Начала политической экономии и налогового обложения
Шрифт:
Ад. Смит еще полагает, что действием премии будет частичное понижение ценности денег.
«Это понижение,
– говорит он, —
ценности серебра, составляющее результат богатства рудников и имеющее одинаковое или почти одинаковое действие на большую часть коммерческого мира, имеет весьма небольшое значение для всякой отдельной страны. Следующее за ним возвышение всех денежных цен, хотя и не делает в действительности богаче того, кто их получает, но не делает его в действительности и беднее. Услуги серебряника станут действительно дешевле, все же прочие вещи сохранят за собою свою прежнюю ценность».
Это наблюдение совершенно правильно.
«Но такое понижение ценности серебра, которое, составляя следствие или особенных обстоятельств, или политических учреждений отдельной страны, наступает только в этой стране, представляет предмет весьма большой важности и не только не стремится сделать каждого действительно богаче, но стремится сделать каждого действительно беднее. Возвышение денежной цены всех товаров, которое в этом случае ограничивается этою отдельною страною, стремится воспрепятствовать более или менее промышленности всякого рода, отправляемой в ней, и дать возможность иностранцам отбить не только иноземный, но и внутренний рынок у наших рабочих, посредством доставления большей части товаров за меньшее количество серебра, чем могут сделать это последние».
Я старался в другом месте показать, что частный упадок в ценности денег, который оказывал бы влияние, как на земледельческие, так и на мануфактурные товары, не может быть постоянным. Сказать в этом смысле, что деньги потеряли часть своей цены, значит сказать, что цена всех товаров высока; но так как покупки на золото и серебро могут свободно производиться на самом дешевом рынке, то эти металлы и будут вывезены в обмен за более дешевые товары других стран, и уменьшение их количества увеличит их цену внутри страны, товары возвратятся к своему обычному уровню, а те из них, которые приготовлены для заграничных рынков, станут вывозиться по-прежнему.
Итак, я не думаю, чтобы можно было на этом основании делать какие-либо возражения против премии.
Если премия возвышает цену хлеба в сравнении со всеми другими вещами, то фермер получит выгоду, и будет обработано земли более прежнего; но если премия не возвышает, таким образом, цены хлеба по отношению к другим вещам, то значит, она, не сопровождается никаким другим неудобством, кроме уплаты ее, – неудобством, которого я не желаю ни скрывать, ни уменьшать.
Д-р Смит полагает, что,
«учреждая высокие пошлины на ввоз и премии за вывоз хлеба, землевладельцы, кажется, подражали действиям фабрикантов».
И те, и другие старались возвысить ценность своих товаров одними и теми же средствами.
«Они, быть может, не обратили внимания на крупную и существенную разницу, воздвигнутую природой между хлебом и большею частью других товаров. Когда вы даете фабрикантам упомянутыми средствами возможность продавать их товары за цену, несколько превосходящую ту, какою они пользовались бы в ином случае, то вы возвышаете не только номинальную, но и действительную цену этих товаров. Вы увеличиваете не только номинальную, но и реальную прибыль, реальное богатство и доход этих фабрикантов – вы действительно оказываете поощрение этим фабрикациям. Но если подобными же учреждениями вы увеличиваете номинальную или денежную цену хлеба, то вы не увеличиваете реальной его ценности, вы не увеличиваете реального богатства наших фермеров или землевладельцев, вы не поощряете производства хлеба. Природа вещей придала хлебу такую прочную реальную ценность, что ее нельзя изменить простым изменением денежной цены. Во всем мире ценность эта равна количеству труда, которое она может содержать».
Я старался уже показать, что рыночная цена хлеба, при увеличении спроса от действия премии, превосходила бы естественную его цену до тех пор, пока не было бы приобретено требуемое добавочное количество, и что тогда она снова упала бы до естественной цены его. Но естественная цена хлеба не так постоянна, как естественная цена товаров, ибо, при сколько-нибудь крупном увеличении спроса на хлеб, должна быть подвергнута обработке земля худшего качества, на которой требуется более труда для производства данного количества продукта, и естественная цена хлеба поднимется. Итак, при продолжительной премии за вывоз хлеба возникло бы стремление к постоянному возвышению цены хлеба, а это, как я показал в другом месте [50] , никогда не обходится без возвышения ренты. Следовательно, землевладельцы имеют не только временный, но и постоянный интерес в запрещении ввоза хлеба и в премиях за вывоз, но мануфактуристы не имеют постоянного интереса в учреждении высоких ввозных пошлин и премии за вывоз их товаров; интерес их совершенно временный.
50
См. главу о ренте. Авт.
Премия за вывоз мануфактурных товаров, что отрицает д-р Смит, несомненно, возвышает на время рыночную их цену, но она не возвышает естественной их цены. Труд 200 человек произведет вдвое большее количество этих товаров, чем мог бы произвести прежде труд 100 человек, и, след., если требуемое количество капитала употреблено на доставление требуемого количества мануфактурных товаров, то они снова упали бы до своей естественной цены, и все выгоды высокой рыночной цены прекратились бы. И так, только в течение периода от возвышения рыночной цены товаров до получения добавочного предложения, мануфактуристы будут пользоваться высокой прибылью, ибо как скоро уменьшатся цены, прибыль их понизится до общего уровня.
