Чтение онлайн

В этих конфигурациях мира нет места для отдельных региональных стран, территории свободной охоты должны будут утратить даже минимальную субъектность, руки дойдут до всех. Кто не встроился в систему разделения труда в 2020 г. подвергнутся архаизации и грабежу. В первую очередь удар будет нанесен по самому заметному и привлекательному — региональным лидерам, стратегическим территориям и ресурсам. Очередь лимитрофов наступит чуть позже. К 2060 г. при становлении Триполярного мира начнется битва за Африку — последние Дикие земли планеты.

До момента завершения мира панрегионов (к 2060 г.), помимо региональных держав, лимитрофов и территорий, на карте мира будут присутствовать еще и проксигосударства, эксклавы сильных игроков — продолжатели традиций пиратских республик.

15.4. «Острова свободы»

Стратегия не исчерпывается реализацией своих продуктивных планов на будущее, зачастую даже более важным в ней является разрушение планов противника. В силу развития технологий и предшествующего периода глобализации интересы всех крупных игроков в той или иной мере представлены практически во всех точках мира. Необходимость обретения статуса геостратегического игрока накладывает требование по одновременному развитию черт трех типов державы — суши, моря и сети.

Морская составляющая подразумевает развитие потенциала для торгово-экономических конфликтов по всему земному шару. Перевод экономики на принципы державы моря с эксплуатацией отдаленных колоний не является главной целью — в отличие от умения защищать свои интересы и вредить чужим. В истории были примеры, когда начинающая и развивающая морские принципы держава успешно противостояла более сильной державе или империи. Суть этой стратегии — формирование полуэксклавов, т. е. территорий, имеющих выход к морю при отсутствии сухопутных границ с основной территорией.

В качестве подобных примеров из истории можно вспомнить французские и английские пиратские центры (Тортуга, Порт-Ройял), британский Гонконг, советскую Кубу, американский Тайвань и много других. Расположенные внутри зоны влияния противника, растягивающие его оборону и ставящие под угрозу коммуникации эксклавы, связывая ресурсы, мешают реализовывать чужие стратегии.

Находящиеся вдали от основной территории эксклавы могут использоваться также в качестве инструмента повышения тревоги противника. Справедливо и обратное: при неудачном расположении, особой стратегической значимости и крупных масштабах эксклав становится местом давления противника на метрополию, своеобразным заложником. Поэтому эксклавы желательно формировать из вассальных и нестратегических территорий, защита которых любой ценой не имеет смысла и обеспечивается всего лишь политической неприкосновенностью границ. Оптимальным является создание «островов свободы», формально независимых, поддерживаемых политически, экономически и в военном плане. С одной стороны, большая часть творимого этими образованиями идет на пользу панрегиону, с другой — отсутствует формальная ответственность сюзерена. Идеально, если эксклав является отпавшей частью, осколком территории противника.

Особенно неприятны такие образования противника для морских держав, внутренние коммуникации которых оказываются под ударом.

Таким образом, в ближайшие десятилетия мы будем наблюдать формирование на карте мира небольших прокси-государств, «островов свободы», расположенных в стратегически значимых точках планеты и качественно и умело осложняющих жизнь крупных игроков. Оптимально, если в качестве «острова свободы» выступает осколок территории противника, что автоматически усиливает психоисторическое противостояние и наносимый вред.

15.5. Резюме

Распад мира на панрегионы не приведет к упрощению геополитической борьбы, низведению ее до противоборства нескольких игроков в чистом поле. До 2035-2040-х гг. у региональных держав и даже отдельных стран лимитрофов будет присутствовать иллюзия возможности успешного существования и перспектив. Ради среднесрочной «независимости» и/или по причине ненужности никому указанные образования будут заполнять геополитическое пространство своими интригами, планами, мечтаниями и претензиями.

Переход в 6-й технологический уклад кардинально изменит ситуацию, «прыжок» панрегионов в новые возможности и могущество окажется катастрофическим для окрестных стран и территорий, превратив их политику в игры в песочнице. В 2020-е гг. будущие геостратегические игроки и центральные страны формирующихся панрегионов будут загонять под свой контроль младших партнеров/союзников, вассалов и территории. Избравшие «независимость» и «многовекторность», насмехаясь над интегрированными неудачниками, на всем протяжении 2030-х гг. будут искренне считать себя счастливчиками. В 2040-е гг. картинка отразится, возросшие возможности и агрессия панрегионов в борьбе за мировое господство позволят им быстро и жестко зачистить наиболее сильные региональные державы и стратегически важные территории.

Судьба большинства стран, не позаботившихся ранее о вхождении в панрегионы, — архаизация, разрушение промышленности, внешний контроль ресурсов, лишение каких-либо перспектив и жесткое ограничение на выезд населения. На фоне зачищенного таким путем Межграничья современные страны третьего мира могли бы выглядеть вполне успешными и благоприятными для жизни.

Помимо региональных держав, лимитрофов и территорий на карте мира будет еще один вид стран, т. е. инструмент борьбы панрегионов — проксигосударства, «острова свободы». Указанные образования будут располагаться в зоне стратегических интересов противника и требовать от последнего концентрации ресурсов в несколько раз больших, чем то, во что обходится их содержание. Таким образованием была Куба против США и Тайвань против Китая.

К 2060 г. будет ясно, начал ли мир формирование новой глобализациии или смог остановиться в устойчивом положении Триполярного мира. Вне зависимости от сценария разрушенные и ограбленные территории подвергнутся новой цивилизованной колонизации, прогрессу и развитию на принципах панрегиона / глобального проекта, получившего эти территории под свой контроль. Если психоисторические принципы сюзерена будут правыми, перспектив для возрождения в ближайшие десятилетия даже минимального уровня жизни будет мало. Таким будет довольно жестокий мир будущего, мир середины XXI в., для стран и территорий, огульно отказавшихся войти в панрегион в 2020-е гг. Ведь даже сдавшийся/побежденный панрегион будет интегрироваться в новый мир, а не становиться резервацией, позволяющей сохранить существующие принципы и порядки.

16. «Нашествие неоварваров» / «Новое великое переселение»

Кардинальные изменения экономической, культурной и политической карты мира приведут к изменению полюсов притяжений и силы, росту насилия и резкому обнищанию населения. Речь может идти о сотнях миллионов человек, вынужденных покинуть свое местожительство в поисках даже не лучшей жизни, а возможности выжить. Одни будут пытаться удовлетворить физиологические потребности, другие будут стремиться оказаться в идеологически и культурно близкой среде, третьих просто вышвырнут из мест привычного и комфортного проживания.

Несмотря на то, что сценарий «Нового великого переселения» маловероятен, отдельные его сюжеты будут присутствовать при любом раскладе событий.

16.1. Мировой сценарий

Распад глобального мира на части спровоцирует появление многочисленных разнонаправленных миграционных потоков. Кризисы и резкое изменение привычного ареала обитания будет заставлять людей стремиться перемещаться из неприемлемых в относительно комфортные условия. Большинство читателей и экспертов «Новое переселение народов» воспринимает исключительно как приезд миллионов неоварваров в развитые государства, в результате чего произойдет разрушение/ослабление последних.