Чтение онлайн

— Ну и где ты ходишь? Сколько можно ждать! — Парни, уже успевшие закинуться не только едой, но и хмельным напитком, шумно поприветствовали опаздывающего друга. Тот только отмахнулся, в двух словах рассказав о пережитом приключении, и в свою очередь переспросил:

— О чем болтали, пока меня не было?

— Да вот парни — мушкетер ткнул большим склеенным из папье-маше мушкетом в хоккеистов, — в стройотряд на север завтра уезжают. На два месяца, до сентября.

— Решились-таки! Ну и то дело, смысла сейчас в Москве сидеть никакого. Сколько платят?

— 1200 на первый раз должно выйти. Тем, кто имеет опыт, дают больше, но вообще там в основном сдельщина: сколько поработаешь, столько и получишь, — с явным восторгом по поводу перспектив получить такие деньжища ответил первый.

— Но и вкалывать там надо за двоих. По двенадцать часов в день парни работают, семь дней в неделю. Только в воскресенье до обеда, а потом банный день. Долго так не протянешь — копыта отбросишь.

— Два месяца продержимся, зато потом… — Да, на две с половиной тысячи рублей в Союзе можно было прожить год, ни в чем себе особо не отказывая, особенно если ты студент и никаких больших трат твой социальный статус не предполагает. — Во Вьетнам полечу…

— А мне на следующий год обещали место в северной партии. — Высосав хинкалину, — благо друзья заказали еду и на него заранее, так что ждать не пришлось, — Иван озвучил свои планы. — Не просто кайлом махать, а по автоматизации. Там сейчас на северах тоже цифровизация идет полным ходом. Учет дебета скважин и прочие нюансы. Деньги тоже обещали хорошие, но это только для тех, кто четыре курса уже закончил, так что пока я в пролете, придется уже имеющимися шабашками обходиться.

Да, времена, когда в Союзе с деньгами было нечего делать, когда их можно было только в матрас прятать, как-то незаметно прошли. Можно было купить жилье — на это, правда, требовалось куда больше 2–3 тысяч, — или, например, автомобиль — как отечественный, так и импортный, на любой кошелек. В провинции поголовье «иномарок» насчитывало редкие единицы представителей, которых все знали «в лицо», а вот по столице к середине 1989 года уже бегало не так чтобы и мало изделий иностранного автопрома. Счет там уже явно пошел на тысячи, благо людей, которые вполне легально и не забывая отдавать положенную долю государству, зарабатывают в Союзе действительно большие деньги, — не так и мало.

Бытовая техника, одежда качественная, местами опять же импортная или, наоборот, сделанная под экспорт. Компьютеры, конечно же. Да и просто гульнуть в «кабачном» на всю широту русской души, оставив за вечер рублей тридцать–сорок, — это тоже особое удовольствие. Оно, конечно, недоступно, когда у тебя всех доходов — стипендия повышенная в 80 рублей, но вот ежели найти хороший приработок…

— Так, все парни. Встаем, выдвигаемся, — трехглазое чудовище, прикрепив обратно на лоб свой третий глаз, многозначительно постучало по циферблату часов. — Время не ждет, нам нужно еще на конкурс костюмов зарегистрироваться, а там заявку только до двух часов принимают. А еще на входе очередь стоять.

Студенты института вычислительной математики и кибернетики МГУ, которым в будущем предстояло поменять облик своей страны, став локомотивом той самой пресловутой цифровизации, и которые пока об этом совсем не думали, быстро расплатились по счету и двинули в сторону Тушинского аэродрома, где собственно и проходил фестиваль-маскарад.

18 июля 1989 года; Москва, СССР

ИЗВЕСТИЯ: Массовые нарушения социалистической законности в Таджикской ССР

Компетентными партийными и народно-хозяйственными органами вскрыта чудовищная картина разложения и организованного вредительства на Чкаловском автобусном заводе.

Срыв ввода в эксплуатацию новой серии автобусов на шасси ЗИЛ-4333, запланированный на начало 1989 года, стал лишь закономерным итогом преступной деятельности захватившей завод антисоветской группировки. Всеобъмлющие проверки установили факты системной коррупции: руководящие должности на ЧАЗе превратились в предмет купли-продажи, а честному рабочему без «блата» путь к росту был наглухо закрыт.

Особую опасность представляет националистическая направленность этой группировки. Если рядовые труженики, непосредственно создающие продукцию, — это русские и представители других братских народов СССР, то весь командный состав был укомплектован по местническому, клановому принципу. Здоровой советской практике «диагональных» назначений, призванной ломать коррупционные вертикали, здесь была объявлена война. За два года семь опытных руководителей, направленных из других республик, были выдавлены с предприятия. Двое трагически погибли, один осужден по сфабрикованному делу, четверо, видя судьбу предшественников, отказались от назначения.

Попутно выявлен целый букет преступлений: «мертвые души» в штате, незаконная продажа инструмента и материалов, использование готовой продукции в личных целях.

В настоящее время работа завода, как рассадника преступности и националистического перерождения, остановлена. Бывший директорат и причастные сотрудники бухгалтерии взяты под стражу. Партийные и советские органы решают вопрос о полной ликвидации этого позорного явления и переносе производства в другое место, где коллектив будет воспитан в подлинно интернациональном, советском духе.

Справедливость и социалистическая законность — восторжествуют!

Я стоял на небольшой трибуне перед собравшимися в этот день москвичами и произносил очередную речь. Делал это практически не автомате, не задействуя ту часть мозга, которая отвечает за сознательную деятельность. Первая половина лета у нас прошла как-то очень спокойно, после всех событий прошедших осени-весны, спокойное размеренное течение жизни вызвало даже какое-то подспудное беспокойство. Впрочем здесь и сейчас волноваться было особо не о чем.

— И этот парк — это подарок всем жителям Ховринского района. Больше зелени, больше свежего воздуха, больше мест отдыха! — Толпа перед трибуной с радостью приветствовала слова Генсека аплодисментами. А чего ж не приветствовать, сколько лет тут была строительная площадка, мешавшая всей округе жить? Десять лет, считай. Сначала строили больницу, потом разбирали. Слава Богу, в этом варианте истории спохватились вовремя, не стали доводить строительство до конца, чтобы только потом обнаружить, что грунты под ее основанием «плывут». — Партия и Правительство ежедневно и неустанно работают над тем, чтобы жизнь каждого гражданина улучшалась каждый год и каждый день! И да, несмотря на открытие парка, работы по его облагораживанию еще не закончены. До конца года планируется установить здесь десяток аттракционов, включая такие, которых до этого в Советском Союзе еще вообще не было!

Последняя новость вновь вызвала у собравшихся вспышку энтузиазма. Ну а с другой стороны — чего грустить-то? Погода вон какая хорошая, солнышко светит, в воздухе витают всякие цветочные ароматы, зеленью начали покрываться деревья и кусты, давая настоящую усладу для глаз после традиционно серой московской зимы.

Даже зависть берет иногда, когда смотришь в глаза простых советских людей. Понятное дело, что нюансы всегда есть, бытовые проблемы случаются даже у миллионеров, а советские люди далеко не миллионеры. Но… У них есть уверенность в завтрашнем дне. Уверенность в том, что завтра будет лучше, чем сегодня, а это, нужно признать, дорогого стоит. Знали бы они… А впрочем, лучше и не знать.