Чтение онлайн

— Тебе нельзя терять контроль.

Никто не должен знать о твоем происхождении, старой крови. В противном случае…

— Отдашь меня служителям?

Она вновь задергалась, но его ответ лишил равновесия.

— … Я не смогу тебя защитить.

Не обратив внимания на ее замешательство, диар склонился к уху, тихо продолжив.

— Ты боишься служителей тарикон, но есть вещи куда страшнее их монастырей, Кайя. И это даже не смерть.

Все еще удерживая сзади, он ослабил давление на затылке. Ладонью свободной руки мимолетно прошелся по линии бедер, скользнул вверх, по животу, через солнечное сплетение. Накрыл пальцами шею, чуть потянув за волосы, вынуждая запрокинуть голову. Нашел ее губы своими.

Заставил замолчать поцелуем. Требовательным, жёстким, слишком коротким. И, не дав опомниться, быстро отстранился.

— Маит! Войди!

На пороге купальни показалась дородная фигура служанки.

Кайя застыла, едва не спрятавшись за широкой мужской грудью. Щеки горели. Стыд, злость, бежавшее по венам смятение, жар поцелуя, понимание, что кто-то все это время находился рядом, окончательно подорвали уверенность в себе.

Диар вернул к ней взгляд.

Прежде чем уйти, повторно перехватил затылок.

Она напряглась, боясь, что мужчина притянет к себе, проигнорирует стоящую в дверях служанку, вновь поцелует. Но рука почти сразу опустилась ниже, к сломанной застежке на вороте. Прикосновение его силы, осторожное, почти нежное, проникло сквозь шелк, наперекор воли оставляя после легкий озноб.

Перламутровое крепление тихо треснуло.

— Маит, помоги ей собраться.

Диар кивнул застывшей с учтивостью немолодой женщине, направившись прочь.

— Она должна быть готова через час.

Эхо удаляющихся шагов едва растворилось в тишине, как домоправитель взяла дело в свои руки. Проверила воду в обеих чашах, заглянула в уже подготовленную, исходящую сухим воздухом парильню, прошлась придирчивым взглядом по ровным стопкам холстин и ряду одинаковых пузатых склянок с чем-то ароматным, кивнула сама себе, все же обратив внимание на пребывавшую в растерянности девушку. Коротко поклонилась Кайе.

— Ни-адда! — Кайя отмерла от старого обращения в свой адрес, вновь разгораясь пламенем. — Вы слышали распоряжение ал-шаира? У вас всего час. Служанки помогут вам собраться.

Домоправитель направилась к ней, но Кайя крепко сцепила руки на груди, не подпуская женщину ближе. Тело потряхивало из-за случившегося. Этой сцены на площади перед домом, бессмысленного протеста в ее поведении, холода в каре-синих глазах, гнева на кончиках чужих пальцев, жара его губ, ее сбившегося дыхание. И мыслей. Глупых, пугающих, таких же двойственных, как и то, что творилось в душе.

— Шагу не сделаю!

Черты немолодой женщины в удивлении поползли вверх. Кайя лишь сильнее прижала руки. Неостывшая злость просилась наружу, сведенное в тугой узел напряжение требовало разрядки. И при других обстоятельствах она бы никогда не опустилась до перебранки с прислугой. Все бы стерпела. Но сейчас ее вело. Вело из-за гулявшего по коже озноба от прикосновения его силы, увиденного в глубине отражения ртутного пепла собственного безумия, страха от последних слов.

«Я не смогу тебя защитить…»

Но от кого, если не от служителей? Себя? Ее самой?

Кайя машинально свела концы ворота, почувствовав, как платье под собственным весом и налипшей грязью тянется вниз. Не прячась от пристального взгляда домоправителя, расправила плечи, не дав наряду соскользнуть, позабыв, как еще несколькими минутами ранее с дикостью кошки сама пыталась разорвать ткань, выбраться из удушливого плена сизо-голубого шелка.

— Мне не нужна ни твоя, ни чья-либо помощь! Ступай, а своему ал-шаиру передай, что я никуда не пойду.

— Простите, ни-адда, но то было не предложение. Приказ. Вас ждут через час и это не обсуждается.

Вам нужно помыться. Простите за дерзость, вы пропахли пылью и потом.

— Ты так считаешь?! — Кайя притворно удивилась. — Может тогда скажешь, что же еще мне нужно?

Не став дожидаться ответов, быстро продолжила, резкими взмахами подбородка отделяя фразы.

— Молчать? Облачаться в ваши наряды? Быть достойной ему на радость? Для того чтобы ты меня после потащила в господскую постель?

Она вскинула руку, окончательно срываясь.

— Пошла с моих глаз!

— Ни-адда…

— Сколько еще тебе повторять, я не его ни-адда! Можешь так и передать своему ал-шаиру, в постель к нему не пойду!

— Никто и не звал.

Маит поджала губы. Кустистые желтоватые брови на смуглом лице презрительно дёрнулись, ненадолго демонстрируя истинное отношение домоправителя к стоящей перед ней гостье, но тон оставался нейтральным.

— Мне поручено собрать вас для прогулки, ни-адда.

Кайя с недоверием уставилась на женщину, чувствуя, как от сказанного покалывают уши. Мысли жгло унижением и стыдом.

— Прогулки?

— Да, ни-адда.

Та еще раз окатила плохо скрываемым высокомерием, пожевала мясистую нижнюю губу, но потом, словно спохватившись, спокойно поторопила:

— Снимайте платье.

Кайя отвела взгляд, в который раз за день проклиная свою вспыльчивость. Когда уже она научится проявлять осторожность в мыслях, особенно в речах? И почему только решила, что диар ждет ее в своих покоях? Из-за короткого поцелуя? Его столь явного мужского интереса? Говорил же, что не станет принуждать, не будет делать своей… Но ведь делал. Медленно, незаметно для нее самой и, кажется, против собственной воли. Того не желая.

При мысли о последнем щеки вновь покрылись румянцем.

Она потупилась, но ее внутренний протест не ушел от цепкого интереса склонившейся над склянками женщины. Маит тихо хмыкнула. Губы сложились в короткую полуулыбку, подобную насмешке, неприятную, хищную, от которой предательски захотелось спрятаться. Эта дородная варнийка с чертами многих рас во внешности была далеко не той угодливой, простодушной прислугой, которой стремилась казаться.

Очередная маска. Очередная ложь.

Кайя вернула к ней взгляд. Застыла, испугавшись неожиданно ворвавшихся в голову голосов. Тихих, бесполых, непонятных, но таких ясных, будто говорившие находились где-то рядом, а не в ее сознании. Тенями таились по углам комнаты, кутались в шелест журчащей неподалеку воды, расходились кольцами по запотевшему из-за пара зеркалу.

Она боялась нарушить эту тишину. Боялась дышать, страшась пугающих импульсов в голове, но еще больше того, что все прекратится и ей вновь не позволят вспомнить. В том же, что к ней сейчас взывала ее память, Кайя не сомневалась. Не тогда.

Четкость голосов, их громкость, нарастали, и постепенно она начинала видеть себя, эту комнату, повернувшуюся к ней спиной домоправительницу иначе. Скрытым зрением. Видеть своей силой.

Понимание происходящего чуть не выбило почву из-под ног, но Кайя сдержалась. Отвернулась к зеркалу, провела ладонью по запотевшей поверхности, сделав вид, что озабочена своими волосами. Лишь бы не привлекать внимание Маит.