Чтение онлайн

Собственные переживания за него в Карате стали вдруг казаться просто смехотворными и даже обидными.

Чтобы победить кронпринца, нужен кто-то посильнее, чем горстка наемников.

– Хочешь к ним?

– Что? – я настолько увлеклась мыслями, что не заметила, как Сайтос наблюдал за мной, в то время как я открыто подсматривала за правящей династией. И, кажется, неправильно понял мой задумчивый взгляд.

– Говорю, присоединиться не хочешь? – с любопытством вскинул бровь эрхан. – Раз уж крылья теперь не мешают. Ты с саями и Ниэль с сайшессом - это будет интересное зрелище.

– Не думаю, что это уместно, - почти не думая, я отрицательно покачала головой, как и мужчина, опираясь на перила. Если честно, соблазн был велик, но я не хотела портить Ари его первое утро после долгожданного воссоединения с семьей. – К тому же, для принцессы Селениэль я не ровня.

– Ну, если столь принципиальная, могу позвать Ри, он давно хочет скрестить свои когти с легендарным оружием Жриц Латимиры, - предложил мужчина другой вариант.

И тут, снизу, раздалось громкое, звонкое, уверенное и очень, очень укоризненное:

– Между прочим, я всё слышу!

Кто бы только знал, как я в этот момент покраснела…

И с чувством возрастающей паники посмотрела на расхохотавшегося советника, уже, кажется, бледнея:

– Она?..

– Волчий слух, ага, - довольно кивнув, подтверждая, улыбнулся Сайтос, явно наслаждающийся ситуацией. – Ипостась ушла, но способности остались. А ты разве не знала?

– Я? – возмутилась от всей глубины своей души, глядя на откровенно забавляющегося мужчину. – Да откуда мне такое знать!

– Странно, а говорили, что Жриц Латимиры обучают всему. Соврали, что ли?

– Обучают, - сердито кивнула я, едва ли не впервые в жизни сгорая от желания надрать уши совершенно постороннему нелюди. Причем именно надрать, как обычному, нахальному мальчишке! – Всему. Но не секретной информации о преимуществах и недостатках Сайтаншесской Розы!

– Да-а? – недоверчиво протянул демон. И вдруг, нагло ухмыльнувшись, с громким щелчком распахнул свои коричневые крылья, которые были значительно темнее крыльев Владислава. – Тогда, считай, зря училась.

И не успела я даже охнуть, как советник Повелителя неуловимым движением подхватил меня на руки, а после сиганул вниз, прямо с балкона, с высоты третьего этажа!

Кажется, в тот миг я едва не поседела. Но зато поняла отчетливо – этот эрхан точно занимался обучением единственного наследника Эштара. И занимались они не только магией, политологией и боевыми искусствами!

Их схожесть в некоторых вещах настолько спутала мои мысли, что, едва мы оказались на земле, у меня сработал рефлекс. Не ожидающий подвоха демон метко получил по голени и запрыгал на одной ноге, а я сердито одернула блузу на животе, пытаясь вместе с одеждой привести мысли в порядок.

Кажется, в последнее время я была все мыслимые и немыслимые рекорды по попаданию в неловкие ситуации.

– Айщ! Больно! – тем временем, прекратив приплясывать, глядя на меня самыми обиженными в мире глазами, всем и сразу пожаловался эрхан. Конечно, это для него подобный опыт впервые. Вот его ученик уже уворачиваться научился, причем весьма успешно.

– Если Сайтос громко плачет, довыпендривался значит! – насмешливо констатировала Повелительница, играючи спрыгивая на траву с шеи немаленького, к слову, дракона. И тот, не сдержавшись, глумливо фыркнул, выпуская в стороны клубы пара, откровенно пользуясь собственной безнаказанностью.

В смысле, он понимал, что пока он в этой ипостаси, он может издеваться над советником Повелителя сколько угодно и когда угодно. И ему ничего за это не будет!

– Простите, Ваше Величество, - смутившись, я торопливо склонилась в поклоне, пытаясь спрятать покрасневшие щеки. – За это и вообще.

Но к моему удивлению, эльфийка вовсе не злилась. Совсем наоборот, добродушно фыркнув, она наморщила носик:

– Ой, ну не, я так не играю. Мне кажется, мы все оптом слишком многое пережили, чтобы теперь тут расшаркиваться, не?

– Ага, мечтай, - потирая ушибленную конечность, фыркнул в ответ лорд Эристай. – Я только сегодня уговорил ее на нормальное общение. А мы, между прочим, уже давно знакомы!

– Ну, ты же понимаешь, что обычно этот факт вызывает сочувствие, но никак не наоборот, да? – пряча лукавую усмешку в уголках губ, якобы задумчиво почесала висок принцесса.

– Пф-ф, - выразительно закатил глаза эрхан, невозмутимо облокачиваясь на первое, что попалось под руку. Еще и ноги скрестил, лениво подпирая щеку кулаком, делая характерный, едва ли не издевательский акцент на титуле эльфийке. – В конкретном случае моё раздолбайство только играет на руку. Так что… мимо, Повелительница!

Но в ответ принцесса Селениэль лишь ехидно изогнула бровь… И демон, ничего не успев понять, кувыркнулся наземь, уткнувшись носом в ярко-зеленую траву!

Внутренний дворик огласил дружный смех, а Кейн, на чью морду столь неосмотрительно и нагло оперся мужчина, выдал очередной дымный фырк, полностью довольный своей нехитрой местью. И тут же застучал хвостом, когда эльфийка, умилившись, принялась чесать его под огромным подбородком:

– Ах, ты ж моя умная ящерка!

И некромант не возражал!

Совсем наоборот, он вытянул шею, подставляя под ее ладони особо чувствительные места, прищурил глаза и принялся постукивать хвостом по каменному полу наружного коридора. Старался, конечно, осторожно, но от его движений все равно потихоньку сотрясалась земля.

«Я так понимаю, спасать тебя не надо?» - глядя на эту, без преувеличения, милейшую картину, мысленно полюбопытствовала я.

«Шутишь что ли, Сами? Это ж тетушка Ниэль, ей можно!», - тут же пришел едва ли не мурлыкающий ответ. Кажется, Сайтаншесс действительно был тем местом, где полукровке нравилось находиться.

– А мне всегда казалось, что это дети должны таскать домой всякую комнатную живность, - послышался ленивый смешок и к нам, наконец, подошли оба эрхана, уже безоружные, но всё еще неприлично раздетые. И их, похоже, всё устраивало: посторонних поблизости не было, а меня, судя по всему, окончательно приняли если не в семью, то во внутренний круг.

Конечно, они уже все так или иначе говорили об этом. Но слышать – одно, а чувствовать, как оказалось, совершенно другое. Внутри разливалось привычное смущение пополам с каким-то странным, иррациональным теплом.