На развалинах Мира
Шрифт:
Бей под лопатку — где сердце.
Она вздохнула — я сурово смотрел ей в лицо. Девушка нахмурилась… и четким сильным ударом пресекла жизнь зверя. Остро отточенный нож пробил шкуру там, где требовалось.
— Я убила его…
— Вот и хорошо. Ты же охотница. И подруга охотника. А если бы ты его не убила — мы остались бы голодными.
Я умолчал тот факт, что у нас в мешках был достаточный запас провизии на несколько дней — Ната, впервые в жизни, оборвавшая чужую жизнь, забыла об этом… Не каждый раз молодые девушки убивают кого-то, пусть, даже ради собственной жизни. Но и Ната, была не совсем обычной девушкой… Того, что она испытала, хватило бы многим, чтобы ожесточиться и не бояться смерти, в любых ее проявлениях.
— Надо снять шкуру. Пока он теплый — это легче. Попробуешь?
— Да. Сама, значит — сама.
Она присела над тушкой. Позволив ей самой разделывать зверя, я принялся за разведение огня. Топлива здесь хватало в избытке и мне не понадобилось много времени, чтобы собрать охапку, которой хватило бы для костра. Угар терпеливо сидел возле девушки и изредка рычал, когда она бросала ему окровавленные кусочки.
— Кролик.
— Что?
— Ты сказал — он похож на кролика.
— Аа… Да, похож
Зверек, распластанный на земле, действительно сильно напоминал кролика — только увеличенного, раз в пять. Если бы не необычные лапы и слишком крупная грудная клетка — он ничем не отличался, от этих пушистых, домашних зверьков. Может быть, кто-то из них и был совсем недавно кроликом, а теперь переродился, вот таким вот образом, в его увеличенную копию.
— Тогда уж — Крол!
Я нагнулся и потрогал шкуру зверя.
— Как мех?
— Вполне. Мягче, чем твоя, из Свинорыла. Крепкая, наверное, очень хороша для куртки!
— Одной шкуры может не хватить.
Ната еще раз посмотрела на снятую шкуру и отложила ее в сторону.
— Вернемся завтра домой — положишь в раствор. Отмокнет, очистишь ножом, потупее, чтобы не изрезать ненароком.
Мы вернулись домой… Отмывшись и отоспавшись, после похода, мы вновь стали тренироваться в стрельбе из лука и метании дротика. Я не хотел терять, с таким трудом, приобретенные навыки, а Ната решила превзойти саму себя.
Меткий бросок, принесший нам более пяти килограммов прекрасного мяса, лучше всех моих убеждений доказал ей полезность ее умения. Ната окрепла — я видел это по ее румянцу на щеках, по уверенному шагу и тому, с какой легкостью она поднимала груз, раньше казавшийся ей слишком тяжелым. Не так уж и много прошло с тех пор, как я вытащил ее с острова — но теперь ее было не узнать! Она словно расцвела, наполняя все наше жилище светом и женственностью. О том, что было меж нами в ту ночь, мы, по молчаливому уговору, не вспоминали. И, как ни странно — мне стало легче после ее рассказа. Ната больше меня не боялась, а я знал, что могу прийти к ней, если терзающие меня желания вновь захлестнут с головой. Но, ее ли покорность, с которой она предложила мне себя, или что иное — я не создавал причин, по которым бы она могла внести меня в число тех, кого продолжала ненавидеть всей своей израненной душой. Сложность наших отношений, мучившая и ее, и меня, наконец разрешилась… хотя бы к спокойствию одного человека. Но, не меня…
Мы долго провозились со шкурой. Лужица, которая так прекрасно помогла мне обработать шкуру Свинорыла, находилась далеко отсюда, и пришлось полагаться только на свои силы. Мы счистили с нее мездру и положили в ведро с раствором. Я намекнул Нате, что лучшее средство — мочевина, но она скорчила такую гримасу, что мне пришлось уйти со своим предложением, куда подальше. Окончательная доводка стоила сильной усталости пальцев и ломоты в спине — но она этого заслуживала! Длинный, волнистый мех, достигал почти двадцати сантиметров в длину, а на ощупь был таким мягким, что Ната решила его вообще не трогать — оставив себе, как накидку на постель. Вместе с тем, девушка собрала весь вычесанный, в ходе обработки, мех, заявив, что ей от меня кое-что понадобиться…
— Ты заметил, что Угар линяет? Вместе с тем, что я вычешу из пса, это составит около килограмма шерсти. Я свяжу такой свитер, который ты будешь носить долго-долго.
