Чтение онлайн

Он слащаво улыбнулся:

– Напоминаю, что согласно Кодексу, если дочь вождя не выйдет замуж в течение десяти дней, созывается совет. А уж он решает, в чьи руки отдать племя.

– Уж только не в твои, - холодно ответила Нуара.

Шип скривил морду, но промолчал. Сохраняя высокомерие и брезгливость (словно его несостоявшаяся жена была мокрицей), он развернулся и протопал в другой конец пещеры.

– Думаешь, изберут его?
– спросил Джек. Он тоже сидел рядом, разглядывая то мёрзнущих оборотней, то высокие своды пещеры, освещённые магическими шарами, а то и собственные руки-лапы.
– Каков шанс после всего произошедшего?

– Довольно большой, - ответила Нуара.
– Но выход есть. В Кодексе сказано, что в экстренных ситуациях свадьба может проходить при минимуме обрядов. До захода солнца у нас есть несколько часов. Гэрри, Сабрина?

– В чём дело?
– откликнулись брат и сестра.

Нуара сказала:

– Подготовьте всё к свадьбе. Мы сыграем её немедленно, прямо здесь, в пещере.

– Неплохая мысль, - согласился Джек. Он подышал на ладони, пытаясь их согреть.
– А то я уже замерзать начал.

Макс посмотрел на друзей со странным выражением лица:

– Позовите Рэйнера! Хвост... и лапа... я не смогу терпеть это у всех на глазах!

Вековой лес пылал, и это напоминало ад.

Огромные деревья падали, поднимая тучи искр. Те кружили в огненных вихрях и вместе с пеплом взмывали к небу. Стоял неописуемый жар. Всё живое, что находилось рядом, погибло. Звери, птицы, насекомые, цветы и деревья. Никто не выжил.

Никто, кроме Ночного гонщика. Он стоял посреди бушующего пламени и ждал, когда оно немного утихнет. Двигаться было бессмысленно - в этой буре стёрлись любые ориентиры. Ни солнца, ни деревьев... даже земля, казалось, превратилась в пережаренное месиво.

Одежда Ночного гонщика осталась невредимой. "Это особая кожа - говорил ему мастер. Нет, не король хрустального города - тот был лишь средством для отвода глаз - а истинный наставник парня.
– Это особая кожа, и она выдержит любой жар. Так же как и твоя".

Он редко пользовался своим даром, но сейчас был рад ему, как никогда. Если бы не огнеупорность, Ночной гонщик безусловно бы погиб.

– Я отомщу тебе, Вуру Ро Ли!
– сказал он, даже не пытаясь перекричать шум бури.
– За тот обман, за смерть друга, за всё, что ты сделал! Слышишь! Это не пройдёт тебе даром!..

И парень пошёл вперёд, туда, где, по его мнению, должна находиться река. Он знал, что пожар - дело рук судьи, а не старого Вуру, но всё равно, был зол, как никогда. Старые обиды жгли сердце почище любого огня. А будущее до сих пор оставалось туманным.

Во что бы то ни стало он должен поймать Джека и Макса.

Укороченный вариант свадьбы мало чем отличался от того, что Макс видел по телевизору. Вначале на сцену (небольшое возвышение в углу пещеры) вышел мэр. Он зачитал отрывки из Кодекса, чтобы все могли убедиться в законности мероприятия. Макс отметил, как мрачен Шип. В течение свадьбы он становился всё мрачнее и мрачнее, а под конец и вовсе скрылся с глаз, признав поражение.

Эстафету перенял Рэйнер, главный шаман племени. Жених и невеста стояли рядом, пока он зачитывал ритуальный текст. Это был какой-то древний язык, который Макс не понимал, и от нечего делать, смущённо разглядывал толпу. Неужели он дожил до собственной свадьбы? Как поступить в таком положении - радоваться или стыдиться? Всё-таки, не тот возраст...

Хотя, к чёрту всё. Нуара ослепительно красива - настолько, насколько может быть красива наполовину женщина, наполовину пантера, с чёрной бархатной шерстью и длинным изящным хвостом. Будь Макс постарше, он назвал бы её сексуальной. Возвышаясь над толпой, он хорошо видел зависть оборотней - наверное, каждый мужчина племени мечтал сейчас стоять на его месте и держать Нуару за руку.

– Ты самый счастливый парень на свете, - пошутил Гэрри незадолго до свадьбы.
– Так бы сказал Лис, но сам видишь, в каком он состоянии. Бедолага...

Вспомнив это, Макс улыбнулся. Он даже прозевал обращение шамана. Весьма, банальное, совсем как в голливудских фильмах. Рэйнер спрашивал, согласен ли он быть мужем Нуары, заботиться о ней в счастье и в горе, и хранить верность, пока смерть не разлучит их. Макс ответил положительно. Тот же вопрос задали девушке, и она тоже согласилась.

Ну а после всех этих формальностей им разрешили поцеловаться. Прямо как в кино. Вот только возникли сразу две проблемы: во-первых, Макс ещё никогда никого не целовал, а во-вторых, сделать это в кошачьем обличье было непросто. Нуара заметила его смущение и кажется, слегка улыбнулась - так, чтобы это видел только Макс. Она вообще умела быть нежной и ласковой, но почему-то всегда отгораживалась от других стеной льда.

– Не бойся, - шепнула она, и нежно поцеловала мальчика в губы.

Толпа зааплодировала. Макс был готов немедля провалиться под землю (но и без того находился под землёй), такого смущения он ещё не испытывал никогда. Это не передать словами, и не описать ни в каких песнях. Это сродни тому, что ты голым оказался на виду у всех. Хорошо, что сквозь шерсть не видно кожу - Макс покраснел не хуже помидора.

За свадьбой не наблюдали лишь двое. Лис и Джек.

Первый - потому что спал. Маги племени поделились с ним энергией, чтобы парень поскорее возвращался к жизни. Они прекрасно знали, что чувствует волшебник, лишившийся дара колдовать. Это всё равно, что на время ослепнуть. "После такого коктейля ему потребуется лишь несколько часов, и он сможет ходить, - сказал Рэйнер.
– А через пару суток к нему вернутся магические способности".

Джек же просто решил отдохнуть.

– Не люблю толпу, - ответил он на приглашение Сабрины.
– Из этого угла всё отлично видно. Да и за Лисом кому-то надо поглядывать.

Он сидел рядом со спящим магом и с досадой смотрел в толпу. Это приключение совсем не такое, как он себе представлял. А ведь в тех историях, которые так часто рассказывали в кабаке, события складывались иначе. Да и в книгах тоже. Обычно, герой не отвлекался на постороннее, а твёрдо шёл к цели. И он был настоящим героем, а не сопливым нытиком, который не может даже постоять за себя. Джека это бесило.

Трудно признать себя неудачником.

"Признание болезни - первый шаг к выздоровлению" - вспомнилось ему. Да, первый, но не самый приятный. Бывает и лучше. "А ведь это я мог стоять сейчас там и целовать Нуару" - подумал он.

Сумки валялись рядом. Скейтборд на рюкзаке Макса изрядно обуглило, но колёсики до сих пор окутывало синее свечение. Джек крутанул одно - на ощупь оно казалось чрезвычайно скользким. Прошло, наверное, минут пять, прежде чем колесо остановилось, перестав плеваться синими искрами.

Джек открыл сумку и с сомнением посмотрел на листы рукописи. Выбросить или оставить? Всё-таки, это труд всей его жизни, но с другой стороны, он сможет завершить его и по памяти, уже вернувшись домой. Немного подумав, парень отложил бумаги в сторону.