Чтение онлайн

— Кир, не трогай меня за руки. Они тоже болят!

— Хорошо. А так? — Взялся за ладони, которыми упиралась в его грудь, дернул их… Оказалась распластанной на нем, с разведенными по сторонам руками. Шикарно просто.

— Никак. Ты борзеть начинаешь.

— Умгу. Никак не оторваться… Полежи так еще чуть-чуть, а потом встанем. Пожалуйста. — И закрыл глаза. Руки мои отпустил, но тут же в плену оказались задница и затылок. Не дернешься. Ни разу.

Стоило шевельнуться, как меня переложили на бок, аккуратно поддерживая рукой — и не касаясь поврежденных мест, и фиксируя, в то же время. А потом он начал меня целовать. Медленно. Со вкусом. Сначала облизнулся, будто предвкушая лакомство, а потом очень долго тянулся к губам. Было время отпрянуть, но… "малолетка, дура-дурой", как еще это назвать? Потому как не отпрянула. И ждала, и позволила томительно ласкать себя, и даже раскрыла губы навстречу. И не отвечала, вроде бы, но оно и не требовалось: без того было сладко… Такой нежный Кир — такая редкость… Разрешила себе отхватить еще кусочек удовольствия, пусть потом, через несколько минут и придется пожалеть…

Неизвестно, до чего докатилась бы, и что потом было бы с самолюбием и гордостью… Спасла физиология: банально заурчал желудок. Только непонятно, у кого: у меня или у Кирилла. Но расхохотались оба. Он откатился на спину, а я подпрыгнула, как ужаленная, с кровати. К черту. Нужно держаться от него подальше…

— Больше так не делай! — Очень, ну, очень умная фраза… Только не нашла ничего умнее…

— Как? — Хитрая кошачья морда после украденной сметаны более невинно выглядит. А эта еще и светится просто. Наглый гад.

— Дураком не прикидывайся! Поспал, отдохнул, оказал первую помощь — теперь свободен. Судя по поведению, ты уже бодр и весел. Все, аривидерчи, бамбино! Вали! — Стягивала волосы в хвост, выдавая эту тираду. Искала расческу, потом — резинку, потом в зеркало смотрелась… Куча необязательных действий, лишь бы он в поле зрения не попадал…

— А как же позавтракать? Или уже — пообедать?

— Это уже без меня, как-нибудь… Кир, уйди, серьезно прошу. Мне нужно переодеться.

— А разве я мешаю? — Даже не попробовал подняться с постели. Так и валялся, закинув руки за голову…

Просто посмотрела на него. Без особого выражения. Скорее, устало, чем возмущенно. И, как ни странно, это подействовало.

Встал. Подошел ближе, пришлось попятиться. Ровно до стены, до того самого зеркала… Постоял, разглядывая внимательно… О чем-то посоображал, неясном… Погладил по щеке костяшками пальцев. И отошел.

— Подожду тебя на улице.

— Не стоит.

— Подожду. Только сначала умоюсь. Помятый, наверное, как будто собаки жевали…

Хотела сказать, что выглядит он вполне замечательно… Ради того, конечно же, чтобы не занимал ванную комнату… Но слишком похоже на комплимент получилось бы.

Кир быстро справился и вышел. На ходу бросил:

— Не торопись. Подожду.

Как понимать это странное поведение? Может, к психиатру парня отправить? Заодно и самой сходить? Нам обоим помощь не помешала бы…

Отделаться от него не вышло ни до обеда, ни после. Увещевания, что я на такси замечательно доберусь, не подействовали. Снова вломился в номер, забрал сумку с вещами, подождал, пока скидаю остатки косметики в маленькую сумочку. Забрал магнитный ключ из рук и проводил к администратору. И оттуда — до машины. Сумочка с документами и кошельком как-то незаметно перекочевала к нему, пока я подписывала документы на выезд.

Смирившись с тем, что ехать придется вместе, тут же себя оправдала: все же, удобнее, чем трястись в электричке, пусть и скоростной. Тем более, в выходной и с сумкой. И холодная кожа сидений в его джипе намного приятнее для спины, чем дерево или дермантин…

Странно и непривычно быть долгое время с Кириллом наедине — и не ругаться. Не спорить. Не зубоскалить и не ехидничать. Просто молчать. Даже в лучшие дни, когда все казалось розово-эфемерным, всегда о чем-то шутили, иронизировали, говорили о чем-то… А сейчас мы ехали в молчании, гораздо более наполненном, чем все слова, сказанные раньше. Знать бы только, что в нем за наполнитель…

Мою несчастную голову терзали мрачные и грустные мысли. Сбежала. Надолго? Нет. Хотела побыть немного одна. Получилось? Нет. Обдумать дальнейшую жизнь и действия. К чему пришла? Ни к чему. Снова рядом с Янкевичем и жду, что он будет еще творить. А самое противное: надежда теплится. На лучшее. Дура ты, Лиза. Полная и беспросветная дура. Парниша, возможно, только этого и добивается. Чтобы ты поверила в чудо, а потом — посильнее макнуть, поглубже. Кто их, сильных мира сего и "золотую молодежь", знает? До какой степени они заигрываются?

Кир, будто специально нагнетая неуверенность, практически ничего не говорил. Так, скупые, малозначащие фразы: о погоде, о времени на дорогу, о самочувствии моем осведомлялся… Вежливая беседа малознакомых людей. И не скажешь, что всего пару часов назад мы лежали в одной постели и с трудом удержались от секса.

— Хочешь, поедем в мой дом? Его потихоньку приводят в порядок, уже не так страшно стукнуться обо что-нибудь головой, намного комфортнее стало. В принципе, он уже пригоден для жилья…

— А что я там забыла, не подскажешь? — Его вопрос был весьма неожиданным. И реакция моя не подвела: на любую угрозу отвечать резкостью. А потом уже соображать…

Он лишь пожал плечами, с непонятным выражением лица..

— Да, вроде бы, ничего… Я твоих вещей не находил.

Вот. Оригинально. Я уже настроилась поскандалить… Ну, хотя бы услышать что-нибудь колкое в ответ… И ничего такого, чтобы зацепиться, не было выдано.

— А зачем мне туда ехать, в таком случае?

— Там сейчас тихо. Река рядом. День еще не закончился, могли бы там вместе отдохнуть…

— А чем тебе база не понравилась? В чем отличие отдыха там?

Снова пожатие плечами, не отрывая глаз от загруженной дороги…

— Моя территория. Так намного комфортнее.

— Тебе.

— Согласен. — Пауза. — Если не хочешь, не поедем.

Да что ж такое происходит-то?

— Конечно, не хочу. Тем более, воспоминания не самые… — Даже сейчас поморщилась от накативших эмоций.

— Что ж… Думаешь, стоит его продать? — Короткий внимательный взгляд в мою сторону, и снова — сосредоточился на дороге.

— Зачем? — Впала в ступор окончательно…

— А что я там один буду делать? На стены смотреть? На хрен мне эти стены?

— Эммм… — Очень красноречиво, понимаю. Но не нашла вразумительного ответа. Выяснять подробности — значит, копать еще глубже. А мне и так достаточно. Больше увязать в этом странном болоте никакого желания не было…

— Ну, так что? Выставляю на продажу? — Отсутствие ответа его никак не остановило. Казалось, что Кир просто размышляет вслух. — А тебе как, само помещение не нравится, или даже место, где дом построен, вызывает ассоциации?