Чтение онлайн

– Любовник?
– спросила она, нервно хихикнув.
– Колин, что ли?

– Хантер.

– Ты совсем с ума сошла, девочка? Хантер мой кузен.

– Да, легенда именно такая. Я слышала сегодня, как вы разговаривали. Хантер действительно хороший актер.

– Милана, ты правда сумасшед…

– Ты завтра в полдень собралась к нему, чтобы переспать в благодарность за хорошо выполненную работу, - отчеканила я, внимательно следя за ее реакцией. Нужно отдать Карен должное - ни один мускул не дернулся на ее лице, а осанка осталась такой же безупречной. Но бледность, которая покрыла ее кожу, и руки с переплетенными пальцами и крепко сжатыми между собой, подсказывали, что она все же уловила посыл.
– Из-за твоих капризов дети могли попасть в детский дом, откуда их усыновили бы по разным семьям, и они могли бы больше никогда не увидеться.
– От одной мысли внутри все сжалось, и меня слегка замутило.
– И всему виной была бы ты со своими играми. Я не претендую на Колина, заруби себе на носу. Я ничего к нему не испытываю и избавлю его от моего присутствия так скоро, как получу опеку над детьми. А ты, если хочешь, чтобы я молчала насчет тебя и Хантера, должна убедить Колина в том, что меня с детьми не нужно выгонять.

Я замолчала и опустила руку. Карен слегка прищурилась и склонила голову набок. Я старалась держать лицо до последнего, потому что это был первый раз в жизни, когда я кого-то шантажировала. Страшно было до дрожи, и я чувствовала себя последней дрянью. Но когда обстоятельства складываются не в твою пользу, а на кону детское счастье, и не на такое пойдешь, чтобы обеспечить успех своему делу.

– А овечка не такая уж и невинная, - медленно сказала Карен.
– Я думала, ты и голос-то повышать не умеешь. А спиногрызов этих защищаешь, как мама-медведица. Удивила, Милана, вот уж правда, - она сделала шаг ко мне ближе.
– Давай заключим сделку. Ты стараешься не попадаться мне и Колину на глаза, ведешь себя отстраненно. Перестань бросать на него голодные взгляды.

– Я не…

– Ты можешь пытаться скрывать, но я все вижу. Перестань пожирать моего жениха взглядом, и я поговорю с ним. Вы останетесь здесь. Но, как только ты получишь документы, сразу разводишься с ним, чтобы я могла начать планировать нашу свадьбу.

– Я не могу сразу в тот же день или на следующий, это будет подозрительно.

– Мне плевать.

– Хорошо. Но ты должна сегодня же убедить Колина в том, что я должна остаться.

– Поверь, у меня есть пара рычагов воздействия на него. Никуда вы не денетесь. Но не смей открывать рта насчет Хантера, иначе я уничтожу тебя вместе с твоими детьми, поняла?

– Поняла. Ты тоже веди себя аккуратно.

Она ухмыльнулась и окинула меня ироничным взглядом с головы до ног.

– Кто бы подумал, что ты умеешь кусаться.

Карен обошла меня и, демонстративно толкнув плечом, покинула мою комнату. Я пошла в душ и, раздевшись, забралась под горячую воду. Глядя на то, как с моего тела слетают капли, смешиваясь с водой на кафельном полу, я постоянно прокручивала в голове наш разговор с Колином. За те дни, что мы жили у него дома, я увидела его человеческую сторону. Ее было совсем немного, даже при своей девушке он, кажется, не раскрывался до конца. А я была уверена, что у него несомненно должен был быть красивый смех и привлекательная улыбка. Колин улыбался иногда, конечно же, но не открыто, не так, как улыбается человек, когда полностью счастлив и расслаблен. Возможно, он дарил улыбки своей невесте за закрытыми дверями и был настоящим только с ней?

А еще я постоянно перемалывала в голове вопрос: как Колин мог обручиться с Карен? Она казалась пустышкой, ненастоящей, какой-то даже картонной, словно персонаж из дешевого сериала. Да, в ней был лоск, чувствовалось воспитание и порода. Но она как будто была абсолютно пустой внутри, словно в ней совсем не было наполнения. На фоне своего жениха Карен казалась бледной тенью, которая при этом успевала ярко сиять среди таких обычных девушек, как я.

Я вздохнула и села на кафель, обняв колени. Мне нужно было настроиться на завтрашнюю поездку, но в голове снова и снова крутились мысли о том, что происходило за пределами работы.

Я проспала. Со мной этого не случалось. Я всегда серьезно относилась к работе и своим обязанностям. И всегда рано просыпаюсь, чтобы спокойно собраться и выпить кофе. Сегодня же я даже не успела попрощаться толком с детьми перед школой, только чмокнула две макушки и пожелала хорошего дня, когда они влетели ко мне в комнату. И вот теперь я стояла в дверях своей спальни и смотрела на их удаляющиеся спины, переминаясь с ноги на ногу.

За спиной открылась дверь, и по коридору зазвучали шаги. Я не успела скрыться в комнате, как со мной поравнялся Колин.

– Ты еще не готова?
– сурово спросил он, окинув меня взглядом с головы до пят. Я поправила съехавшую бретельку майки от шелковой пижамы и посмотрела на него, чувствуя, как щеки покрывает румянец. Взгляд Колина стал тяжелее и задержался на моей груди.
– У тебя полчаса, мы спешим в аэропорт.

– Да, сейчас буду, - выдохнула я поспешно и побежала в комнату собираться.

Через двадцать пять минут я вошла в кухню, где Колин сидел сам за обеденным столом, присела рядом и потянулась к кофе, но Нора тут же поставила передо мной яичницу с сосисками. Я поблагодарила ее и приступила к завтраку.

– Карен не завтракает?
– спросила я.

– Она уехала на несколько дней.
– Я вопросительно приподняла брови. Но мой немой вопрос остался без ответа.

Так же в тишине мы собрались и сели в машину. По дороге в аэропорт обсудили пару рабочих моментов и снова замолчали. В самолете Колин постоянно пересматривал бумаги и не обращал на меня внимания. Благо, полет длился всего полтора часа, так что у меня не было необходимости нарушать его тет-а-тет с документами.

Мы прибыли в туманный Сан-Франциско к одиннадцати часам, и я внимательно рассматривала город через окно машины, которая везла нас к месту встречи с партнерами Колина. Я уже свыклась с его молчаливым присутствием и решила даже не нарушать уютной тишины, что воцарилась между нами. Временами, правда, ловила на себе его короткие взгляды, и предательские щеки выдавали мое не то смущение, не то волнение, потому что взгляды Колина не были такими мимолетными и скользящими. Даже за пару секунд этот мужчина мог успеть выжечь на сердце свое имя.

Очередной шикарный ресторан, от вида которого мне хотелось закатить глаза, приветливо открыл перед нами свои двери. Я никак не могла понять, почему нужно было проводить деловые обеды в таких пафосных местах. Это особенность нашего менталитета, или Колин таким образом решил покорить российских партнеров?

– Ресторан выбирал не я, - прошептал Колин мне на ухо, пропуская вперед. У меня на затылке приподнялись волоски, как только горячее дыхание согрело шею.

– У меня нет претензий к ресторану.

– Ты плохо умеешь лгать, Милана.

– Добрый день. Меня зовут Самара. Чем могу помочь вам?
– улыбчивая хостес вежливо улыбнулась, окидывая нас взглядом.

– Столик забронирован на имя Виктор Кузнецов.

– Да, проходите, пожалуйста.

Она пошла впереди, увлекая нас за собой. Колин, как истинный джентльмен, невесомо коснулся моей поясницы, побуждая идти за хостес. Он ведь не знал, что на меня теперь каждое его прикосновение влияло особым образом: бросало в жар, а по телу растекались щекочущие мурашки. Поэтому он спокойно продолжал касаться меня, пока я, сосредоточившись на его теплой ладони и моля, чтобы этот проход между столиками не заканчивался, двигалась на слегка дрожащих ногах. Сама не понимаю, как вообще в тот момент они меня держали. Вообще очень странное ощущение, когда ты, казалось бы, уже взрослый человек, у которого был не один роман в жизни, все еще способна так реагировать на чужие прикосновения. Способна дрожать и чувствовать эту горячую волну, которая омывает тело и душу от такого простого контакта.