Мы - до нас
Шрифт:
– Они сейчас нам выбора не дали,
А сами мы его не можем взять!
Мой лад, ты, сделал все, как надо
Мне не в чем тебя больше упрекнуть!
Я складно говорю?
Мономах
(обнимая жену):
– Ты клад мой, лада!
И сына, верь мне, я смогу вернуть!
Гита:
– Ну, вот и помирилась с мужем!
А то – нельзя, нельзя, нельзя…
Мономах
(в шутку):
– И нам нельзя, мы тоже – служим!
Гита:
– Ох, эти мне князья, князья!
(прижимаясь к мужу):
Ах, Рюрика варяжье семя…
Мономах
(обиженно отстраняясь):
– Что ты! Он был славянский балт!
Гита:
– А это что еще за племя?
И что это за шум и гвалт?
Двери приоткрывается, показывается голова гридня.
Мономах
(гридню):
– Что, все уже на месте?
Гридень:
– Точно!
Мономах
(Гите):
– Это - дружинники и Ратибор.
Он попросил собрать их срочно
На очень важный разговор.
Гита:
– Да-да, я, разумея, понимаю!
И к Божьей Матери пойду, молясь…
Она ведь тоже Мать и знаю
Поймет меня, (целуя Мономаха) мой лад, мой муж, мой князь!
Гридница освещена в самом центре. На лавках за длинным столом сидят старшие дружинники. Ждут Мономаха.
Ратибор:
– Такое в жизни только раз бывает!
1-й дружинник:
– Да, если всем пойти за вал…
2-дружинник:
– С мечами, ночью…
3-й дружинник:
– Кто-то забывает
Что князь - крест с клятвой целовал!
Мономах появляется в двери и, знаками велев гридню и тем, кто его заметил, молчать, слушает.
Ратибор:
– Что крест?! Да будь я Мономахом,
То, позабыв про Божий страх
Все разрешил единым махом…
Мономах кашляет, и Ратибор осекается на полуслове.
Мономах:
– Вот и молчи, раз ты не Мономах…
Дружинники встают и приветствуют князя. Тот проходит на свое место, не глядя на Ратибора.
Ратибор:
– Князь!..
Мономах:
– Говори, но с толком!
Ратибор:
– А без толку – что толковать?
Снестись бы нам со Святополком,
Чтобы прислал побольше рать.
(разводя руки широко в сторону и сводя их в кольцо)
Они – оттуда – мы с порога
Окружим ханов и тогда,
Когда появится подмога…
Мономах
(перебивая):
– Ты все сказал?
Ратибор
(сникая):
– Пока что да…
В гридницу входит гридень. Он передает грамоту летописцу, и тот вручает ее князю. Мономах срывает печать, разворачивает свиток и швыряет грамоту на пол. Дружинники встревоженно переглядываются.
Ратибор
(снова вставая):
– Покуда половец не вытер
Сапог о знамя наших слав…
Мономах:
– Молчи!!
Летописец
(поднимая грамоту):
– Ты сердишься, Юпитер?
Мономах:
– Да-да, я знаю – я не прав…
(уже спокойно, обводя глазами сидящих)
– Ну, что еще могу сейчас сказать вам,
Мои соратники и старые друзья?
Я уж послал с гонцами письма братьям…
1-й дружинник:
– И что тебе ответили князья?
Мономах:
– Как сговорились все! Ответ, к несчастью.
От них, как сами видели, един.
И перед половецкою напастью -
Переяславль останется один…
(перечисляя)
Чернигов, Киев с братом Святополком,
Смоленск – не в помощь…
2-й дружинник:
– А Тмутаракань?
Ратибор:
– Я был там воеводой, знаю с толком:
Они людей к нам не пошлют на брань!
Мономах:
– Итак, друзья, князья нам не подмога.
Кто в них поверил, тот весьма блажен…
3-й дружинник:
– Тогда у нас надежда лишь на Бога,
Самих себя и крепость наших стен!
Ратибор:
– Ну, хорошо, осаду, словно вьюгу
Мы с вами переждем, а что потом?
Ведь выместит всю злобу на округу
За это половец, и выжжет все кругом!
На люд – какими глянем мы глазами?
Как дань платить – так тут же тиуны!
А как дошло до тягостной войны
То защищайтесь, как хотите, сами?!
(Мономаху)
Уж то-то люди вспомнят про тебя!
И про всех нас, когда их на арканах
Потащат в Степь, безжалостно губя,
Подумают не лучше, чем о ханах!
Мономах:
– Ты что-то нынче дерзок воевода!
То Мономахом себя мнишь…
Дружинники смеются, пряча смех в бороды и кулаки.
Мономах
(продолжая):
– То от лица всего народа
Уже как будто говоришь!
Ратибор:
– Я князю Всеволоду был еще полезен!