— Ты умеешь вязать?
— Да. Но мне нужно напрясть ниток.
— Ниток?
— Ну, пряжи из шерсти. Нужна прялка. Ты сможешь ее сделать?
Я и понятия не имел, что это такое… Совместными усилиями мы соорудили что-то, вроде колеса с ручкой, чем-то напоминающего колодезный ворот. Но все попытки добиться того, что бы шерсть получалась ровной, без узелков и обрывов, были тщетны, и Ната, расстроившись, заявила, что в таком случае придется подождать. Я, как мог, ее успокаивал — все же мы не могли уметь абсолютно всего…
Теперь, собираясь в очередной поход, я мог быть уверен в том, что она меня не подведет — охота на кролов показала, что девушка не боится крови и способна сама нанести решающий удар.
— Только я пойду с копьем!
— Почему? Ты же так хорошо владеешь дротиком?
— Дротик — это на близкое расстояние. На большее — твой лук бьет точнее и сильнее. Не каждый зверек подпустит к себе близко. Нам просто повезло, что они пришли к воде. А если встретим крупного — от меня будет мало толку. А вот с копьем я еще смогу как-то помочь!
Я пожал плечами:
— Ну, вопрос спорный. Как хочешь. Возьми тогда и то, и другое. Правда, будет тяжеловато, зато будешь чувствовать себя вооруженной с ног до головы?
— Зачем? У нас воин не я, а ты!
Я кинул в мешок запасную обувь и пробурчал:
— Если меня вдруг ранят или убьют…
Ната резко встала со скамьи и подошла ко мне.
— Если тебя убьют… Никогда не пугай меня так, Дар.
Она взволнованно стала перебирать необходимые в походе вещи, а я смущенно отвернулся — слова были не нужны…
— Так ты не возьмешь дротики? Когда увидишь, как какой ни будь кролик машет тебе хвостом в насмешку, вот тогда и посмотрим, что ты сможешь сделать с одним только копьем.
— У них короткие хвосты. И махать, сам понимаешь, нечем. Кстати, а на кого мы будем охотиться?
Я пожал плечами:
— Понятия не имею. Кого найдем. Ну, а если не повезет… станем ловить рыбу.
Я думал испробовать рыболовную снасть. Вся она, в свое время прибранная мною в укромном месте, лежала в полной сохранности. Она не заржавела от сырости — я залил все крючки маслом. Теперь я, почесывая затылок, раздумывал, что можно использовать как наживку.
— Можно размочить крупу, — Ната с интересом смотрела за приготовлениями.
–
Мы всегда так делали, когда приезжали к бабушке и ходили на рыбалку.
— Ты ловила рыбу?
— Да, мне доверяли. А однажды, я такого сазана вытащила — чуть ли не с руку длиной!
Я с сомнением посмотрел на девушку, пряча ухмылку на лице.
— Не веришь? Вот увидишь — я тебя обставлю!
— Нет… — я покачал головой. — Пожалуй, это лишнее. Рыба — на крайний случай. Что-то мне не очень хочется составлять конкуренцию тому монстру… Остановимся на кролах. Да, кстати, я тебе новые мокасины приготовил — примерь.
— Ура!
Она повисла у меня на шее и чмокнула в щеку. Я вздрогнул, но Ната уже умчалась в другой угол собираться.
— Не забудь взять запасную обувь! — поцелуй еще горел на моей коже… — И одеяло, для ночевки на земле. Только не бери свое, из постели. Возьми то, что висит возле входа.
— Оно такое тяжелое…
— Это на вид. Оно очень теплое и его легко нести. Не забудь и накидку от дождя. Да, для Угара надо бы взять его чашку.
— А зачем? Мы не прокормим его в походе кашами.