Мы зовём тебя править
Шрифт:
– Соседка твоя, Михаловна. Знаешь такую?
– Знаю. Где ты её нашёл?
– Она меня нашла. В сарае. Искала тебя, а попался - я. Вот и вручила этот… самовар.
– Не могла она меня из-за самовара искать: знает, что не починю. Чего она хотела?
– От тебя-то? Так, пустяки, перетащить там что-то тяжёлое, - Эрин отмахнулся, - Я перенёс, так что ты уже не нужен. Мне понадобится твоя помощь, Бальсар. Здесь трещина - видишь? И краник мне припаять нечем, да и не к чему тут - всё прогнило. Ты сможешь восстановить металл вокруг краника?
– Дай посмотреть. Да что ты его на пол поставил - неси на стол. Тут же удобнее.
– Василий, кто такой - прибалт?
– Эрин переставил самовар перед Бальсаром, - Это что-нибудь обидное? Или смешное?
Василий еле сдержал улыбку:
– А где ты слышал?
– Меня Михаловна назвала, когда я имя сказал…
– Если бы тебя назвали феззаранцем или тордосанцем, ты бы обиделся?
– Нет, но удивился бы. Я - гном, а не феззаранец. И не тордосанец.
– Прибалты - народы, живущие на берегу Балтийского моря. Ничего обидного в этом нет, и доказывать, что ты - гном, а не прибалт, не стоит: всё равно тебе никто не поверит…
– Опять ты меня опекаешь, будто я - маленький ребёнок, а вокруг - только одни враги! Этого не говори, туда не ходи, того не делай! Я - Эрин, сын Орина, из рода кузнецов и воинов, и сам - глава этого рода, уже давно взрослый…
– А краник где?
– перебил разошедшегося гнома Бальсар, - Краник-то ты принёс?
Эрин замолк и, порывшись под кольчугой, протянул магу самоварный краник:
– И ты туда же! На, держи!, - возмущённый до глубины души, Эрин ушёл к своим сокровищам в сарае, не преминув хлопнуть дверью: в окнах задребезжали стёкла, охотно поддержанные холодильником.
– Ну-ну!
– Василий покачал головой, - Ну-ну!
– Я же говорил, что гномы - очень самолюбивы.
– И чем же я задел самолюбие этого соргонского прибалта?
– Не ты, я думаю, а твоя соседка. Она навязала ему работу, которую Эрину не выполнить без любимой кузницы. Он страдает оттого, что вынужден обращаться за помощью…
– Мог бы и отказаться.
– И тем самым признать, что есть работа, которая ему не по силам? Скорее всего, пообещал раньше, чем увидел, в чём дело. Что ж, поддержим репутацию соргонских кузнецов, - маг приставил краник к нужному месту, и Василию пришлось встать и обойти стол, чтобы видеть.
Уже знакомые голубые искорки засверкали между краником и корпусом самовара, растягивая - иначе и не скажешь - кончик краника по изъеденному коррозией месту пайки, соединяя краник в единое целое с самоваром.
Краник стал немного короче, но слился-таки с металлом корпуса: Василий придирчиво осмотрел место соединения, потрогал пальцами и отошёл, не найдя к чему придраться. Бальсар терпеливо ждал, пока Василий удовлетворит своё любопытство.
– Что-нибудь не так? Скажи, я исправлю.
– Всё в порядке. А краник не отвалится снова?
– Исключено, Василий. Теперь заделаю трещину и выровняю вмятины, - Бальсар взял самовар за круглые бока, - Это тоже должно получиться.
Самовар окутался голубым светом, более густым - почти до синевы - на смятых и вдавленных местах. Трещина скрылась в искристом облаке, но Василий на неё не смотрел - его внимание привлекли вмятины, которые выпучивались, выгибались наружу, восстанавливая прежнюю форму самовара. Округлость корпуса на прежде помятых боках вызывала желание проверить рукой - не иллюзия ли? Что Василий и сделал, едва маг отпустил самовар и откинулся на спинку стула. Рука подтвердила, что глаза не обманывают: самовар был, как новый, если не считать старческую зелень на медной его поверхности.
