Чтение онлайн

Хотя, судя по тому, как резко он ушёл прошлой ночью, он уже так думает.

Его реакция — именно поэтому я не рассказываю о своём прошлом. Даже самое маленькое воспоминание может пронзить всё моё тело, каждую вену и мышцу. Горе. Страх. Отчаяние. Я изо всех сил стараюсь держать эти эмоции запертыми в глубине сознания. Не хочу давать им власть над моими мыслями или жизнью. Я пережила это. Проще не говорить об этом.

Хотя справляться с этим в одиночку — невыносимо.

Я сажусь на кровати и осматриваю комнату. В первый раз, когда я была здесь, я лишь бегло её осмотрела, но теперь не спеша изучаю детали. В комнате есть зеркало в полный рост, серый комод и две тумбочки. Спальня Ксандера уютная и притягательная, но в этой комнате есть своя атмосфера. Мне здесь хорошо. Даже легко. Как будто простое нахождение в этом пространстве смягчает мои тревоги.

Я быстро одеваюсь, торопясь уйти до того, как Ксандер задаст ещё вопросы, но, проходя мимо его комнаты, замечаю, что дверь открыта. Чёрт. Он уже проснулся? Крадусь к двери и заглядываю внутрь. Похоже, подглядывать за ним, когда не следует, стало моей новой привычкой.

Ксандер лежит на животе, обнимая подушку, а Майло крепко спит в своей собачьей лежанке. Некоторое время я наблюдаю, как этот великолепный мужчина ровно дышит. Разглядываю татуировки на его спине. Столько рисунков, переплетённых цветами и линиями — ловец снов, волк, сложенные в молитве руки, лев. Некоторые мелкие детали отсюда не разобрать.

Я вздыхаю. Он был прав, когда назвал меня странной. Я стою и смотрю, как он спит — даже любуюсь им, — хотя он мне не принадлежит. Он друг Джейка, его новый товарищ по команде. Я не могу позволить себе думать о нём как о чём-то большем.

Ругая себя за то, что зациклилась на нём, я разворачиваюсь и иду обратно по коридору. Но успеваю сделать всего пару шагов, как низкий хриплый голос заставляет моё сердце ёкнуть.

— Белла? Ты уже уходишь?

Глубоко вдохнув, я собираюсь с мыслями и возвращаюсь к двери.

— Да.

Ксандер садится, его каштановые волосы растрёпаны, а щёки покрыты щетиной.

— Который час?

— Понятия не имею.

С стоном он наклоняется и хватает телефон с тумбочки.

— Восемь. Значит, ты поспала...сколько? Пять часов? И уже сбегаешь? — Он приподнимает бровь. — Останься. Миллер, наверное, ещё спит. Разбудишь его — будет ворчать.

— Я почти не спала. — И я ещё не готова возвращаться домой. Это исключено.

— Кровать неудобная? — Он бросает телефон на матрас рядом с собой.

— Не в этом дело. Мой мозг не отключался, да и в новых местах я всегда сплю плохо.

— Поэтому я и предложил тебе спать со мной.

Я закатываю глаза. Его поддразнивания с каждым днём беспокоят меня всё меньше, и не факт, что это хорошо.

— Иди сюда. Моя кровать тёплая, а я мастер обнимашек.

— Мастер обнимашек? — Из меня вырывается смешок. — Ты невозможен.

— Не-а. Я просто знаю, чего хочу, и делаю всё, чтобы это получить. — Он ухмыляется.

— В таком случае, хорошо, что я тоже знаю, чего хочу, и тебя там точно нет. — Отталкиваюсь от косяка и натягиваю обувь. — Спасибо за помощь. Это значит для меня больше, чем ты думаешь. Правда.

— Пустяки, — он слегка улыбается. — Надеюсь, тебе полегчало.

— Да. — На этом я заканчиваю. Честно говоря, моя жизнь слишком сложна, чтобы объяснять. Человек, который так близок со своей семьёй, никогда не поймёт, через что я прошла.

— Я позвоню тебе завтра. Нашёл ковёр, который, думаю, тебе понравится.

Он кивает, и через секунду снова падает на живот, прижимая подушку к груди.

— Пока, Ксандер, — бормочу я.

— Пока. — Его голос приглушён.

Странный укол пронзает сердце. Причина, по которой Мэг — мой единственный друг, проста: я давно возвела вокруг себя стену. Если я не подпускаю людей близко, они не видят сквозь фасад, который создала. Не видят, как я сломлена. Я знаю Ксандера всего несколько недель, а он уже слишком многое подметил. Это пугает меня до чёртиков.

По пути к выходу я достаю телефон из сумочки и вызываю Uber. Мне отчаянно нужно провести время с теми, кто действительно любит меня, с теми, ради кого я готова на всё. Надеюсь, они не спят.

Без десяти девять, когда я стучу в дверь тёти. Когда она не открывает сразу, я тихо ругаюсь. Тётя Милли — жаворонок, но, по моему везению, сегодня она решила поспать подольше.

Прежде чем я успеваю придумать план Б, дверь распахивается, и я оказываюсь лицом к лицу с сонным Беном. Он моргает, потом ещё раз. А затем расплывается в улыбке.

— Белла? Что ты делаешь здесь так рано? — Он отступает, пропуская меня.

Я быстро целую его в щёку, проходя мимо.

— Разве я не могу скучать по тёте и любимому кузену?

— Я твой единственный кузен, — фыркает он. — И это лапшу на уши не повесишь. Ты выглядишь так, будто пришла прямиком из клуба. Что случилось?

У меня ёкает в животе. Надо было подумать, как будет выглядеть мой визит ранним утром в таком виде.

— Разве обязательно должно что-то случиться, чтобы я вас навестила?

Бен просто скрещивает руки на груди и поднимает подбородок.

— Ладно. Ненавижу, как легко ты меня читаешь. Мы с Джейком поссорились прошлой ночью. Мы были на вечеринке, и я ушла.

— Что он сделал? — Бен обходит меня, его лицо искажено презрением. Джейка он никогда не любил.

Пока он включает кофеварку, я сажусь за стол, складываю руки на коленях и рассказываю ему историю.

— Боже, Белла, я же говорил, что возвращаться к нему было ошибкой. — Он хмурится, и в его взгляде — жалость. — И надо было отговорить тебя переезжать к нему.

— Он был так убедителен, твердил, как любит и скучает...

И, если честно, наверное, я надеялась, что возобновление отношений с Джейком вернёт меня в то время, когда я была счастливее. Хотела заполнить пустоту в груди. Но, конечно, я не говорю об этом Бену.

— И что, он тебя любит? — Он ставит передо мной кружку кофе. — Не могу представить, чтобы человек, так сильно любящий, мог так поступить. Где ты ночевала? У Мэг?

— Нет. У Ксандера.

Бен роняет ложку, которую достал, чтобы размешать сахар. Она со звоном падает на пол. Он смотрит на меня с широко раскрытыми глазами.

— Что? — спрашиваю я.

— Разве вечеринка была не у Ксандера? — Он поднимает ложку и бросает её в раковину.

— У него, — подтверждаю я.

Со сонным стоном он опускается на стул напротив.

— Он дал тебе свои ключи?

— Нет. Он заступился за меня. Сказал Джейку остыть, дать мне время. Потом ушёл из клуба со мной.

— Вау, может, люди и правда меняются. В колледже он был первоклассным мудаком. Тот Ксандер, которого я знал, никогда бы не встал на сторону девушки своего друга. Никогда. — Лицо Бена озаряется улыбкой, но она так же быстро гаснет. — Хотя, может, у него была другая причина быть таким джентльменом.