На пороге неба Часть Первая
Шрифт:
Эльф приложил руку к моему лбу, и я почувствовал, как родная эльфийская магия потекла по жилам, отгоняя боль и придавая силы. Таким же образом он помог и Дику.
Когда серый дракон закончил, черного зверя уже не было видно.
— Мальчишки, вы летите со мной, остальным помогут чуть позже. — И улыбнулся. Тут я окончательно поверил, что это на самом деле брат Айонки.
Что ему до двух избитых незнакомцев, от которых ни крошки пользы? Но он помогал нам, как и она.
— Я заберу вас с собой, остальных ваших друзей спасут мои слуги.
— У нас нет здесь друзей, кроме Айонель, — признался я. — Лучше помогите ей…
Эльф, осматриваясь во владениях Игнира, кивнул, чтобы я понял, что он меня услышал:
Дик проворчал:
— А почему вы с черным драконом не полетели? Вы не знаете, какой Игнир опасный.
Эльф улыбнулся и насмешливо ответил:
— Я редко применяю драконью магию, да и летаю очень медленно, я бы тормозил отца. Зато профессионально занимаюсь расследованиями…
— Боюсь, что Игнир всех обманет и ваш отец не успеет ее спасти… — с ужасом выдохнул я.
— Не переживайте, отец их не упустит, — усмехнулся брат Айонель. — Ну… готовы путешествовать?
Мы вяло кивнули.
Слишком много на нас сегодня свалилось, и даже то, что мы покинем проклятый остров, уже не радовало. Полет был медленный, спокойный и, насколько может быть в драконьих лапах, удобный. Мы рассматривали море под нами, изредка вяло переглядываясь: вот она, свобода!
Сперва брат Айонель аккуратно перенес нас на трехмачтовый военный корабль, где первым делом отдал приказ команде идти к острову Игнира. Осторожно выгрузив нас на верхней палубе, он вновь стал эльфом.
— Что прикажете, господин Андриель? — К нему поспешил высокий загорелый капитан корабля с просоленной на щеках кожей и с выгоревшими на солнце русыми волосами. Приблизившись, он с достоинством поклонился. Брат Айонель поклонился в ответ и сообщил:
— Я дам координаты скрытого острова. На карте его нет. Необходимо доставить туда магов, следователей, охрану и большой корабль для эвакуации детей… Целители и повара присутствуют обязательно.
— Как прикажете, господин… — с уважением поклонился капитан. И тут же поинтересовался. — Работорговцы?
— Да. Действуйте, как всегда в таких случаях. Все результаты осмотра — хозяину, он решит, что делать с виновными.
— Да, приступаю, — вежливо поклонился капитан.
Пока мы наблюдали за беседой брата Айонель и офицеров, матросы с любопытством рассматривали нас. Ну, еще бы, непонятные костюмы все в засохшей крови, криво обстриженные волосы, торчащие клоками, и обезумевший взгляд, по крайней мере, у Дика, хотя я, уверен, выглядел не лучше.
Мы думали, что серый дракон оставит нас на корабле, однако он попросил нас напоить, а перед взлетом пояснил:
— Я вас оставлю на одном острове, там вам помогут. А сам отправлюсь к отцу переходами…
Пока мы раздумывали об услышанном, мягко подхватив в свои лапы, серый дракон вновь нас куда-то понес. Измученные всеми этими событиями, мы с Диком как-то нереально быстро в полете уснули.
Дракон опустил нас на поляне, покрытой нежной зеленой травкой, невдалеке от красивейшего дворца с тремя башнями из бело-розового мрамора, и тут же унесся в небо.
— Что будем делать теперь? — задал самый насущный вопрос Дик, едва перевел дыхание.
Я вообще подняться не мог, устало развалившись на траве, пытался перевести дух после резкого пробуждения и посадки.
— Ну… — Но больше сказать ничего не успел: нервно оббегая холмы с цветами, видимо местные клумбы, по тропинке к морю шагала светловолосая человеческая девушка в тонком голубом платье из шелка, с наброшенной на плечи белой меховой пелериной. За ней, в белой рубашке с вышивкой, темных укороченных штанах, заправленных в высокие кожаные сапоги, раздраженно потряхивая над головой тонким кончиком удочки, ступал темноволосый юноша на две головы выше девушки.
— Мам… Ну не говори отцу, ну пожалуйста!… Он меня на острова больше одного не отпустит.
Мы удивленно переглянулись, девушка была явным человеком, а парень был старше ее на вид, но почему он виновато говорил «мама»?
— Я тебя и без отца не отпущу, раз ты ведешь себя, как безмозглый мальчишка!
— МАМА!! — возмущенно произнес юнец, примерно нашего с Диком возраста.
Девушка, быстро шагая вперед, гневно продолжала:
— Тебе и бабушка говорила там не купаться, и дедушка предупреждал, что туда нельзя лезть, там скалы под водой падают… И на тебе! А еще… я выдеру тебя как… как!.. — Девушка остановилась, обернулась к пареньку, от волнения не в состоянии подобрать сравнение, чтобы выразить свое негодование.
Парень смущенно проворчал:
— Мам… Я больше туда не полезу, мне хватило. Ну мам…
— Ага, и только окажешься на островах с такими же шалопаями, как сам, начнешь проверять горы на крепость!
— Мам…
— Ладно, я ничего папе не скажу, а скажу бабушке… — Наконец светловолосая красавица в дорогом наряде придумала достойное наказание сыну.
— За что? — шагая за ней, горестно взывала к материнскому милосердию жертва родительской строгости. — Это же еще хуже! Лучше дедушке! Он хоть меня понимает.
— Нет, бабушке! И еще… Все твои беды от безделья! Давно надо было это сделать. С сегодняшнего дня ты помогаешь прачкам в замке, воду принести, развесить или поднять тяжелое! — раздраженно закончила юная госпожа.
— Ладно, там как раз новеньких девушек набрали, я им с удовольствием помогу…— обрадовался парнишка.
— Увы, но помогать со стиркой ты будешь двум старушкам, — злорадно пояснила мамочка, — тем самым, которые обстирывают стражу во дворце.
Сын горестно заявил:
— Мама, ты ведешь себя как десятник в юбке, ну хоть раз бы проявила снисхождение к собственному ребенку…
— Наглая клевета! До трех лет я была к тебе чрезвычайно снисходительна и уже двадцать лет пожинаю плоды своей слабости! А насчет десятника ты не прав, у меня под руководством было около сотни воинов, так что, увы, снисходительности от меня не жди. Ослушался — получай наказание! Поверь, это куда милосерднее, чем выскребать тебя частями из-под скалы!
Парень ответить не успел — он первым заметил нас и остановился. И теперь таращился в изумлении, изучая наши окровавленные балахоны.
— Кто это?