Бальсар понял не заданный Василием вопрос:
– Эрин потом отполирует - всё-таки, это его заказ, а не мой.
– Тебе бы автомобили рихтовать… Цены бы не было…
Бальсар промолчал: слово "рихтовать" он не понял, но спрашивать постеснялся. После вчерашних претензий на умственное превосходство не хотелось попадать в смешное положение, задавая вопросы. Может, потом, сам как-нибудь разберётся.
– А если предположить, что один из Верховных служителей объединился с недовольными баронами? Такая схема возможна?
– Василий вернулся к прерванному ремонтом самовара разговору после похода в магазин. Обе трёхлитровые банки Михаловны (из-под самогона и огурцов) были наполнены янтарным напитком, пробу с которого пришёл снимать и всё ещё недовольный гном. Но обиды - обидами, а пиво - пивом.
К пиву Василий принёс солёных орешков, и все трое, усевшись за стол, не торопясь, получали удовольствие.
– Наше пиво погуще будет, но и это вполне… Да, вполне…, - Эрин так и не сказал: что вполне, так как мелкими глоточками цедил пиво из стакана, прислушиваясь, как пиво смывает во рту соленый привкус орешка.
Бальсар ответил Василию не сразу. Он допил пиво, слизнул пену с усов, и только после этого сказал:
– Предполагать можно что угодно. Но я не могу ни подтвердить твои предположения, ни опровергнуть их. Я сомневаюсь в подобном объединении, но исключить эту версию совсем… Не знаю, Василий, не знаю.
– Что там знать, Бальсар! Бароны способны на что угодно - тебе ли сомневаться? А служители Храмов жадны и завистливы, как и все, живущие за чужой счёт. Верховные не станут вредить королям - им всё равно не занять трон. А вот служки - те будут рваться к месту Верховного… Если такой объединится с бароном, мечтающим стать королём… Разве не может быть такого?
– Служка бесполезен - у него слишком мало возможностей, - Бальсар снова налил себе пива, - Это должен быть служитель высокого ранга, на уровне королевства. Тот, которому до Верховного - один шаг. Да и барон должен быть не из последних. Тогда я соглашусь, что - может быть. Они в любом королевстве найдут союзника из желающих занять трон. Но как сохранить в тайне заговор такого масштаба?
– Если не прятаться, не готовить убийство короля внутри королевства, не посвящать своих сторонников в детали, - Василий, кажется, нашёл простое решение, - а готовить их только к взятию власти в свои руки, когда трон освободится, и не останется ни короля, ни Короны… В этом случае и заговора-то нет. Была власть - и пропала. Как же без власти жить? Тут и приходит человек, у которого всё готово как раз на этот случай. Человек, ни в чём не замешанный, никого не убивший, всего лишь помогающий сохранить порядок и спокойствие в королевстве. Тогда Совет Королей - единственная возможность освободить все троны разом, и знают об этом, и участвуют в покушении всего несколько человек. Они ни с кем своих планов не обсуждают, и узнать об их существовании можно только случайно. По-моему, произошло нечто подобное.
– С такими возможностями нет смысла бороться за власть в одном королевстве, - Эрин взялся за полировку самовара. Достав из ранца кусочек замши, он уселся на пол, поставив самовар между ног, - Тот, кто задумал и осуществил такой план, должен хотеть весь Соргон, не меньше. А опустевшие троны займут его слуги. Он не даст им всей полноты власти и имеет достаточно сил, чтобы держать новых королей в повиновении…
– Верно, Эрин. Лысые! Вот та сила, которая должна удержать в повиновении не только нового короля, но и всё королевство. Точно, лысые!