Чтение онлайн

*Действие происходит в Чудесах.

Отмахнувшись от сожалений, я пригубил вино. Ничего… Проигрыш в начале битвы еще не поражение в войне.

Отодвинув пустой бокал, вновь принялся изучать присланные сегодня документы.

Просмотрев связку свитков, наконец, я нашел запрос из канцелярии хозяина драконьей империи.

Свиток, в котором хозяин требовал подобрать достойных претендентов на место домашнего учителя истории, математики и географии, был выполнен на розовой бумаге с золотыми гербами. Постукивая костяшками пальцев о подлокотник, отложил его, ликуя. Вот оно. Я ждал этого момента два месяца. Теперь мой выход.

Позвонил в колокольчик. Вошел старый слуга. Во время недавних событий он укрылся от воинов молодого дракона в тайных помещениях академии, тем самым спасся от императорского суда. Сизит поклонился. И мы продолжили прерванный намедни разговор:

— Так ты утверждаешь, — он сказал, что у дракона в канцелярии никто не знает, что запросы передали мне? — с угрозой произнес я.

— Да! Точно… так и сказал. — Сизит заколебался. — Только вернуть их надо сегодня же… Это ваш Инар сказал.

— Хорошо. Уточни, где он будет меня ждать?

— В Тирнаке, хозяин. В вашей таверне. Так он сказал, я только передаю. — Сизит, оправдываясь, склонился в подобострастном поклоне.

— Свободен… — Слуга развернулся, собираясь уйти, тогда я добавил. — Вознаграждение лежит на твоем столе. Ты должен покинуть остров сегодня.

— Но хозяин… позвольте мне остаться здесь. Ну, куда я пойду? Я с малых лет здесь, служу вам и никого там не знаю… — заныл он.

Поднимаясь с кресла, я раздраженно прошипел:

— Меня это не волнует! Убирайся с острова, мне не нужно, чтоб ищейки дракона тебя здесь обнаружили! Впрочем, как хочешь.

Я собрал все бумаги и раскрыл сферу.

Сизит упал на колени:

— Позвольте служить вам в любом другом месте! Умоляю вас, хозяин, сжальтесь над стариком… мне нигде нет места.

— Нет, — равнодушно ответил я и отправился в Тирнак, больше никогда не собираясь возвращаться на остров.

На самом деле мне некуда переселять старика. Я никогда не строил и не охранял замков, у меня не было собственных внешних мест, связанных с моим именем. У меня был небольшой дом на острове, но в нем жили слуги драконьей династии, предки которых служили еще моему отцу. И их и так было сверх меры! Новых я брал крайне редко.

Кроме академии, единственное, что я имел, это точки сбора посланников: небольшие аккуратные таверны, раскиданные по всему миру, откуда мне доставляли нужную информацию и куда я отправлял запросы и приказы слугам.

Издавна наблюдая за тем же Райдером, я видел, как тяжело гнетет его бремя ответственности за империю, пожирая силы и время, и для себя решил, что мне нужна власть, но другая, незаметная и более влиятельная. Не ограничивающая моей свободы. Позже я обустрою академию заново, а пока мне нужна драконница!

Размышляя над этим, я вышел из сферы в горах, недалеко от Тирнака.

Утренний туман клубился в полутьме, растворяясь под порывами ветра.

Скоро лето. Надеюсь, до осени у меня получится пробраться в замок Райдера и устроиться учителем у драконницы. А к следующему лету покончить со всем, добыв желаемое.

Шагая по пустым улочкам окраины Тирнака, почему-то вспомнил свое детство, такое далекое, словно чей-то незнакомый голос во сне. Огромный, всегда холодный дом — гигантский драконий замок среди горных вершин, в котором постоянно дул ледяной ветер.

От потока холодного воздуха, гуляющего по коридорам, постоянно слезились глаза, и болело горло. И тут же равнодушный, властный и презирающий за любую слабость или похожесть на человека отец, в порыве раздражения готовый порвать на части наследника за появившиеся слезы. Сколько мне тогда было лет? Пять? Семь? Может, и меньше…

Видя, как презрительно относится ко мне отец, слуги всячески мной пренебрегали. Да, я ел с золота, одевался в шелк и виссон*, у меня были лучшие учителя и игрушки. Но меня часто забывали кормить, игнорировали просьбы и бросали одного ночами в ледяном зале без проблеска тепла и огня.

Я не помнил улыбок, заботы или волнения о себе. А повзрослев, для себя решил, что выгнать наследника на улицу, как делали это другие драконы, с его стороны было гораздо честнее. Может, тогда возле меня появился бы кто-то, кому я был нужен…

*Тонкая льняная ткань, обладающая красивым пурпурным, белым или золотистым цветом, настолько тонкая, что скорлупа грецкого ореха может служить хранилищем для перчаток.

Долго всеми силами я пытался заслужить похвалу и одобрение своего отца, но был ли в этом смысл?

Его передергивало от отвращения при встрече со мной, раздражали мои человеческие свойства и отсутствие магии. Он так и не увидел, как я стал драконом.

Райдер добрался до него первым. И на тот момент я был даже благодарен молодому дерзкому дракону, даже когда тот забрал себе все заморские замки отца.

Все свои силы я бросил на развитие магии. При этом всегда все скрупулезно просчитывал и поступал рационально. Если в схватке я мог потерять около половины преимущества или проиграть, то в нее не вступал, предпочитая раздавить противника чуть позже и имея на руках заведомый выигрыш.

Уже гораздо позже, когда мне было далеко за сотню, благодаря Темным мой дракон вступил в полную силу, я всерьез хотел уничтожить Райдера, как единственного конкурента, но во вовремя одумался. Зачем мне такая ноша, как власть и подданные? Хаос мне тоже не нужен.

Меня полностью устраивал стабильный мир под его руководством. В случае разрушения сложившегося порядка мне пришлось бы налаживать сети моих служек заново, а это трата сил и времени… Так что я пока позволял ему править в свое удовольствие. Но с появлением драконницы многое изменилось.

Стоит ли теперь оставлять все как есть?

Я миновал последнюю улочку и вошел в свою таверну, где меня уже ждал Инар, худой светлобородый человек с красноватым оттенком кожи, порталом доставивший мне свитки.

— Инар…Так что там с конкурентами? — усевшись в кресло перед камином, без предисловий начал я.

— Мы оставим только тех учителей, которые заведомо не пройдут выбор, господин. — Раб растянул тонкие бескровные губы в подобострастной улыбочке, уверенный, что хозяева любят, когда перед ними преклоняются, пусть даже так фальшиво и грубо.