Чтение онлайн

Вот почему я не устаю повторять: нужна стройная, продуманная система приобщения к миру прекрасного, действующая во всех общеобразовательных школах. Это, на мой взгляд, одна из острейших насущных проблем не только в развитии школы, но и в развитии всей нашей культуры.

После Великой Октябрьской социалистической революции, в 1918 году в труднейших условиях хозяйственной разрухи и надвигавшихся походов Антанты, когда на карту было поставлено само существование только что родившейся Страны Советов, было принято «Обязательное постановление о преподавании пения и музыки в единой трудовой школе». Оно предусматривало два урока пения в неделю, кроме двух часов общеобразовательных занятий. Сейчас, к сожалению, – один урок музыки в неделю, да и тот сплошь и рядом ведется слабо. Вот и получается, что многие выпускники школ, получившие аттестат зрелости, ничего не знают о музыке. Не потому ли, что никто ни дома, ни в школе никогда за все время учебы даже и не пытался ввести подростка в мир высоких чувств и эмоций. Бывает, что родители чаще всего обеспокоены тем, чтобы их сын или дочь были одеты не хуже других, не скупятся на дорогие подарки своим чадам и совершенно равнодушны к тому, какая музыка вошла в их дом. Большинство из них легко присоединяется к рассуждениям о том, что сейчас другое время, стало быть, и другие вкусы, что нужно молодежи самой разбираться, что хорошо и что плохо. Пропаганда же музыки в школе – и серьезной, и развлекательной – нередко держится на энтузиазме тех немногих преподавателей, чаще всего гуманитарных дисциплин, которые берут на себя совершенно добровольно эту нелегкую ношу.

Значительное число уроков пения выпадает из-за отсутствия учителей-специалистов, а отношение к предметам искусства и к педагогам, ведущим их, находится на уровне, никак не соответствующем тем высоким критериям, которые сегодня выдвигает жизнь. В беседах с молодыми учителями, собирающимися посвятить себя преподаванию искусства детям, мне не раз приходилось сталкиваться с представлениями о некоторой «второсорт-ности» своего предмета в школе, ненужности своего труда. К сожалению, эти рассуждения имеют реальную основу. Помню, несколько лет назад на мой концерт в Краснодаре пришла группа учителей музыки городских и районных школ. Разговорились. Один из них сетовал на то, что районные и городские отделы народного образования относятся к пению как к второстепенному предмету, без особого внимания. Другой жаловался, что в школе народной песне не уделяют достаточного внимания, а в большинстве школ пение вообще не преподают. Подобные суждения я часто слышала во Владимире, Костроме, Куйбышеве, Кемерове и некоторых других крупных городах. Вывод не очень радостный. Небл агополучное положение с художественным воспитанием в школе создает соответствующий микроклимат и в семье. Часто можно слышать, как, придя из школы, сын докладывает с порога родителям: «По арифметике пятерка, по русскому четверка, по пению и рисованию двойки». В ответ отец погладит сына по голове и скажет: «Не расстраивайся, глазное – считать и писать умеешь. А что двойки по рисованию и пению, так это не страшно, беды тут нет. Переживем как-нибудь с матерью, если не выйдет из тебя Репин или Шаляпин». Эти слова говорит главный авторитет для ребенка – родитель, воспитывающий его наряду с учителем. Вот вам и сформировано отношение десятилетнего мальчишки к эстетическим ценностям на годы вперед, ярко свидетельствующее о недопонимании родителями роли искусства в жизни. Кто сказал, что развитие человека может ограничиваться только науками, в первую очередь точными и в какой-то мере гуманитарными? Разве акцент на одном круге предметов правилен? Нет, конечно. Я уверена, что в школе должны давать в гармоничном сочетании основы тех знаний, которые бы формировали всесторонне развитую личность. Ведь пока еще ни одному рабочему, физику, врачу, не говоря о литераторе, артисте, не помешало знакомство с музыкой, песней. Скорее наоборот.

