Чтение онлайн

Во главе великого посольства в Польшу и Литву до середины 70-х гг. XVII в. ставился чаще всего боярин, носивший наместнический титул из первой десятки. Вторым послом был окольничий, чей наместнический титул был из второй половины второго десятка. Великое посольство в Литву 7158 (1649/50) г. возглавлял боярин Григорий Гаврилович Пушкин, наместник Нижегородский (10-й); великое посольство в Литву в 7161 (1652/53) г. возглавлял боярин князь Борис Александрович Репнин, наместник Великопермский (8-й) [110] . Вместе с Репниным был направлен окольничий Богдан Матвеевич Хитрово, наместник Ржевский (21-й) [111] .

В конце правления Алексея Михайловича и в правление Федора Алексеевича главой великого посольства в Польшу также назначался боярин или ближний боярин: в 7185 (1676/77) г. ближний боярин Иван Семенович Волынский, наместник Обдорский; в 7187 (1678/79) г. боярин Иван Васильевич Бутурлин, наместник Суздальский [112] . Между тем наместнический титул этих наместников стал ниже, нежели ранее, входил в середину второго десятка или начало третьего, правда и количество титулов как боярского, так и окольнического достоинства увеличилось.

В начале царствования Ивана и Петра в качестве великого и полномочного посла к польскому королю могли отправлять не только боярина, но и окольничего. В августе 1682 г. великим и полномочным послом в Польшу был назначен окольничий И. И. Чаадаев, носивший титул наместника Муромского (28-й) [113] . При этом книги наместнических титулов не дают указаний, что Чаадаев был товарищем более высокопоставленного лица.

Таким образом, наблюдается снижение наместнических титулов великих послов в Польшу, постепенно происходившее во второй половине XVII в. Эту тенденцию можно объяснить рядом причин. Первая из них крылась в расширении круга государств, с которыми в этот период Россия вступала в более тесные отношения и которые постепенно стали играть все более заметную роль в ее внешней политике. Польша в силу этого уходила с первого места, которое до середины XVII столетия ей отводилось в дипломатической практике России.

Вторая причина заключалась в ослаблении самого Польского государства. Польша конца XVI – первой половины XVII в. и Польша второй половины XVII – начала XVIII в. с точки зрения внутренней стабильности страны и ее могущества на международной арене были несравнимы. Если в конце XVI в. на польском престоле утвердились государи из шведской династии Ваза Сигизмунд III и Владислав IV, при которых страна вела агрессивную внешнюю политику, играла важнейшую роль в польско-шведско-литовской интервенции в Россию, имела шанс посадить своего королевича на русский престол, то к середине XVII в. в Польше все более усиливалась феодальная анархия, государство ослабевало. Во многом этому способствовал тот факт, что с 1652 г. польский Сейм практически прекратил законодательную деятельность. Стало действовать правило, согласно которому каждое решение Сейма должно быть принято единогласно. Следовательно, стоило одному члену этого органа проголосовать против, и решение не вступало в силу. В 1668 г. произошло отречение последнего короля из династии Вазов Яна II Казимира, после чего на троне оказались два представителя магнатских польских родов, но эта практика не закрепилась, и с 1697 г. к власти вновь пришли иноземцы – саксонская династия.

В ситуации, когда трон занимали государи-чужестранцы, польские государственные интересы нередко становились жертвой династических интриг. Соседи Польши стали претендовать на ее территории, страна была втянута в ряд кровопролитных войн. Ужасными оказались потери от шведского нашествия 1655–1660 гг., после которого Польша потеряла 30–40 % своего населения. В итоге ослабление страны не могло не сказаться на политике по отношению к Польше других держав, нашло свое отражение в дипломатической практике России. Снижение уровня русских великих посольств в Польшу и наместнических титулов послов при учете тех изменений, которые происходили в статусе Польши на международной арене, вполне объяснимо.

Статус и титул великого посла в Польшу в 80-е гг. XVII в. могли быть повышены только в случае, если миссия посольства распространялась и на другие страны, а Польша являлась лишь частью посольского маршрута. Известно, что великое посольство 7194 (1685/86) г. к римскому цесарю и польскому королю возглавлял боярин Б. П. Шереметев, носивший титул наместника Вятского (11-й), принадлежавший к «степенным» [114] .

