Чтение онлайн

— Они гады?

Воин поначалу не понял, о чём шла речь, но, встретившись с пристально смотревшим на него холодно зелёным глазом, ответил:

— Да, — увидев неудовлетворённость в лице Эктори, тут же пояснил: — продажные наёмники и кретин, помешавшийся на месте не тому.

Эктори подскочила на ноги, не опасаясь, что в неё прилетит следующая стрела, ведь, как она поняла по походке, нападающие теперь были вооружены только холодным оружием и, кроме них пятерых, чужаков в округе больше не было, приказала Вардоку:

— Не двигайся.

В голове её зародилась идея, которую она теперь жаждала проверить: что, если в том заклинании, которым они извлекали клубни, добавить метку объёма энергии жизни в объекте? Нынешнее заклинание получилось куда замороченнее его первоосновы, теперь арии пришлось прикидывать примерное расстояние, а это оказалось особенно сложно всего с одним глазом, да и область, на которую оно применится, должна иметь форму цилиндра с вырезанным центром, потому ей в голову не пришло ничего лучше, чем задать площадь через систему неравенств, полученных из уравнений окружностей, а глубину взять просто в тринадцаток стоп.

Окончательно убедившись во всём, Эктори обратилась к силам миров. Заклинание оказалось успешным: неприятели утонули под землёй так, словно бы она стала на мгновение абсолютно жидкой. И самое главное — она успела, ведь за время раздумий арии противники крадучись смогли подойти к ним почти вплотную. Не успела она порадоваться, как и сама словно провалилась во тьму.

Тьма перед взором Эктори всё не рассеивалась. Неожиданно до её слуха донеслись слова:

— Мы обычно не трогаем хранителей, зашедших на наши территории, если только они не начинают хозяйничать.

Теперь ария наконец заметила то ли мальчишку, то ли девчонку, так же короткостриженного, как и она сама, сидевшего на высоком стуле, который стоял почему-то под углом, но даже не думал падать. Не поняв, а только предположив, где она находится, Эктори перехватила контроль над ситуацией в свои руки. Под ногами у неё появилась твердь, стул пошатнулся, незнакомый Хранитель, перенеся вес, сумел поставить его вертикально. Немного нахмурившись, ария спросила незнакомца:

— В чьей мы голове?

Тот, поелозив на стуле, с явным удивлением в голосе ответил:

— Конечно, в твоей, к себе мы бы никого не пустили.

Словно поняв невысказанный вопрос, он рассказал:

— Заключая контракт, мы связываем сознание с планетой, а все звёзды, планеты и их спутники связаны между собой. Это было совсем не просто. Особенно с кем-то настолько неопытным, как ты, — Хранитель попытался воспарить, коснуться щеки Эктори, но она напомнила себе про существование тверди под ногами и основных законов мироздания, и стул опять пошатнулся из-за неправильно распределённого веса.

Хранитель сел, закинув ногу на ногу, попросил серьёзно:

— Странствуй по чужим планетам сколько хочешь, колдуй сколько хочешь, но даже не думай вносить столь глобальные изменения в наших владениях, изменять положенное устройство вещей. У нас есть свой договор, нет таких хранителей, кто был бы готов бросить одного из своих, не откликнуться на его зов, и, если не хочешь лишиться разума, тебе тоже следует его соблюдать. Правила ты и так уже знаешь.

Эктори недовольно кивнула. Теперь ей действительно были известны законы этого странного «братства», но она была готова поспорить, что был как минимум один — тот, что при всём желании остался бы глух к зову другого хранителя, и ещё один, совсем не опасавшийся этих угроз.

Буркнув тихо, но так, чтобы Хранитель расслышал её: «Мне всё равно помирать скоро», она помахала тому на прощанье ручкой.

Хмыкнув, вторженец в её разум действительно исчез, и стул наконец упал, рассыпавшись на сшоды осколков, растёкся золотой жижей. Эта картина была плодом воображения самой Эктори, а не забавой на прощание.

Теперь арии оставалось всего лишь вернуться в реальный мир…

Простого желания оказалось недостаточно, и тогда Эктори решила попробовать открыть портал: более разумных идей в её голову не пришло. Это действительно сработало: очнулась она, когда Вардок слегка встряхнул её, взяв за плечи.

Ария тут же подскочила на ноги, с любопытством огляделась вокруг, довольно улыбнулась: колдовство получилось даже лучше, чем она представляла, только в тех местах, где стояли нападавшие, земля вспучилась, остались разбросанные, славно брызги, комья. Печалило лишь одно: эту магию она вряд ли сможет отныне повторить, если только не получится так же хорошо отгородиться от других хранителей, как когда-то это делал Экор, ведь он явно не от безрассудства не опасался расправы.

Эктори выхватила из кармана платок, который теперь приходилось носить постоянно с собой, вытерла кровь, просочившуюся из-под маски, стекавшую по щеке. Тут она заметила пульсирующую боль в боку: недостаточно аккуратно заращенная рана напомнила о себе из-за подчинения настолько большого количества энергии. Эктори поспешила присесть обратно на бревно, стимулируя восстановление тканей.

Когда Вардок сел рядом, ария, слегка улыбнувшись, поинтересовалась:

— За что они решили на Вас напасть?

— Только теперь захотела вызнать?

— Сделанного в любом случае не изменишь, так я хотя бы любопытство удовлетворю.

Вардок кивнул, но произнёс совсем не ответ:

— Удивлён, что ты мне просто так поверила. А если окажется, что я солгал и гадом окажусь именно я?

Эктори искренне изумилась:

— Так ты же не упырь, только эти твари лгут для собственного удовольствия. Остальным же просто незачем.

— Для спасения собственной шкуры, — хмуро отметил воин, вспомнив то, что арии, не умевшие лгать по собственной природе, привыкли судить всех прочих жителей миров так же, как представителей своего вида, и потому просто не могли поверить, что ложь являлась неотъемлемой частью цивилизованного общества.

Лицо Эктори выглядело так, словно она об этом глубоко задумалась. Ей всё никак не удавалось уложить в голове столь простую истину: лгут если не все, то многие. Ведь это полностью противоречило принципам, окружавшим её с самого явления в миры живых. К тому же сам Вардок не был похож на того, кто стал бы использовать подобное, потому она просто спросила:

— Так кем же они были?

— Четверо — наёмники, один — погрязший в мести дурак. Он пытался воскресить свою мёртвую дочь, фэтэ уже почти разложилось, а этэ — запечатал в камне. Я освободил девчонку — мертвецы должны оставаться мертвецами.

Эктори замедленного кивнула: пожалуй, это было правдой, только вот она и не мыслила о возвращении к жизни ушедших, ведь это по общему признанию считалось невозможным. А теперь, задумавшись, она посчитала, что это могло бы стать интересной задачей. Ария тут же содрогнулась, испугавшись собственных мыслей — раньше ей и в голову бы не пришло так безразлично относиться к установленным законам миров только потому, что хотелось проверить новое предположение.