Усиление заботы о формировании у детей и юношества высоких эстетических вкусов, необходимость прививать уважение к памятникам культуры, народному творчеству, шедеврам искусства – задача, от решения которой сегодня не уйти. «Если мы сумеем «влюбить» маленького человека в музыку, из него не вырастет ни паразит, ни негодяй. Музыка создает известный иммунитет против нравственного убожества. И важнейшая роль тут принадлежит песне…» Эти слова сказаны Густавом Эриесаксом, и я целиком и полностью согласна с известным музыкантом. Наша школа подошла к такому рубежу, когда требуются радикальные перемены в системе музыкального воспитания подрастающего поколения. Очень важно преодолеть укоренившееся негативное отношение к музыкальному воспитанию среди самих педагогов; ведь находятся такие, которые доказывают бесполезность уроков пения в наш бурный век, не понимая, что наука и искусство формируют разные элементы мышления, одинаково необходимые для развития личности. Вот если бы эти «теоретики» прикинули, какой ущерб идейному воспитанию наносит запущенное состояние музыкального образования в школах! А кроме того, сколько новых Щедриных, Хренниковых, Штоколовых, Архиповых, Образцовых недосчитывает из-за этого наша страна. Ведь на школьных уроках по искусству вероятность открытия талантов, которые, как известно, не каждый год рождаются, неизмеримо выше. Конечно, было бы неверно утверждать, что в нашей стране вообще отсутствует эстетическое воспитание. Ни в одном другом государстве мира не делается для детворы так много, как у нас. В целом по Союзу насчитывается больше пятидесяти театров юного зрителя, свыше ста театров кукол! Одних только детских библиотек более семи тысяч. В городах и селах страны действуют сотни детских музыкальных школ, где учатся наиболее одаренные ребята. Для детей и юношества проводятся всевозможные конкурсы, викторины, фестивали, поистине неисчислимы тиражи грампластинок. Вспомним телелекторий для юных, который вел выдающийся композитор и общественный деятель Д. Кабалевский, чьи вдохновенные беседы о музыке воспринимались всегда с огромным интересом. Безусловно, полезны были передачи по изобразительному искусству под руководством известного живописца Б. М. Неменского. Задача их – воспитание художественными средствами активного отношения к жизни. Телевидение помогло нам узнать и о замечательных учителях из Вильнюса, Ташкента, Ленинграда, Москвы, Казани, которые своим поиском, своим трудом открывают новые пути в преподавании искусства. У опытнейшего ленинградского педагога В. Морозенко дети на уроке – и зрители, и художники. Часто они испытывают такой восторг от увиденного, что аплодируют. Это величайшее счастье – открыть детям радость искусства! И все же я повторяю: мы делаем в этой области недопустимо мало. Пока не будет осуществлена решительная перестройка всего эстетического образования, пока музыкальное воспитание не будет доведено до каждого учащегося, трудно рассчитывать на реальные плоды в таком государственно важном деле. Именно государственном, ибо эта проблема выходит за рамки собственно музыки, собственно культуры. И приятно сознавать, что я не одинока в своем мнении. На сессии Верховного Совета СССР, проходившей в апреле 1984 года, было принято постановление об «Основных направлениях реформы общеобразовательной и профессиональной школы», затрагивающей, в частности, и вопросы эстетического образования подрастающего поколения. Но, к сожалению, прошло уже несколько лет, а реальных изменений пока нет. Музыка и молодежь… Эта тема, повторяю, волнует меня бесконечно. И поныне ведутся споры о влиянии далеко не лучших образцов западной музыки, в частности песни, на формирование и развитие вкусов нашей молодежи. Сам по себе факт приобщения молодых людей к искусству народов других стран отраден: ни одна национальная культура не может жить и плодотворно развиваться изолированно, вне связи с другими культурами, чьи лучшие творения питают сознание миллионов. Есть и будут свои почитатели у аргентинского танго, у ритмов Кубы, у мелодий европейских стран, у идущих из глубины веков народных африканских напевов. Богатства, накопленные музыкальной культурой мира, настолько велики, что вполне естественно желание видеть их наиболее полное отражение на телевидении, на сценах рабочих клубов и дворцов культуры, слышать по радио, в грамзаписях. Но если прислушаться к потоку музыки, несущейся со всех сторон утром и вечером, то становится очевидным: эстрадные песни в исполнении различных зарубежных вокально-инструментальных ансамблей все более заполняют эфир, становятся едва ли не стержнем иной музыкальной передачи. Есть у нас еще люди, тяготеющие к музыкальным «шедеврам», которые у себя на родине вышли, что называется, в тираж, но еще способны оказывать некоторое воздействие на публику. В. И. Ленин,

