Чтение онлайн

–  А рост?
– Эрин сокрушенно покачал головой, - А рост? Большинство людей рядом с орками выглядят, как мы, гномы, рядом с людьми. Были бы орки такими же заносчивыми, как вы, люди, все ваши королевства рухнули бы в одночасье…

–  Как это?
– Василий заинтересовано посмотрел на гнома, - Как это так?

–  Орки не любят войн, не носят доспехов. Из оружия предпочитают палицу с железными шипами. Сила их такова, что орк не считается мужчиной, пока не победит медведя.

–  Один на один?

–  Только так. Людям, даже в железе, против орков не выстоять.

–  Так они всех медведей перевели в своих Болотах?

–  Они не убивают медведей, они с ними борются. Поборол, связал. Предъявит связанного медведя старшему в роду и отпускает - не мучает зверя. Медведям эти испытания тоже нравятся - звери борются честно, не кусаются и не царапаются. Только сила и ловкость. Что с той стороны, что с той.

–  А эльфы?

–  Они тоже высокие, но очень худые или тонкие, - Эрин закончил наводить блеск на самовар, - Красота! Пойду, отнесу.

–  Эрин, только не дёргайся. Выслушай спокойно. Попроси Михаловну никому не хвалиться новым самоваром, а то столько хлама понанесут - взвоешь. Больше никаких ремонтов: вы приехали отдыхать, а не вкалывать. Работать, то есть.

–  Не волнуйся, Василий. Это и мне ясно. Никаких ремонтов. Слово гнома.

–  Нет, не выходит ничего. Не зная правописания, мне не осилить премудрости твоего языка, - Бальсар отодвинулся от печатной машинки и тяжело вздохнул, - Возможности понимания чужого языка, видимо, ограничены…

–  Но вы же читаете?! Значит, и писать должны. Неужели даже числа тебе не понятны?
– Василий недоверчиво посмотрел на мага: не прикидывается ли?
– Послушай, Бальсар, попробуй ещё раз!

–  Зачем, Василий? Я же не знаю языка, на котором ты говоришь. И уж тем более - пишешь.

Василий протянул руку к клавишам и стукнул по цифре "4".

–  Что я напечатал?

–  Четыре.

Василий ударил по клавише "5":

–  А теперь?

–  Пять. Я уверен, что смогу прочесть всё, что ты напишешь на машинке, если оно будет иметь какой-либо смысл. Но воспользоваться твоим алфавитом мне не удастся, пока я не выучу язык. Для меня все эти крючки не несут… не имеют никакого смысла. Ты же тоже не сможешь ничего написать ни на моём языке, ни на языке Эрина…

–  Хочешь сказать, что у вас разные языки? И это после стольких лет совместной жизни в Соргоне? За несколько столетий ваши языки не слились?

–  В этом нетрудно убедиться: попроси Эрина написать на карте те же названия, что написал я. Увидишь - буквы будут совсем другие.

–  О чём это вы?
– Эрин поставил на стол пакет с двумя трёхлитровыми банками, - Гостинчик от Михаловны…

Гном одну за другой вынул банки. Василий узнал набор: огурцы и самогон.

–  Не удалось открутиться. Так о чём у вас тут беседа?

–  Можешь написать те же названия?
– Бальсар подвинул Эрину лист с картой и ручку, - Василий не верит, что ты напишешь их иначе.

Эрин взял ручку и надписал карту по-своему. Потом кивнул на машинку:

–  Можно?

–  Да-да, пожалуйста, - Василий уткнулся в карту. Названия читались так же, но закорючки были совершенно другими.

Эрин, увидев в машинке лист бумаги с отпечатками букв и цифр, сразу понял назначение машинки и углубился в изучение её конструкции. Аккуратно нажимая на клавиши, гном следил не за оттисками букв, а за движением рычагов и молоточков.

–  Это то, что я думаю?
– Бальсар показал на банку с самогоном.

–  Угу, - одновременно ответили Василий и Эрин, не отрываясь от своих занятий.

–  Эрин, а ты уверен, что отказывался?
– маг насмешливо взглянул на гнома, чего тот, впрочем, не заметил.

–  Конечно, отказывался. Пока не понял, что Михаловна готова выкатить бочку этого напитка. Она не может просто сказать: спасибо. Её благодарность не бывает полной без соответственного подарка. Я прав, Василий?
– наблюдательный гном тоже обратил внимание на сходство "гостинчика" с настольным натюрмортом в ночь знакомства.

–  Прав, прав. И ты прав, Бальсар, читается одинаково, а написано по-разному. Ладно…, - Василий отложил карту.

–  Я пить всё равно не буду, - заторопился с заявлением Бальсар, - Этого не буду, - он похлопал ладонью по банке, - Мне ещё жить не надоело.

Эрин захохотал.

–  Тебя же никто не заставляет напиваться до свинского состояния, - сказал он, отсмеявшись, - Ты что, не можешь контролировать свою дозу? Это ты на машинке печатал?
– гном потянулся за рукописью на подоконнике, - Можно посмотреть?

Бальсар, убедившись, что ему не угрожает немедленная выпивка, уселся перед телевизором - смотреть, как обычно, всё подряд.

Василий подсел к магу:

–  Знаешь, Бальсар, я сомневаюсь, что подхожу в короли. Могла ли Корона ошибиться при выборе?

–  Не знаю, что тебе сказать на это. Корона выбор сделала. Верный ли он - покажет время. А подходишь ли ты - тебе решать. Твой выбор никто на себя не возьмет. Ни я, ни - Эрин.

–  Ты говорил, что у соргонских королей не было детей. А у меня есть сын, уже взрослый.

–  Ты хочешь взять его о собой?

–  Нет, что ты! Как я могу рисковать им, если и моё будущее неопределённо. Я, конечно, никудышный отец, но не настолько же плох!

–  Тогда для Соргона ты - бездетен. Не думаю, что твой сын доберётся до Раттанара, чтобы предъявить права на трон. Пусть это тебя не беспокоит. Решай для себя и по своим возможностям - никто лучше тебя не знает, на что ты способен.

–  Я думаю, Корона знает меня лучше, раз выбрала. То, что я о себе знаю, не даёт мне права становиться королём. Я не могу на это решиться.

–  Тогда доверься выбору Короны.

–  А если она ошиблась? Представляешь, что будет в Соргоне, если она ошиблась?

–  Василий, ты уже напрочь свернул свои мозги. Теперь за мои взялся? Поговори с Эрином. Он ещё не испытал силы твоих бесконечных сомнений, может, и подскажет что-нибудь толковое. Только топор убери от него подальше. На всякий случай.

–  Издеваешься?

–  Ну, что ты! Пойми, что решать должен ты. Только - ты! Боишься - откажись. За это никто тебя не осудит: ты не воин, ты ленив. Не мотай головой. Это видно. А дело предстоит нелёгкое. На твоём месте и опытный человек колебался бы.