Чтение онлайн

– Ну, поскольку никакой явной угрозы для нас с их стороны не исходит, мы наблюдаем. Разведка - это всегда процесс, ваше величество. А результат, - он развёл руками.

– Вот именно, - насмешливо прищурился Эдуард.
– В отличие от вас, у этих людей результат не замедлил последовать.

– Это же русские, ваше величество. Они всегда идут напролом.

Некоторое время тишина царствовала в кабинете. Наконец, Эдуард затушил изрядно укоротившуюся сигару:

– Позвольте мне резюмировать, адмирал. Итак, частное лицо, о котором ничего толком не известно даже шефу разведки, сначала устраивает государственный переворот в центре Европы, сажает на трон свою марионетку…

– Ваше величество, Константин - вовсе не марионетка!

– Я давал вам возможность высказаться, адмирал, - холодно оборвал Синклера король.
– Пусть не марионетка. Ещё неизвестно, насколько это лучше. Мало того! Он создаёт законспирированную полувоенную - или просто военную - организацию, овладевает финансовой структурой, входящей в дюжину крупнейших в Британии, расправляется с Ротшильдом - был тот резидентом Коминтерна или нет, установить, как я понимаю, невозможно, - входит в доверие аристократических слоёв нашего общества, через графиню Дэйнборо, - за какой же срок?

– Э-э… По моим сведениям, он появился в Лондоне в начале апреля тридцать четвёртого. А история с Бристольским кредитом случилась в конце октября того же года, хотя, если считать началом всего кампанию в прессе, она началась в июле.

– Просто невероятно. Невероятно. Ну, хорошо. Пускай, - король коротко посмотрел на Черчилля и едва заметно усмехнулся.
– Неважно. Итак, этот человек, проделав всё это, опять исчезает, и мы не знаем, где он и чем занят. И какие у него планы - на самом деле. Вам не кажется, адмирал, что это просто вопиющее безобразие?

– Мы знаем, где он, ваше величество, - адмирал тоже посмотрел на Черчилля, - и примерно догадываемся, чем он за…

– Вы примерно догадываетесь, адмирал, но ни черта не знаете, - насмешливо махнул рукой Эдуард.
– Всё, что вам известно, состоит из тщательно дозированной дезинформации, перемешанной с совершенно дичайшими выдумками. В том самом виде и в той самой пропорции, в которой этот, без всякого сомнения, весьма примечательный молодой человек исхитрился вам скормить. А теперь вы, не удосужившись даже разжевать как следует, пытаетесь запихнуть это дерьмо мне в рот. Так вот, адмирал. Пока что я ещё ваш король, нравится вам это или нет.

– Ваше величество!

– Помолчите и послушайте меня! Я желаю знать обо всей этой истории абсолютно всё, расписанное буквально по минутам. Вам ясно?

– Так точно, ваше величество.

– И не вздумайте спугнуть этих ребят или, того хуже, навредить их усилиям. Это приказ.

– Слушаюсь, милорд.

– Превосходно. Можете быть свободны, адмирал. Не смею вас больше задерживать.

Проводив насмешливым взглядом расплывшуюся фигуру адмирала Синклера, король повернулся к Черчиллю:

– Вы что-то наверняка хотели сказать, сэр Уинстон. Что-нибудь важное. И, несомненно, не желали произнести ни звука в присутствии адмирала. Слушаю вас с огромным вниманием, дорогой сэр Уинстон.

– Вы совершенно правы, милорд, - кивнул Черчилль, бросив на короля быстрый, настороженный взгляд. Хватка Эдуарда его насторожила.
– Всё, что говорил здесь адмирал Синклер - не более, чем его догадки и результат самой обыкновенной паранойи. Сплошное нарушение принципа Оккама, и ничего больше.

– Чудесно. Продолжайте, мой дорогой сэр Уинстон, продолжайте.

– Ваше величество, - Черчилль не отвёл глаз от взгляда короля.
– Я настаивал и продолжаю настаивать сейчас, чтобы леди Рэйчел ни во что не впутывали. И дело не только в том, что я доверяю графине, как женщине выдающихся достоинств.

– Да?
– удивился Эдуард.
– А я, кстати, слышал, что она…

– Это чепуха и глупые выдумки завистников, милорд.

– Хорошо, - легко согласился король и улыбнулся.
– Так что же?

– Я повторяю - всё это чистой воды шпиономания и паранойя. Конечно, не стоит уподобляться старому ослу Саймону и выдавать красному шпиону британский дипломатический паспорт…

– А это ещё что за история?!
– опешил король.

– О, это, в своём роде, замечательная история, милорд, - хмыкнул Черчилль.
– Сэр Джон, будучи главой Foreign Office, выдал дипломатический паспорт человеку, которого считал сыном британского аристократа, проживающего в Канаде. Как выяснилось в прошлом году, этот "аристократ" был вербовщиком из ГПУ. Конечно, мы не стали раздувать из этого большой скандал, а просто аннулировали паспорт. А мистер Гур - никакой не шпион. Вся история - сплошной любовный роман, и ничего больше.

– Что вы говорите, - вежливо улыбнулся Эдуард.
– Неужели?

– Это именно так, милорд. Я не скрою от вас: если бы я не наблюдал всё это своими глазами в процессе развития, я полностью разделил бы ваш скепсис. Однако - это именно любовный роман, милорд. Всё началось с гибели графа Дэйнборо. "Бристольский кредит" каким-то образом сумел завладеть имуществом графа, обманув бедную девочку, после чего ей пришлось буквально бороться за жизнь - и не только свою: у неё на руках остался этот мальчуган, её брат. Как я уже говорил, графиня - совершенно потрясающе обаятельное существо, само очарование. Благодаря её природному обаянию ей и удалось не только выжить, но даже в некотором роде крепко утвердиться на ногах. Ну, а потом - появился этот мистер Гур. Узнав о роли "Бристольского кредита", он решил его уничтожить, что и проделал с неподражаемым изяществом - действительно в стиле Робина Гуда. После чего уединился с графиней в поместье Мероув Парк - они даже в свете показывались всего несколько раз.

– А как же история с Ротшильдом?

– Это удивительное, уникальное, в своём роде, совпадение обстоятельств, милорд. "Бристольский кредит" был кошельком Ротшильда в его деятельности как резидента Коминтерна. Они действительно финансировали массу большевистских, - назовём это обтекаемо, - мероприятий здесь, в Британии. Что же касается фантастических успехов "Falcon Bank and Trust", то они, опять же, продиктованы исключительно личным обаянием леди Рэйчел. Что же касается этой самой "армии" - вряд ли можно назвать армией несколько десятков русских ветеранов, вся задача которых - развлекать юного графа Роуэрика и заменить ему кадетскую школу. Поверьте, милорд, их содержание обходится ничуть не дороже Итона. А то, что они числятся гражданами Андорры, это и вовсе - совершеннейший цирк.

– Какова вообще связь всего этого с Андоррой? Почему именно "Фалкон" их кредитует? Тоже случайность?

– Мир тесен, милорд, а земля - шар, - пожал плечами Черчилль.
– Этот самый князь Константин, авантюрист, безусловно, из авантюристов, - какой-то не то дальний родственник, не то старый, петербургский ещё знакомец нашего Гура. Вот и всё.

– Так просто?! Служба безопасности, сэр Уинстон.

– А, оставьте, милорд, - махнул рукой Черчилль.
– Это всё просто игра, и только. Упускать их из поля зрения, разумеется, не следует. Однако говорить об опасности, серьёзности - невозможно. Скорее, напротив. Пусть Синклер и наблюдает, только не очень демонстративно: всё-таки графиня совершенно ни в чём не замешана, зачем её волновать? У бедняжки и без нас хватает забот, да ещё она с ума просто сходит от беспокойства за этого парня: Советская Россия - не курорт, да и отправился он не на прогулку.