выступая против почтения к художественной моде, господствующей на Западе, отмечал, что мы «не должны стоять сложа руки и давать хаосу развиваться, куда хочешь. Мы должны вполне планомерно руководить этим процессом и формировать его результаты». К сожалению, иные ретивые пропагандисты музыкальных «новаций» не утруждают себя глубоким изучением современных тенденций в зарубежной культуре, что, конечно же, отрицательно сказывается на духовном развитии юношества.

Нам, старшему поколению, ответственному за воспитание молодежи, далеко не безразлично, как она проводит свой досуг сегодня. Ведь масштабы новых задач, революционный характер перестройки предъявляют более высокие требования к нравственному облику каждого юноши или девушки. И тут непочатый край работы, потому что у некоторой части молодых людей все еще проявляются и факты гражданской незрелости, и пренебрежительное отношение к интересам общества, и идейно-нравственная «всеядность», и вседозволенность поведения. Вот пример. Некоторое время в молодежной печати широко обсуждались вопросы пропаганды на эстраде так называемого «металлического» рока, имевшего ранее привкус «запретного плода». Мнения оказались совершенно разные. Дать однозначную оценку явлению, которое получило распространение в Москве в самом начале перестройки, оказалось нелегко. Зародилось оно в подвалах и на квартирах, где группки и группочки собирались по вечерам, чтобы «приобщить себя к шедеврам века». Атмосфера гласности сильно поколебала бронезащитный принцип «Запретить!», и руководство столичного комсомола решило: пусть молодые разберутся сами, что такое хорошо и что такое плохо. И вот один из Дворцов культуры Перовского района Москвы предоставили на вечер «металлистам».

Вечер этот был не первым, поэтому милиции и дружинников в зале было предостаточно: опыт предыдущих концертов заставил пойти и на такие меры. Зрителей и слушателей рока можно было узнать еще в метро по маскарадным нарядам: кожаным безрукавкам и браслетам, металлическим цепям, намотанным по всему телу.

После первых аккордов группы «Шах» зал вскочил на кресла, вытягивая вперед руки и вопя: «Металл!!!» В дальнейшем зал и сцена соревновались: кто кого? С одной стороны – электродецибелы, с другой – истошные взвизги. Тексты песен тоже ничего общего с искусством не имели: со сцены на дурном английском языке звучали сентенции типа: «Я тебя люблю, я тебя убью!»

«Шаха» сменила группа «99%». Солист с быстротой карманника выскочил на сцену и швырнул микрофонную стойку в публику. В зале началась борьба за обладание ею, перешедшая в рукопашную поклонников обеих групп. Странно было слушать русскую речь, казалось, что ты где-нибудь в Чикаго.

В зале бушевала энергия молодых, которым, честно говоря, было наплевать на весь этот «металлизм», требовалось лишь самовыражение, применение своих кипучих сил. Нужного русла ке находилось, поэтому «металлический» рок и стал тем «клапаном», который выпускает «пар».

На сцене были и представители Перовского райкома ВЛКСМ, пытавшиеся овладеть залом, но это им не удавалось.

Все оказалось не просто: выпустить пар – и не обжечься.

