Наперекор Судьбе
Шрифт:
– Стратег! – услышал он взволнованный окрик Эстарха, - я уж начал всерьез подумывать о том, чтобы раскатать этот храм по брёвнышку.
– Экий ты кровожадный, гиппарх, - укорил его задумчиво Эвмен, - да и нет в храме брёвнышек, только камешки.
– Я же ради дела, стратег…
– Да. Ради дела… - всё ещё задумчиво повторил Эвмен, направляя коня прочь от храма. В спину дохнуло ветерком, и Эвмен готов был поклясться, что услышал в шелесте листвы «задумайся, стратег…».
* * *
– Эстарх, начинай собирать войска, до ночи нам надо закрепиться в Эфесе.
Короткая команда, протяжный вой трубы… Солдаты нехотя начали собираться в лохи, хотя, скорее, просто начали не спеша ходить по площади и городу. Однако поторапливать стратег никого не стал - он оглядывал городскую площадь, заваленную телами защитников и нападающих. Пожалуй, Эвмен оставит здесь несколько таксисов – чтобы согнали жителей на уборку тел и похороны павших. Завалы из тел уже начали осматривать помощники врачей – искали раненых.
– Эстарх! – окликнул занятого гиппарха Эвмен.
– Да, стратег?
– Найдите тело Архидеоса – отвезём его в Эфес.
– Будет сделано, стратег, - ещё команда, и один из гонцов помчался в поле перед городом – исполнять поручение.
Такой тиран был достоин отдельных похорон – и хоть славы победителя он в бою не снискал, но славу бесстрашного и несгибаемого воина получил. А для человека сугубо гражданского, да ещё и эллина такое – великое достижение. Что, впрочем, вряд ли как-то поможет Эфесу…
К полудню в армии, наконец, был наведён относительный порядок – подумав, Эвмен объявил привал, незачем чрезмерно гонять солдат. В Сардах армия толком отдохнуть не успела, завтрак тоже был весьма скупым – пара сухарей, да вода. Пусть хоть пообедают нормально. Благо, городок оказался достаточно богатым – и скот нашелся, и зерно, и даже повара… Впрочем, от услуг последних стратег отказался – во избежание, так сказать, разных непредвиденных случайностей. Вряд ли, конечно, в городе найдётся столько яда или человек со злым умыслом – по военным временам армия Эвмена вела себя очень сдержанно и культурно, а большего никому и не надо было.
Заодно были подсчитаны потери в сражении – больше двухсот человек… А сколько ещё отправится в Тартар раненых, только Аиду известно. За неделю войны Эвмен потерял треть армии. Данные достаточно угнетающие. Впрочем, чего ещё ожидать от наступления с армией, преимущественно состоящей из ополчения. Надо было благодарить всех богов за то, что качество вражеских армий едва ли превышало качество, собственно, пергамских войск. Пока солдаты обедали и отдыхали, стратег разбирался с насущными делами – закручивал гайки в Сардах, писал письмо отцу… В общем, занимался обычной рутиной. Из городка то и дело вырывались гонцы, нещадно нагоняя коней и неся с собой письма Эвмена – кто в Сарды, кто в Пергам, кто в пограничные крепости, сейчас практически пустые.
Наконец, после того как спал полуденный зной, войска были построены для дальнейшего марша – на Эфес. Короткий вой трубы, и колонны двинулись вперёд. И хоть опасности быть никакой и не должно – вражеская армия уничтожена вместе с командующим, все окрестности тщательно шерстили тарантинцы – победа победой, но расслабляться было рановато. Небольшой отряд соматофилаков был послан вперёд – известить полис о поражении. Если оставшийся за эпистата аристократ не дурак, то откроет ворота, если дурак – полис падёт в течение нескольких дней и будет выжжен дотла. Последнее было включено в послание, которое должен был передать парламентёр.
Нация… Эвмен задумался над подобным определением. Являются ли эллины нацией? Ведь нация это что-то единое, словно человеческий организм – не могут же конечности жить отдельно от тела? Так и разделённая нация, рано или поздно, обрекает себя на гибель. Счастье, что не осталось ныне такой силы, которая мощным ударом могла бы стереть с лица Ойкумены всех греков, впрочем, это вопрос времени – свято место пусто не бывает… Собственно, уничтожение уже идёт – медленно, словно исподтишка, варвары наступают со всех сторон, подминая под себя греческие земли.
Набирает силу молодая Римская республика – и, пожалуй, у римлян многому можно было поучиться в плане единства. Римляне всегда выступали единым фронтом – в деле защиты интересов государства у них не было богатых и бедных, не было патриотов и предателей. Были римляне – и они не торговались с врагом, они воевали до последней капли крови, либо до победного, либо до смертного конца. Римляне были нацией, и они угрожали эллинам – ослабшим и разобщенным, не способным дать мало-мальски достойный ответ…
Вот ответ! Эвмен, озаренный догадкой, довольно рассмеялся, чем вызвал подозрительный взгляд Эстарха. Нация – народ, вот что должно стать основой! Боги, как же он не додумался до этого раньше! Основой должны стать сами эллины! Ведь все, все государства древности рушились с гибелью правящей фамилии! Еще ни один народ не осознал себя чем-то единым, чем-то особенным… И потому так легко развалилась империя персов – за сотни лет владычества так и не появилось единого народа, были сотни порабощенных общностей под властью одной семьи, и с её разгромом империя разрушилась под собственной тяжестью...
Теперь Эвмен примерно представлял, что надо делать дальше.
* * *
Погода в кой-то веки выдалась нейтральная – всё небо затянули тучи, с моря дул теплый бриз, но дождя, слава богам, не начиналось. Армия уверенно маршировала к Пергаму – в Эфесе Эвмен оставил несколько таксисов пергамских ополченцев – на постоянное жительство. Пора было начинать исполнять свой замысел, к счастью, Эфесские аристократы сами подставили себя под удар, оставались только сардские и… Собственно, пергамские? Эвмен торопливо отогнал от себя эту мысль – последние были достаточно умны, чтобы не подставиться, а ему нужен был праведный суд, а не казнь. Да и глупо, и нелогично было до окончания этой войны – а в её благоприятном для Пергама исходе стратег уже не сомневался, уничтожать единственную поддержку, на которой балансировала пергамская царская власть. Пока…
– Все подготовились? – спросил стратег.
– Да, стратег, вычистили доспехи, оделись в новые туники… Как ты и приказывал, - ответил Эстарх.
– Смотри, если у кого что не так…
– Гиппархи и таксиархи лично проверили каждого своего солдата, они понимают всю важность введения новых военных традиций, стратег.
– Хорошо.
Все войска шли в, можно сказать, парадном обмундировании – решено было вспомнить о древнем обычае триумфа. Хотя кого Эвмен пытался обмануть – они с отцом позаимствовали данное мероприятие у римлян – с них не убудет, а поддержку народом правящей семьи это сильно увеличит.