь?
– неуверенно спросил Муфта.

– Ну конечно!
– поспешил уверить Полботинка.
– Тот, кто однажды решил взять собаку, больше уже не принадлежит только себе. В той же, а может быть даже и в большей, мере он принадлежит своей собаке.

Муфта молча и даже немного печально принял эту истину к сведению. Значит, он теперь принадлежит себе не полностью? Как же это вдруг? На какой-то миг он даже растерялся, но тут ему вспомнился вчерашний вечер, и растерянность исчезла. Вечером, перед тем как ложиться спать, он отвёл Воротника в гостиничный двор, в собачью конуру. Когда он уходил, пёс так грустно и ласково смотрел на него, так жалобно и в то же время преданно заскулил, что Муфта вдруг почувствовал, как дорога стала ему эта собака. Сейчас это чувство охватило его снова и моментально разогнало минутную растерянность. Теперь он не имел ничего против того, чтобы полностью принадлежать милому Воротничку.

Муфта решительно подошёл к буфетной стойке.

– Будьте добры, килограмм ветчины и килограмм холодца, - обратился он к буфетчице.

– Так много?
– улыбнулась буфетчица.
– Такому маленькому человеку?

Муфта нахмурил брови.

– Я покупаю не для себя, - пробурчал он.
– У меня есть собака, для неё я и покупаю.

Буфетчицу, видимо, удовлетворило объяснение, и она отвесила ему ветчины. Тем временем к Муфте подошёл Полботинка.

– Я должен тебя серьёзно предупредить, дорогой Муфта, - сказал он, укоризненно погрозив пальцем.
– Это, конечно, прекрасно, что ты хочешь хорошенько позаботиться о своей собаке, однако заботиться - это не значит перекармливать. Ветчиной и холодцом ты можешь с самого начала избаловать Воротника и навсегда его испортишь.

– Да, конечно, - рассеянно пробормотал Муфта. Но прежде чем он успел что-либо добавить, буфетчица, взвешивая ветчину, спросила:

– Можно немного больше? Муфта кивнул.

– Да, да, пожалуйста, - сказал он.
– Хорошо, пусть будет побольше.

Тут Полботинка понял: говорить с Муфтой о перекармливании собак не имеет смысла. Любовь к собаке вспыхнула в Муфтином сердце с такой силой, что ввести её в границы разумного было совершенно невозможно.

"Ничего не поделаешь, - подумал Полботинка.
– Пусть балует своего Воротника, если ему так хочется. Воротнику это, конечно, не пойдёт на пользу, но, может, самому Муфте это доставит такую радость, которой ему, Полботинку, и не понять. Быть может, балуя собаку, Муфта станет ещё лучше".

Тем временем буфетчица завернула ветчину в бумагу и принялась отвешивать холодец.

– Хороший холодец, - приговаривала она.
– И совершенно свежий, только сегодня привезли. Кстати, у меня тоже есть собака, фокстерьер, знаете ли. А какой породы ваша собачка, если не секрет?

Какой породы может быть Воротник? Муфта этого не знал и потому промолчал. Но Полботинка тут же ответил за него:

– Это накстерьер, достаточно редкая порода.

– Ах, накстерьер, - с уважением закивала буфетчица.
– Тогда ей подойдёт холодец, он очень легко усваивается.

– В таком случае и холодца можно побольше, - быстро сказал Муфта.

И буфетчица снова закивала.

– Совершенно верно, - одобрила она.
– Возьмёте два кило, не так ли?

– Пожалуйста, - сказал Муфта, не заметив, как сокрушённо вздохнул Полботинка.

Буфетчица завернула в бумагу холодец, и Муфта сунул под мышку оба пакета. Он побежал по коридору к своему дорогому Воротнику и развил такую высокую скорость, что Полботинка едва поспевал за ним.

Ожидая лифт, обычно такой уравновешенный Муфта выражал поразительное нетерпение.

– Невозможная, - сердито пыхтел он.
– Невозможная гостиница. Никакого порядка. Лифты тащатся еле-еле.

– Ну, не стоит так волноваться, - попытался успокоить Муфту Полботинка. Минутой раньше, минутой позже. За эту минуту Воротник ведь не сдохнет от голода.

– Ах, значит, не сдохнет?
– вскипел Муфта.
– Скоро сам увидишь!

Тем временем подошёл лифт. Муфта и Полботинка спустились вниз и вскоре оказались во дворе, где оба смогли убедиться в резвости Воротника. Собака выскочила из конуры и радостно бросилась им навстречу.

– Ой, Воротничок, миленький Воротничок!
– воскликнул Муфта. А Воротник заливался счастливым лаем. Он бы с удовольствием прыгнул Муфте на грудь, но поскольку Муфта был очень маленького роста, то Воротник просто перепрыгнул через него. Мимоходом, больше из вежливости, он ткнулся разок мордочкой и в Полботинка, но тут же опять повернулся к Муфте и стал вертеться вокруг него колесом.

Эта чехарда продолжалась всё же не очень долго. Воротник вдруг остановился и быстро потянул носом.

– Чует запах еды, - заметил Полботинка. Муфта улыбнулся. Он развернул сначала ветчину, а потом и холодец и разложил перед носом Воротника.

– Ну-ка попробуем.

Воротник не заставил повторять приглашение и моментально вонзил зубы в холодец.

– Кушай, кушай на здоровье!
– улыбался Муфта.
– Этот холодец хороший, свеженький.

– И легко переваривается, - добавил Полботинка. Воротник ел, он ел бы и без уговоров. Кусок холодца уменьшался с огромной быстротой.

– Ему нравится, - блаженно произнёс Муфта. И тут холодец кончился.

– Ужас, - сказал Полботинка.
– Уму непостижимо, как в такого маленького пёсика влезло такое количество холодца. Муфта пропустил это замечание мимо ушей.

– Жаль, мы не попросили буфетчицу нарезать ветчину, - сказал он. Воротнику трудно откусывать от целого куска.

Полботинка догадался, на что намекает Муфта. Видимо, он имел в виду крошечный перочинный ножик Полботинка, которым можно было нарезать ветчину на маленькие кусочки.

– Ладно уж, - сказал Полботинка и вздохнул.
– Попробуем распилить.