На пути к мечте
Шрифт:
– Она обиделась на нас с тобой, – со вздохом говорю я Стасу, обнимаясь с Кириллом и Лео, которых сегодня еще не видела.
– За что? – удивляется тот.
– За то, что вчера не позвали ее в клуб…
– Тась, ты что, серьезно? – Стас примирительно касается ее плеча. – Не обижайся, у меня, честно, вообще ни единой мысли на этот счет не возникло…
– Он даже нас не позвал, а мы не обижаемся, – шутливо добавляет Лео. Таська гневно поворачивается к нему:
– Вы уже видели и слышали, как он поет! А я одна не видела! Ну ладно, допускаю, тебе, – она кивает в сторону Стаса, – было не до того, чтобы думать, кого позвать. Но ты-то! – и она кидает острый взгляд, наполненный обидой, на меня.
Мне ничего не остается, как попробовать извиниться в очередной раз:
– Тась, милая, ну прости, правда, я тоже совсем не подумала…
– Таисия, а если я тебя сегодня позову в клуб, придешь? – вмешивается вдруг Стас. Таська меняется на глазах – обида пропадает из глаз, на лице появляется улыбка.
– Приду! А ты позовешь?
– А я уже зову, – спокойно говорит он. – Буду очень рад видеть тебя. Больше не обижаешься?
– Нет, – Таська сияет и сразу обнимает его, как только он разводит руки в стороны.
– А на меня? – осторожно спрашиваю я. Таська на секунду задумывается, а потом широко улыбается:
– Ладно, курочка ты моя, и на тебя тоже не обижаюсь!
Я с облегчением вздыхаю, а когда Таська отворачивается, одними губами шепчу Стасу: «Спасибо». Он подмигивает, а потом осторожно касается моих пальцев своими. Я сжимаю их, и получается, что мы снова держимся за руки. Правда, недолго – Стасу приходится выпустить мою ладонь, чтобы подхватить поднос.
– Я сегодня не работаю, – задумчиво говорит Кирилл, обращаясь к Лео, когда мы уже идем за столик, – может, и мы к Стасяну заскочим?
– Я и так собирался, – пожимает тот плечами. – Ты ж не против, рок-стар?
– Я никогда не против, – откликается Стас.
– А у тебя предки дома сегодня? – интересуется Лео. Стас отрицательно качает головой. Лео сияет:
– Тогда после твоего выступления завалимся к тебе!
На секунду мне чудится, будто на лице Стаса мелькает недовольство. В голову вдруг приходит мысль, что этот вечер он хотел провести иначе – только со мной. Я-то уж точно именно этого и хотела… Но тут же Стас улыбается и отвечает:
– Без проблем.
Так и получается, что вечером мы собираемся возле клуба «Подвал» вчетвером – Кирилл, Лео и мы с Тасей. Стас, как и вчера, ждет нас внутри. Мне пришлось попотеть, чтобы уговорить его на это. Изначально он собирался забрать меня после пол-дэнса, чтобы потом вместе подхватить Таську и ехать в клуб, но мне все же удалось убедить его, что мы в состоянии доехать самостоятельно, а вот ему лучше всего, вернувшись с вокала, поспать пару часов, чтобы хорошо чувствовать себя вечером. Надеюсь, он так и поступил.
Таська встречает меня после занятия, мы перекусываем в том самом кафе, куда неделю назад ходили со Стасом, и наш столик опять обслуживает улыбчивая Камилла. Меня она не узнает – или делает вид. А потом мы пешком отправляемся в сторону клуба – благо погода сегодня более-менее хорошая, а времени у нас много. По дороге я наконец подробно рассказываю Таське все, что случилось вчерашним вечером. О чем-то она уже знает – Сашка в течение всего дня не могла успокоиться и все писала в наш чат восторги по поводу Стаса – так, что Таська даже посоветовала мне начать ревновать. Кроме того, я рассказываю и о том, как сегодня утром мы шли в школу, держась за руки, и о том, что наконец готова поцеловать его. От последней новости Таська приходит в восторг:
– Ну наконец-то! – но тут же сникает: – Эх, Ритусь, получается, я тебе все испортила.
– Почему? – искренне удивляюсь я.
– Если бы я не вылезла со своими обидками, Стасу не пришлось бы меня звать сегодня в клуб, и тогда вы могли бы провести время только вдвоем.
– Не факт, – я пожимаю плечами, – Кир с Лео точно так же могли бы завалиться в клуб, даже без тебя. Не переживай, ничего страшного не произошло.
– Но при нас ты ведь не станешь его целовать? – с любопытством спрашивает Таська.
– В первый раз точно нет, – категорически говорю я.
– Это будет уже не первый раз, – ехидно замечает подружка. Я отмахиваюсь:
– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.
За такими разговорами мы и приходим к клубу. Кирилл с Лео уже там, и я сразу набираю номер Стаса. Как и вчера, он проводит нас по лабиринтам служебных помещений в свою гримерку, где мы оставляем верхнюю одежду. Чувствуется, что Кирилл с Лео здесь далеко не впервые – они здороваются со многими, кто встречается нам по дороге, а с черноглазым Дэном, с которым мы сталкиваемся в коридоре, вообще разговаривают как с приятелем. Тот, кажется, заинтересовывается Таськой – во всяком случае, бросает на нее оценивающие взгляды, только вот моя подружка не обращает на него ни малейшего внимания, заинтересованно оглядываясь по сторонам. Стас склоняется к моему уху:
– Ты не обидишься, если я не стану провожать вас в зал? Нужно гитару чуть поднастроить, а времени уже мало…
– О чем ты говоришь, конечно, – говорю я, вдыхая ментоловый аромат, которым веет на меня, едва Стас оказывается рядом. Его глаза и губы так близко, и, стоит мне чуть-чуть потянуться… Я поспешно отстраняюсь, пока близость Стаса не затмила мне разум и я не сделала то, о чем потом буду жалеть. Он тоже выпрямляется.
– Ты спал? – окликаю я его, прежде чем он уходит по коридору. Он оборачивается и ласково улыбается мне:
– Спал, малышка, не переживай.
Он опять называет меня малышкой – и это так органично у него выходит, так легко. И так естественно, словно какого-то другого имени у меня и не может быть. Интересно, он сам замечает, что обращается ко мне так? Помнится, он говорил, что прибережет подобные обращения до тех пор, пока я не «перестану валять дурака». Или по моему поведению он понял, что я уже перестала?
Таська делает большие глаза и змеей шипит мне на ухо:
– Он назвал тебя малышкой!
– Ага, – говорю я и улыбаюсь как дурочка.
А потом снова начинается волшебство. Снова Стас выходит на сцену вместе с гитарой, снова проверяет микрофон, снова здоровается со зрителями – и снова поет. И снова его невероятный голос обволакивает меня со всех сторон, снова мощные потоки энергии, исходящие от него, подхватывают меня и несут на своих крыльях, и я лечу в эйфории, очарованная человеком на сцене и тем чудом, которое происходит благодаря нему, не видя и не слыша больше ничего, кроме него.