Таким образом, вместо того, чтобы согласиться с Ад. Смитом, что землевладельцы не имеют столь значительного интереса в запрещении ввоза хлеба, как мануфактурист в запрещении ввоза мануфактурных товаров, я утверждаю, что интерес их гораздо значительнее, ибо выгоды их постоянны, между тем как выгоды мануфактуристов лишь временны. Д-р Смит замечает, что природа установила крупную и существенную разницу между хлебом и другими товарами, но правильное заключение из этого обстоятельства прямо противоположно тому, которое делает он, ибо эта-то разница и создала ренту, и она же служит причиной того, что землевладельцы заинтересованы возвышением естественной цены хлеба. Вместо сравнения интереса мануфактуриста с интересом землевладельца, д-ру Смиту следовало бы сравнить его с интересом фермера, который весьма отличен от интереса его землевладельца. Мануфактуристы нисколько не заинтересованы возвышением естественной цены их товаров, не заинтересованы немало и фермеры возвышением естественной цены их хлеба или других сырых произведений, хотя и тот и другой класс получает выгоду, когда рыночная цена их продуктов превосходит естественную цену последних. Напротив того, землевладельцы имеют самый решительный интерес в возвышении естественной цены хлеба, ибо возвышение ренты есть неизбежное последствие трудности производства сырого продукта, без которой естественная цена его не могла бы возрасти. Но так как премии за вывоз и запрещение ввоза хлеба увеличивают спрос и привлекают нас к обработке худших земель, то они необходимо причиняют увеличение трудности производства.
Единственное действие высоких пошлин на ввоз, мануфактурных ли товаров или хлеба, или премии за их вывоз, состоит в сообщении части капитала такого направления, какого он не стал бы искать при естественном ходе вещей. Они причиняют пагубное распределение общественных фондов, они принуждают мануфактуриста начинать или продолжать дело в сравнительно менее выгодном помещении. Они худший вид налога, потому что они не отдают чужой стране всего, что берут у собственной, ибо причиняемая ими потеря еще усиливается менее выгодным распределением общего капитала. Так, если цена хлеба в Англии 4 ф., а во Франции 3 ф. 15 шилл., то премия в 10 шилл. приведет ее, в конечном счете, к 3 ф. 10 шилл. во Франции и оставит неприкосновенной прежнюю цену в 4 ф. в Англии. С каждого вывезенного квартера Англия платит 10 шилл. пошлины. На каждом квартере, ввезенном во Францию, Франция выигрывает только 5 шилл., так что 5 шилл. с квартера абсолютно теряются для всего мира вследствие такого распределения фондов, которое служит причиной уменьшения производства, быть может, не хлеба, но некоторых других предметов необходимости или удовольствия.
Буханан, по-видимому, обратил внимание на недостатки аргументации Смита относительно премий и в последней из цитированных мною выдержек весьма справедливо говорит следующее:
«утверждая, что природа снабдила хлеб столь прочною действительною ценностью, что она не может быть изменена простым изменением денежной цены его, д-р Смит смешивает ценность потребления хлеба с меновою его ценностью. Один бушель хлеба прокормит одинаковое количество людей, как во время голода, так и во время изобилия хлеба; но бушель хлеба обменивается за большее количество предметов роскоши и удобства, когда хлеба мало, чем когда его много, и землевладельцы, располагающие излишком пищи, станут во времена недостатка в хлебе более богатыми людьми: они обменяют свой излишек за большую ценность других жизненных удовольствий, чем в том случае, когда хлеб находится в большем изобилии. И так, неправильно, след., заключать, что если премия причиняет увеличение вывоза хлеба, то она не причиняет также и действительного возвышения цены».
Вся совокупность аргументов Буханана об этой части вопроса о премиях кажется мне совершенно ясною и удовлетворительною.
Но относительно влияния возвышения цены труда на мануфактурные товары, мнение Буханана, если не ошибаюсь, так же неправильно, как и мнение Смита и автора статьи Эдинбургского Обозрения. Исходя из своей особенной точки зрения, на которую указано мною в другом месте, он полагает, что цена труда не имеет никакого соотношения с ценою хлеба, и что, следовательно, действительная цена хлеба могла бы возрастать и действительно возрастала бы, не действуя на цену труда; но если бы труд подвергался ее действию, то Буханан согласился бы с Ад. Смитом и автором статьи Эдинб. Обозр., что возрастала бы также и цена мануфактурных товаров; я не вижу однако, каким образом установил бы Буханан различие между подобным возвышением цены хлеба и падением ценности денег, или как мог бы он прийти к каким-либо иным заключениям, кроме тех, которые сделал Ад. Смит. В примечании к стр. 276, I т. «Богатство народов» Буханан делает следующее замечание: