Чтение онлайн

Пентхаус.

Это было не жилье. Это был храм из стекла и бетона, парящий над городом.

Огромное, просто бесконечное пространство, залитое огнями ночной Москвы через панорамные окна от пола до потолка. Здесь не было стен — только стекло. Город лежал внизу, как на ладони, сверкая миллионами огней, прошитый красными артериями проспектов.

Пол из темного мрамора отражал эти огни, создавая иллюзию, что ты идешь по ночному небу. Мебели было мало — огромные диваны, стеклянные столики, какие-то абстрактные скульптуры. Все в холодных тонах: графит, хром, черный глянец.

Здесь было безумно красиво. И безумно холодно.

Ни одной фотографии. Ни одной личной вещи. Ни одного цветка.

Идеально. Дорого. Мёртво.

— Добро пожаловать домой, — произнес Дамиан у меня за спиной. В его голосе звучала гордость собственника.

— Это… — я запнулась, пытаясь подобрать слово, которое не обидит его, но и не будет ложью. — Впечатляет.

— Это безопасно, — поправил он. — Система «умный дом», охрана периметра, фильтрация воздуха. Здесь Миша перестанет кашлять от вашей плесени.

Он прошел в центр зала, снимая пальто и бросая его на спинку дивана. Этот небрежный жест немного оживил пространство.

— Твоя комната на втором уровне, — он указал на лестницу со стеклянными перилами, ведущую наверх. — Рядом с детской. Я приказал подготовить её. Там есть все необходимое.

— Детской? — переспросила я. — Но у тебя же… не было детей.

— Я купил эту квартиру с готовой планировкой, — он пожал плечами, расстегивая запонки. — Дизайнер настоял на детской. Я хотел переделать её в спортзал, но руки не дошли. Видимо, интуиция.

Он подошел к барной стойке, встроенной в стену, и налил себе воды.

— Иди, осмотрись. Константин сейчас поднимет чемодан. Ванная там же. Через полчаса ужин.

Я медленно пошла к лестнице, чувствуя себя муравьем в этом гигантском аквариуме. Мои шаги гулко отдавались от мрамора.

Я поднялась на второй уровень. Здесь пол был из темного дерева, что добавляло хоть капельку уюта.

Длинный коридор с дверями. Я толкнула первую.

Детская.

Она была пустой. Светлые стены, огромная кровать в виде гоночной машины (слишком большая для трехлетки), пустые полки. Здесь не было игрушек, не было жизни. Но здесь был чистый воздух и вид на звезды.

Я закрыла дверь и вошла в следующую комнату.

«Моя».

Просторная спальня в бежевых тонах. Кровать king-size, застеленная бельем, которое, наверное, стоило дороже моей квартиры. Гардеробная. И снова — окна во всю стену.

Я подошла к стеклу и прижалась лбом к холодной поверхности.

Где-то там, далеко внизу, осталась моя прошлая жизнь. Моя мама. Мои проблемы. Моя гордость.

Теперь я здесь. В золотой клетке на 95-м этаже.

С мужчиной, который ненавидит меня за ложь, но хочет моего сына.

Дверь за моей спиной тихо открылась. Я не услышала шагов.

Отражение в стекле показало мне Дамиана. Он стоял в проеме, уже без пиджака и галстука, с закатанными рукавами рубашки. Он смотрел на меня.

— Нравится вид? — спросил он.

Я не обернулась.

— Отсюда люди кажутся муравьями. Легко, наверное, чувствовать себя богом, глядя на всех сверху вниз.

Я увидела в отражении, как он усмехнулся. Он подошел ближе. Встал у меня за спиной, не касаясь, но накрывая своей тенью.

— Я не бог, Лена. Я просто человек, который берет то, что принадлежит ему.

Его дыхание коснулось моих волос.

— Иди в душ. Смой с себя этот запах.

— Какой? — я резко обернулась, уперевшись взглядом в его грудь. — Запах бедности?

— Запах страха, — ответил он, глядя мне в глаза. — Ты пахнешь как загнанный зверь. Здесь тебе некого бояться. Кроме меня.

Я закрыла дверь ванной на замок. Щелчок механизма прозвучал в тишине как выстрел, но облегчения не принес. Я знала: в этом доме замки — лишь иллюзия. Если Дамиан захочет войти, никакая задвижка его не остановит.

Ванная комната была размером с мою гостиную. Черный мрамор с золотыми прожилками, сантехника, сияющая хромом, и зеркало во всю стену, подсвеченное по периметру так, что я видела каждую морщинку, каждую пору на своем уставшем лице.

Из зеркала на меня смотрела незнакомка. Бледная, с размазанной тушью, в грязных брюках и блузке, которая помнила запах больницы и дешевого стирального порошка. Я выглядела здесь как пятно грязи на белоснежной скатерти.

Я стянула одежду, бросив её в кучу на пол. Хотелось сжечь эти вещи. Сжечь все, что напоминало о сегодняшнем дне.

Шагнула в душевую кабину. Тропический душ обрушился на меня потоком горячей воды, плотным и тяжелым, как летний ливень. Я стояла, упершись лбом в холодный камень стены, и позволяла воде смывать с меня пыль, пот и прикосновения чужих взглядов.

На полке стояли флаконы. Никаких этикеток из супермаркета. Тяжелое темное стекло. Я выдавила немного геля на ладонь. Запах был сложным, терпким — бергамот, черный перец и что-то древесное. Запах Дамиана. Даже здесь, в интимной зоне душа, он пометил территорию. Я намыливала свое тело его запахом, и кожа горела, словно это были не пузырьки пены, а кислота.

Я терла себя мочалкой до красноты, пытаясь содрать ощущение его пальцев на своем подбородке. «Здесь тебе некого бояться. Кроме меня».

Он прав. Я не боялась нищеты, я привыкла к ней. Я не боялась работы. Но я до ужаса боялась того электричества, которое возникало между нами, стоило ему подойти ближе, чем на метр.

Выйдя из душа, я завернулась в огромное пушистое полотенце, висевшее на полотенцесушителе. Оно было теплым. Боже, как давно я не вытиралась теплым полотенцем… В моей квартире трубы были вечно холодными.

Мелочи. Именно они ломали волю быстрее всего. Комфорт — это наркотик, на который Дамиан собирался меня подсадить.

Я открыла свой чемодан. Мои вещи — растянутые футболки, джинсы с потертостями, старенький халат — смотрелись здесь жалко. Я выбрала самое приличное: серые спортивные штаны и простую белую майку. Одежда для дома. Одежда для тюрьмы.

Собрав мокрые волосы в пучок, я глубоко вздохнула и толкнула дверь.

Пора сдаваться. Или принимать бой.

Внизу горел приглушенный свет. Дамиан сидел за кухонным островом — монолитной глыбой из черного камня. Перед ним стоял ноутбук, бокал с темно-красным вином и тарелки.