Чтение онлайн

— Хозяева вам растолкуют,— сказал Адам у них за спиной,— что эти люди ничего не умеют беречь. Бьют окна, ломают холодильники, если их им предоставить, приводят уборные в такой вот вид. И как ни странно, в этом есть доля истины. Хозяева считают их дикарями, скотами, но психиатры называют это реакцией озлобления. Они ненавидят хозяев, ненавидят артельщиков, полисменов, лавочников — всех, кто не дает им вздохнуть, ненавидят саму жизнь. И, черт, я сам через это прошел. Я бил окна, гадил на пол. Наступает минута, когда человек должен дать выход своей ярости, иначе ему не выдержать.

— Идемте,— сказал Андерсон.— Я уже нагляделся достаточно. Даже более, чем достаточно. Каждый из этих лагерей хуже предыдущего, хотя хуже, казалось бы, уже некуда.

— Вы ведь хотели отыскать Тобина?

Андерсон не успел ответить: раздался шум мотора и между лачугами показался пикап. Дети бросились врассыпную куда быстрее крыс. Пикап остановился, чуть не наехав на них. Позади него оседало облако пыли.

— Начинается,— сказал Адам.— Поиграете еще, шеф, или сознаетесь, кто вы такой?

— Посмотрим по ходу дела.

Андерсон отступил назад, так что Адам оказался впереди всех.

Из пикапа вылез крупный мужчина в опрятной одежде защитного цвета и вызывающе пошел им навстречу. Он сдвинул на затылок охотничью фуражку, открыв бледную полоску у корней седеющих волос.

— Чего надо?

Он засунул руки в карманы брюк.

— Мы из-под Глостера… — начал Адам.

— Как бы не так. Я всех тамошних фермеров знаю. И никто поселки строить не собирается, а собрались бы, так сами бы справились. Чего вам тут надо?

— Не с вашим же пьянчугой у ворот мне было разговаривать.

Адам сунул в рот сигарету. Он говорил теперь своим обычным голосом, но расправил плечи и заткнул большие пальцы за пояс. «Точно два кота перед дракой», — подумал Морган. Ему вдруг стало смешно: мужчины, вот-вот готовые сцепиться, всегда казались ему смешными.

— Инспекторы вы, что ли? А может, просто агитаторы?

— Все может быть. — Адам зажег сигарету. — А вы что, здешний владелец?

— Совладелец, только это не ваше дело. Ну, а теперь катитесь отсюда все трое, да подальше. Это частная собственность.

— Частная-то частная, но владелец обязан соблюдать определенные правила. По закону, стало быть.

— Законы я не хуже вашего знаю, мистер. Ну как, покажете мне документы или должностные бляхи, пока я сам по закону не начал действовать?

— Сколько тут квадратных футов на человека?

Адам сказал это вполголоса, но верзила его расслышал.

— Слушайте, вы! — Он шагнул вперед.— Одного бы я и сам вышвырнул, но раз уж вас трое, если вы мне сию секунду не предъявите документы, которых у вас, конечно, нету, я съезжу за полицейскими — тут рукой подать — и потребую, чтоб вас арестовали за беззаконное вторжение на чужую землю.

— А если я покажу вам документы, вы все равно того же потребуете?

— Может, и потребую.— В первый раз грубый голос зазвучал настороженно.— Полиция у нас тут не любит, чтоб посторонние лезли в наши дела.

— Еще бы! Ну, езжайте, езжайте за полисменами.

— Езжайте,— Андерсон тоже шагнул вперед,— да потребуйте, чтоб они арестовали сенатора Соединенных Штатов за беззаконное вторжение на чужую землю.— Он достал что-то из бумажника.— Председателя особой комиссии по обследованию условий жизни сезонных сельскохозяйственных рабочих. Ну, зовите полицию.

— Так чего ж вы сразу не сказали! — Человек в хаки едва не сорвался на визг.— Я думал, вы красные или еще кто. Как он со мной разговаривал-то! Очень рад познакомиться с вами, сенатор.

Андерсон брезгливо посмотрел на протянутую руку, и владелец лагеря поспешно убрал ее в карман.

— Вы Томпсон? — спросил Андерсон.

— Джек Мичем. Мы с Беном Томпсоном совладельцы лагеря… Только занимается им все больше Бен,— добавил он поспешно.

— Сколько тут квадратных футов на человека? — спросил Адам.

— Ну… э… как по закону… э… как по закону следует.

— А вы когда-нибудь туда по нужде ходили?

Адам ткнул пальцем через плечо.

— Да это же такие люди,— сказал Мичем.— Ей-богу, вы не поверите, чего нам с Беном приходится терпеть. Все им даешь. Уборные, плитки, матрасы, крышу над головой. А как они обходятся с вещами? Да неразумный младенец или дикий зверь и то бы эдакого не натворил.

— Когда в последний раз стены красили?

— Ну, видите ли, я-то хотел в этом году покрасить, но Бен меня отговорил. А что правда, то правда — ведь все впустую было бы, они ж ничего не берегут. Не желают, и все тут. Ты чинишь, а они ломают.

— Когда в последний раз здесь был инспектор?

Мячем взглянул на него с недоумением.

— В первый раз отец привез сюда черномазых с Юга году в двадцать шестом, и никаких инспекторов мы до сих пор в глаза не видели. Мы тут в своем округе сами умеем об деле позаботиться.

— Оно и видно.— Андерсон чуть повысил голос.— Вы все устраиваете, как вам удобно, а кому это не по нраву, тот может больше сюда не приезжать. А если кто пожалуется, в тюрьму его, сукина сына, или так отделать, чтоб наперед помнил свое место. И вы знаете, что местные власти носа к вам совать не будут, не то вы с Беном и все прочие фермеры на выборах покажете им, где раки зимуют. Верно я говорю, а, Джек?

— Ну, сенатор, вы же не совсем в курсе дела. Нам надо убирать урожай, иначе мы в трубу вылетим, а тогда ведь не только нам есть будет нечего. Значит, требуются рабочие руки, и в нужное время, а никого другого, кроме вот этих, мы сыскать не можем. А для таких хоть из кожи вылези, они только все ломают да бьют баклуши. Но им, значит, по вкусу и денежки, которые мы платим, и жилье, а не то чего они сюда каждый год возвращаются?

— Любопытно! — Андерсон поглядел на Адама.— Это любопытно, ведь правда, Адам? До того любопытно, что мы, так уж и быть, позволим Джеку рассказать об этом полному составу комиссии, как по-вашему?

— И на открытом заседании, чтоб все узнали, как ему тяжело приходится.

— Э-эй, погодите! Я ни с какими комиссиями говорить не хочу. Я ж не сказал…

— Не беда, захотите.— Адам сунул Мичему повестку.— А чтоб вам одному не скучно было, мы и старику Бену вручим такую же, если, конечно, разыщем этого сукина сына.

— И еще одно,— сказал Андерсон.— У вас тут работает Тобин? Лопни Тобин?

Мичем растерянно кивнул, не спуская глаз с бумаги, точно это была ядовитая гадина.

— Артельщик. Наезжает каждый год.