Наследник Агонии
Шрифт:
Источник ручья нашелся в нескольких сотнях шагов впереди. Узкая щель в стене, из которой бодро журчит вода. Ход же поворачивает в сторону… и становится еще круче. Рафаэль процедил сквозь зубы несколько ругательств. Кажется, еще немного – и придется лезть, хватаясь за каменные уступы. Как же треклято обидно будет упереться в глухой тупик!
Он окончательно выбился из сил, когда путь преградила глухая черная плита. Остается лишь зашипеть сквозь зубы – зло и безнадежно. Нет, постойте-ка…
В самом центре явно рукотворного препятствия мерцает знакомый символ – алый глаз, вписанный в черный треугольник. Как его называла эльфийка? Сокрытое Око? Интересно, что за ним скрывается?
Собравшись с духом, направил узенький лучик энергии. По крови пробежала волна мучительного жара. Мир вокруг покачнулся. В недавней магическом сражениии Рафаэль потратил все, на что был способен.
Тихое шипение. Массивная черная плита плавно поднялась, открывая путь вперед. Рафаэль не удержал изумленного вздоха. Впереди открылась небольшая комната, до отказа забитая сокровищами. Тяжелые толстобокие вазы, заполненные золотыми монетами. Роскошные украшения, слитки драгоценных металлов.
Какое-то время разглядывал невероятное богатство. Кто и зачем сделал здесь этот тайник? Обычно такие вещи держат рядом с усыпальницами знатных вельмож. Вполне возможно, оживший мертвец таковым и был. Но почему здесь, а не в зале с саркофагом?
Постепенно на смену удивлению пришло и разочарование. Что проку от золота? Он бы без особых сомнений променял все эти богатства на путь наверх. А это что? На узкой каменной плите лежит знакомая диадема. Серебро и зеленые бриллианты. Наверняка именно то, о чем говорила эльфийка…
Пожав плечами, подхватил легкое ажурное украшение. Лишним не будет. Вот только представится ли шанс вручить его «заказчице»? Если единственный выход из подземелий лежит через оставшийся позади зал – он имеет все шансы пополнить местную армию оживших мертвецов.
Какое-то время Рафаэль потратил в поисках тайного хода. И не поверил глазам, когда на противоположной стене отыскал уже знакомый символ. Если сюда получится вернуться, минуя зал с его беспокойным обитателем – прекрасно.
Не удержавшись, какое-то время разглядывал древние сокровища. Сколько столетий они пролежали в этой комнатушке? Кажется, неведомые строители оставили их буквально вчера. Ни следов беспощадного времени, ни даже пыли. Впрочем, зыбкая дымка охранных чар вполне ясно указывает на причину прекрасной сохранности.
Наконец, оторвавшись от бессмысленного созерцания, двинулся в сторону тайной двери. Он не настольно стеснен в средствах, чтобы броситься набивать карманы. Возможность вернуться еще представится – при условии, что из этой мышеловки есть выход.
Уже привычно направил луч инфернальной энергии на символ Сокрытого Ока. Тихий шелест поднимающейся плиты. В лицо ударил поток свежего воздуха. Неужели…
Не веря глазам, Рафаэль шагнул вперед – навстречу наливающемуся рассветной дымкой небу. Под ногами – знакомые плиты древнего храма. В уши ударил рев прибоя. Он стоит на развалинах древнего храма, что застыл на нависшей над городом скале. Кто бы мог поверить, что руины, на которых начался его безумный путь навстречу неизвестному, хранят такие тайны.
Каменная плита неслышно опустилась на место, когда за спиной раздались едва различимые шаги.
– Вижу, тебе сопутствовал успех. – Раздался за спиной голос эльфийки.
– Могла бы и предупредить, что в этом треклятом склепе обитают твари пострашнее обычных зомби.
На тонких губах проскользнула тень усмешки.
– В конце концов, все закончилось благополучно, разве не так?
– Уж точно не твоими стараниями. – Огрызнулся Рафаэль.
– Я бы хотела получить вещь, которую ты вынес из гробницы.
Претензию эльфийка проигнорировала. Фрейлина Шерхеи, как ни пытается изображать безразличное равнодушие, напряжена, словно тетива готового к выстрелу лука. Все внимание направлено на диадему, которую Рафаэль по-прежнему сжимает в кулаке.
Ломать комедию он не стал. Эльфийка вцепилась в древнее сокровище. Ему кажется, или тонкие длинные пальцы едва заметно подрагивают? Интересно было бы узнать, что за история связывает ее с этим украшением. Но едва ли есть хоть какой-то смысл задавать вопросы.
– Спасибо. Ты оказал мне огромную услугу. – Тихо произнесла эльфийка.
– Тогда почему бы, наконец, не сказать, как тебя зовут?
– Не настолько огромную. – Рассмеялась фрейлина Вероломной. – Вот. Думаю, это тебе пригодится, раз уж ты решил поиграть в незаметность.
В руки Рафаэля упал простой темный плащ.
– Спасибо.
– Не стоит. – Равнодушно откликнулась эльфийка. – Прощай. И будь осторожнее. История с сокровищницей, в которую ты собираешься ввязаться, может столкнуть тебя с куда более паршивыми врагами, чем выбравшийся из могилы мертвец в местных катакомбах.
Рафаэль остался в одиночестве. Эльфийка, кажется, растворилась в воздухе. Или шагнула за невидимый угол, мгновенно скрывшись с глаз. Подавив некстати поднявшее голову желание остаться здесь на какое-то время, вслушиваясь в шум прибоя, накинул темный плащ. И, надвинув капюшон, заспешил в сторону Жасминного дома. Ни к чему кому бы то ни было знать, что он провел эту ночь не в местной обители разврата.
Глава 28
Хозяйка Жасминного дома любезно предоставила гостю роскошно обставленную комнату. Насквозь пропахшую розовым маслом и неведомыми пряностями. И вместо пристойного обеда – корзина приторных до отвращения сладостей.
Впрочем, валящийся с ног Рафаэль посчитал, что нет ни одной вменяемой причины играть в утонченного сноба и отказываться от удушающего гостеприимства.
Проснулся на закате. Одежда и волосы к тому времени насквозь пропитались запахом розового масла. Вскоре к нему присоединилась Лаура. Сегодня жена Карлоса, наплевав на приличия, облачилась в вызывающе-откровенный наряд. Алые шелковые ленты, едва прикрывающие полные груди, так и притягивают взгляд.
Выраженное восхищение красавица приняла с игривым снисхождением. Рафаэль мысленно вздохнул. Нетрудно догадаться о причинах столь резкого отказа от привычных строгих платьев. И пусть Карлос не вызывает ничего, кроме странной смеси ярости и раздражения…
– Как все прошло? Тебя не было куда дольше, чем я рассчитывала.
Вопреки ожиданиям, рассказ о подземных ужасах не вызвал на лице Лауры и тени опасений. Напротив, на полных губах проступила довольная улыбка.
– Это хорошо, что как минимум один из них точно смог сбежать. Теперь остальные начнут метаться – и делать глупости. Проследить за ними не составит много труда. А затем… посмотрим. Если их не удастся оттереть от сокровищницы мирно – им же хуже.
Остается лишь изумленно покачать головой в ответ на мелькнувший в черных глазах хищный блеск. Тьма подери, еще немного – и он задумается, а не вселился ли в нее какой-нибудь демон! Кто бы мог представить, что вечно сонная и апатичная к происходящему жена Карлоса таит внутри такое двойное дно?