В тот период, когда русско-польские отношения были наиболее приоритетными для России, посольства, отправлявшиеся Россией в иные государства, были не столь представительны, как посольства в Литву и Польшу. Причины этому были различными. В ряде случаев страна, куда направлялось великое посольство, считалась Россией ниже по статусу, чем наше государство.

Другая причина крылась в длительном и трудном пути в ряд стран, что не позволяло направлять делегацию самого высокого уровня. При этом страна могла относиться к разряду государств, особо почитавшихся Россией. Доказательством тому может послужить сопоставление данных о представительности русских посольств и уровне приема, оказываемого в России официальным представителям этих государств. К наиболее почитаемым Россией государствам относилась Священная Римская империя. При приеме представителей этого государства при русском дворе им оказывался максимальный почет. Жалованье, которое они получали от русского царя, превосходило жалованье, дававшееся послам многих стран, и было сопоставимо только с жалованьем представителей Польши и Англии.

Между тем в середине и третьей четверти XVII в. в России не было принято посылать послов в Священную Римскую империю, туда отправляли только посланников [115] . Причина крылась в проблемах чисто практического характера: путь в это государство был столь далеким и трудным, что отправление посольства приводило к большим убыткам. В силу этого отправляли посланника из окольничих или дворян среднего по знатности дворянского рода, а с ним в товарищах дьяка.

Третья причина заключалась в том, что роль той или иной страны во внешней политике России определенного периода была незначительна. В правление Алексея Михайловича и Федора Алексеевича высоко почитаемая Россией Англия, несмотря на свой престиж и международный статус в целом, для самой России не являлась основным иностранным партнером, не могла сравниться в этом плане с такими государствами, как Польша. При приеме в России английским дипломатам воздавались максимальные почести, сумма, на которую закупали подарки при отправке русских представителей в Англию, равнялась польской (3 000 рублей) и превосходила стоимость подарков, традиционно отправляемых во все иные государства. Однако русское представительство, отправляемое в Англию, как правило, состояло из стольника первостепенных родов, дворянина «добрых» родов и дьяка [116] .

Документы зафиксировали значительное количество случаев, при которых великое посольство как в местнический, так и послеместнический периоды возглавляли окольничие. Например, великое посольство 7161 (1652/53) г. к Кызылбашскому шаху возглавлял окольничий князь Иван Иванович Лобанов-Ростовский, великое посольство к персидскому шаху, отправленное в январе 7174 (1666) г. (по другим источникам – 7170 (1662) г.) – окольничий Федор Яковлевич Мстиславский, великое посольство в Швецию 7153 (1644/45) г. – окольничий Григорий Гаврилович Пушкин, великое посольство в Швецию 7191 (1682/83) г. – окольничий Иван Афанасьевич Прончищев [117] .

Несмотря на то, что все перечисленные лица находились в окольническом чине, их наместнические титулы существенно разнились. Главы великих посольств к шахам персидскому и кызылбашскому имели боярский наместнический титул (наместника Рязанского, Новоторжского); в то же время окольничие, возглавлявшие посольства в Швецию, были в окольническом наместническом титуле [118] . Объяснение такому факту можно найти в том, что, во-первых, всем этим посольствам приходилось решать различные по значимости задачи, а, во вторых, местническое положение глав всех перечисленных посольств, несмотря на равенство их чина, было неодинаковым.

Всего по книгам наместнических титулов разных лет, начиная с 1580 по 1682 г., фиксация данных об отправлении посольств, наделенных статусом «великих», проходит по отношению к таким странам, как Литва, Польша, Швеция, Персия, Англия, Кызылбаши [119] . Наместнические книги с 1682 по 1706 г. зафиксировали факт отправления великих посольств в такие государства как Австрия, Курляндия, Англия, Голландия, Бранденбург, Турция, Польша, Швеция, что наглядно свидетельствует об изменении приоритетов в российской внешней политике этого периода, а также расширении международных связей России [120] .