Разрешить разрешили. Первый, простой шаг сделан. Следующие шаги куда труднее. Да, было время – переусердствовали в запретах. Теперь можем переусердствовать в угождении, вскармливая паразитическое мировоззрение. Не случайно же у нас, по данным Научно-исследовательского центра ВКШ при ЦК ВЛКСМ, 48 процентов опрошенных молодых людей не понимают необходимости классовой оценки произведений искусства, художественного и песенного творчества, а деятельность ряда неформальных самодеятельных объединений молодежи носит асоциальный, а нередко и аполитичный характер.

И все же не запрещать, по-моему, надо, а воспитывать, разъяснять, не ставить шлагбаумы, а развивать собственную эстраду, воздействовать на молодежь оптимистически, жизнеутверждающе. Ведь есть же среди рок-групп и эстрадных ансамблей самобытные, интересные, с ярко выраженным творческим лицом коллективы – «Автограф», «Диалог», «Аквариум», «Браво», совсем юные «Караван» и «Круг». В них трудятся серьезные, по-настоящему профессиональные музыканты с широким кругозором, взыскательным отношением к своим работам. И отрадно, что, создавая репертуар и отбирая стихи, они нередко обращаются к поэзии В. Маяковского, С. Есенина, А. Тарковского, С. Кирсанова и других известных поэтов. Конечно, не все идет иной раз гладко, но желание приобщить слушателей к богатствам искусства, к его подлинно художественным образам заслуживает всяческой поддержки. Ведь по этим приметам можно судить о гражданской зрелости исполнителей, их эстетической самостоятельности и ответственности перед публикой. Не секрет: нынешний этап развития общества предъявляет высочайшие требования к духовному уровню песни, и если в ней мы найдечм, как в зеркале, отражение своих мыслей и чувств, узнаем самих себя, то это уже совсем немало.

Разговор о формировании духовных потребностей человека, о влиянии искусства на идейно-политический и нравственный облик молодежи зашел у нас как-то с дважды Героем Социалистического Труда академиком Т. С. Мальцевым.

Терентий Семенович беспокоился по поводу запоздалого становления, иждивенчества некоторой части молодых людей. Бедность их эмоционального мира, нравственную глухоту, притупление способности к сопереживанию, дегуманизацию поведения он связывал с низкой культурой, духовной неразвитостью, слабым эстетическим и этическим пониманием истинных ценностей. Вот тут и предстоит преодолеть немало трудностей тем, кто непосредственно занят в сфере воспитания, а также культуры и искусства.

Да, активно влиять на идейно-политический и нравственный облик личности – важнейшая миссия социалистической культуры. В этом мера ответственности профессионального художника перед народом! И не только профессионального. Многое зависит и от самодеятельного творчества, являющегося неотъемлемой частью жизни народа. Порой сетуют: у нас в самодеятельность не идет молодежь. Почему? Неужели перевелись любители песни, пляски, танца? Нет, конечно. Просто надо проявлять инициативу, поддержать энтузиазм, вложить хотя бы частицу души в дело организации досуга молодежи. Ясно, что успех немыслим без расторопности органов культуры, действенной и своевременной помощи профсоюзов, комсомола.

Люди, отдающие свое свободное время художественной самодеятельности, у меня вызывают особое чувство – ведь сама ступила на большую дорогу искусства со сцены подмосковного клуба. Был он маленький, невзрачный, с низкими потолками. Но нас никогда не покидало здесь ощущение праздника. Обхаживали баяниста Павла «из любви к искусству» – лишь бы играл, лишь бы сочинял песни, сами придумывали слова частушек и лирических напевок. Сколько сыграли концертов, поставили спектаклей!

Не потому вспоминаю об этом, чтобы упрекнуть молодых. Но вот заглянула как-то в план работы большого заводского Дворца культуры: сегодня кино и завтра кино, а назавтра все та же «демонстрация художественного фильма и дискотека». Немало их таких, к сожалению, и порой с прекрасными просторными сценами, оборудованными ничуть не хуже иного театра. Дело в том, что в добрых стенах обязательно должна быть душа – инициатива, энтузиазм людей. Клуб превращается в магнит там, где по-настоящему любят искусство, где поселились выдумка и творчество.