Чтение онлайн

— Надеюсь, велорд в добром здравии, — произнёс один из старших стражей, проводив внимательным взглядом молчаливого Альпира и изучая бледное лицо Вефы.

— Перед тобой полноправная веледи Вельда, воин, — прямой немигающий женский взор предостерегал от дальнейших вопросов. — Завтра мы возвращаемся в Вельдом. Перенесите свои вещи к шатру, на который указал господин из Орда.

Расслабленность мужчин сменилась на собранную настороженность. Они поклонились и без лишних расспросов удалились выполнять приказ.

Вефиделия заметила возвращающегося Альпира, развернулась в сторону холмов и направилась к ним пешком, не обращая внимания на устремлявшиеся к ней взгляды многочисленных ордовцев, как и на воинов с обеих сторон, которые вновь составили её охранную свиту.

Обогнув дальнее взгорье, Вефиделия остановилась перед густыми тонкоствольными кустарниками.

— Располагайтесь. — Она обвела рукой поляну, покрытую высокой травяной листвой. — Альпир, мне нужно побыть одной. — Ограничившись таким кратким пояснением, которого было вполне достаточно для знающего свою веледи подданного, Вефиделия исчезла в сени странного наплыва на холме, напоминающего ладонь, приставленную к глазам в попытке прикрыться от солнца.

Небольшое углубление под ним поприветствовало девушку покатым сводом и манящим уединением. Вефа подбила в несколько слоёв низ плаща, уселась на каменный подъём внутри маленького грота и навалилась на прохладную заднюю стену. Достала из захваченной сумки закупоренный сосуд с бодрящим ягодно-травяным отваром Ялги и жадно выпила половину. Вытянула ноги и обняла себя за плечи. Прикрыла глаза и затихла.

Вефиделию обволакивала знакомая тишина, в которую она погружалась, чтобы окончательно прийти в себя и собраться с мыслями. Токи, исходящие из скальной сердцевины, щекотали волосы и мягким теплом окутывали её со всех сторон. Вельд укачивал свою дочь, навевая безопасную дремоту.

— Вефа! — она слышала голос отца и ужасно гордилась тем, что могла спрятаться от всезнающего велорда. — Немедленно покажись, несносная девчонка, — в его ворчании зазвучали строгие ноты.

— Я здесь, папа. — Вефиделия вынырнула из кустов.

— Сколько раз мне нужно повторить тебе, что…

— Я не имею права бездумно подвергать себя опасности, — закончила Вефиделия, подражая интонации Велифимира.

Он сурово смотрел на неё с высоты своего роста, но смешинки дрожали в уголках голубых глаз.

— Хорошо, что ты помнишь и, надеюсь, следуешь моему наказу, — велорд присел, вглядываясь в зазор между растениями. — Теперь показывай, что ты там нашла.

Вефа радостно метнулась обратно в заросли. Велифимир раздвинул ветки и последовал за дочерью.

— Смотри, какое чудное местечко, — она обвела рукой маленькую пещеру, которую совершенно не было видно с дороги и поля. — Попробуй сесть сюда, — указала на небольшое каменное возвышение внутри.

Велифимир присел и очутился как будто в глубоком кресле, не стесняющем его внушительную фигуру. Вефиделия поднырнула под отцовскую руку, и он обнял хрупкие плечики.

— Укрыться, отдохнуть, и понаблюдать за путниками, — оценил он её находку. — Запоминай такие тайники.

Она улыбнулась, положила голову на надёжное плечо, довольная, что отец не рассердился.

Вефиделия открыла глаза, ощущая объятие, ускользающее вместе со словами «Будь осторожнее и прислушивайся к Вельду».

— Буду, папа, — прошептала одними губами, старательно не добавив, что прислушиваться к Вельду с его благоволением к чужаку становилось тяжелее с каждым мгновением, и выбралась из грота.

Судя по насыщенно жёлтому солнцу, зависшему высоко в небе, полдень уже наступил. Её охрана переминалась с ноги на ногу, поглядывая в сторону белого дыма с долетающими оттуда запахами жареного мяса. Вефиделия предпочла бы подняться и ещё немного прогуляться по пологому склону, но даже её аппетит пробудился. Альпир, единственный, кто невозмутимо стоял спиной к стоянке Орда, тоже не успел стереть облегчение во взгляде при появлении веледи.

Когда Вефиделия вышла из своего временного укрытия, от края лагеря отделилась группа из нескольких человек. Они тащили большой свёрток и подносы с едой, хлебом, водой и вином.

— Господин Никкорд просил передать, что почтёт за честь, если вы присоединитесь к нему во время трапезы, — совсем юный мальчик, нервно сминая сложенную ткань, глубоко поклонился Вефиделии. ­— Если же вы предпочитаете отобедать у холма, то… — он сбился под пронзительным взглядом невероятно красивой девушки, которую жаждал и не решался рассмотреть, оказавшись так близко. — Вот... — Юноша неловко махнул в сторону своих товарищей, нагруженных снедью и приборами.

— Благодарю, — она сдержала улыбку, вызванную откровенным смущением молодого посланца.

Никкорд никогда не тушевался перед ней. Она видела, что внешне привлекательна для него, но он ни разу ей не польстил, либо напрямую заявляя о своём интересе, либо обращаясь с ней как с обычной женщиной, отметая прочь границы её титула и принятые правила поведения. Чаще именно она испытывала неловкость из-за его изучающего внимания.

— Накрывайте здесь, раз уж проделали такой путь со столь щедрым угощением, — сказала резче, потому что испытала досаду за сравнение кого бы то ни было с военачальником Орда.

Пригубив вина и степенно прожевав сочный ломтик мяса, Вефиделия освободила воинов от соблюдения вынужденных в её обществе и инородных в полевых условиях церемоний.

— Обедайте. — Веледи пресекла попытку стражей поняться и указала на холм. — Я поднимусь на вершину.

Неровности склона создавали причудливую кривую из природных ступеней, помогая легко забираться наверх. Близнецы не отличались высотой, но и с них открывался широкий обзор на поле и лес вдалеке, другие взгорья, обрамляющие равнинные луга.

Любимая неоднородность Вельда отразилась непроизвольной улыбкой на лице Вефиделии. Она расслабила полы плаща и просто дышала, легко и свободно. Повсюду, куда доставал взгляд, царило умиротворение, которое веледи должна сохранить во что бы то ни стало. Она обязательно найдёт способ свести личные счёты и не подвергнуть Вельд разорению и боли. Вефа присела и порывисто погладила каменную голову, просвечивающую между редкими пучками травы, узнавая отдающиеся в её ладонь шаги того, кто приближался к ней на удивление лёгкой поступью.