Чтение онлайн

— Это случилось два дня назад, госпожа… Он вернулся с визита к мастеру стеклодела. Говорил, что будет новое соглашение… что на этом производстве можно подняться… — голос её дрогнул. — А ночью почувствовал себя плохо. Умер к утру. Лекарь сказал: сердце. А госпожа мачеха…

— Да?

— Она сразу вызвала новых слуг. Половину прежних уволила. Сказала, что вы… что вы не в себе. Что вам надо покой. — Она опустила глаза. — Но дом… дом скучает. Все вас любили. Особенно старые люди. И кухня, и прачка. Они говорили, что вы не такая, как ваши сёстры. Тише. Добрей.

Сюзанна смотрела в потолок.

Стекло. Производство. Значит, было. Значит, осталось. А ей двадцать. И формально — она наследница.

Если мачеха не признает её сумасшедшей.

Если она не сломается.

Она не собиралась.

— Я голодна, Аннет. Принеси мне хлеб и воды. Только своей рукой. Никакой кухни.

Аннет кивнула и выбежала.

Сюзанна осталась в комнате. Тело болело, но сознание прояснялось.

Это была не сказка.

И не наказание.

Это был шанс. И она не собиралась его упустить.

Глава 3

В комнате пахло тёплым хлебом.

Аннет принесла корзинку и кувшин с водой, поставила их на край стола и внимательно наблюдала, как госпожа делает первый глоток.

— Безопасно, — сказала она, словно отвечая на незаданный вопрос. — Я сама пекла и сама набирала из колодца.

Сюзанна кивнула. Улыбнулась.

Она уже почти сидела. Голова всё ещё кружилась, тело было чужим, но разум — холодно и чётко — собирал мозаики.

Две сестры.

Мачеха. Розетт. Богатство. Производство. И визит поверенного.

По закону, она вступала в права наследства, как только достигала двадцати лет — а ей их исполнилось два дня назад. Смерть отца не могла быть случайностью.

Сюзанна задумалась, когда услышала шаги. Тонкие каблуки, стук по полу. Дверь чуть скрипнула — и впустила сладкий аромат ландышей, духов, дорогих и резких. Затем — их.

Первая вошла Розетт.

Высокая, худая, как натянутая струна, с вытянутым лицом и лобом, который казался ещё выше из-за аккуратно зачёсанных назад белокурых волос. Наряд — тёмно-бордовое платье из дорогой ткани, перехваченное серебристым корсетом с камнями. На ней всё кричало: «Власть. Деньги. Я — хозяйка».

За ней шли две дочери.

Старшая — Лилианна — рыжеволосая кукла с глазами, полными холода. Юбка с оборками, шнуровка на корсаже, кольцо с жемчугом. Её взгляд упал на Сюзанну, и уголок рта чуть дёрнулся: то ли разочарование, то ли скука.

Младшая — Миртилла — светленькая, невинная с виду, с длинной челкой и мечтательным выражением. На вид — паинька. Но Сюзанна уловила: именно эта и толкнула. Она была слишком тиха. Слишком мягка — как шелковый мешочек с острыми иголками внутри.

— Ах, дитя моё, — произнесла Розетт с тщательно отрепетированным сочувствием. — Ты всё-таки… пришла в себя. Какая… радость.

Голос у неё был тягучий, как патока. И такой же приторный.

— А ты, милая, и в самом деле чуть не ушла вслед за бедным отцом, — вставила Лилианна. — Мы так переживали. Не так ли, Мирт?

— Очень, — тихо сказала Миртилла. — Аннет нас не пускала.

— И правильно делала, — вмешалась Сюзанна спокойно. — Я не люблю фальшь у своей постели.

Мачеха чуть вздрогнула, но быстро натянула улыбку.

— Ну, теперь ты заговорила — значит, всё в порядке… — Она склонилась к служанке. — Аннет, иди, приготовь комнату для поверенного. Он будет сегодня вечером. Мы обсудим… дела. Формальности, понимаешь.

Аннет поклонилась. Но не ушла сразу. Осталась у двери, слушая.

Розетт подошла ближе, взяла Сюзанну за руку.

— Ты выглядишь такой… хрупкой. Может, тебе стоит принять отвар? Очень полезный, укрепляющий. Наш новый лекарь оставил специально для тебя.

— Нет, спасибо, — ответила Сюзанна. — Меня больше интересует чистая вода. А не чьи-то рецепты.

— Ну-ну… — губы мачехи дрогнули. — Всё равно пришлём. На всякий случай. Отказаться ты всё равно не сможешь, если почувствуешь слабость, верно?

И с этими словами она ушла. За ней — дочери.

Платья шуршали, запах духов оставался в комнате, как след яда.

– --

Когда дверь закрылась, Сюзанна опустила голову на подушку.

— Игра началась, — сказала она себе. — Теперь всё всерьёз.

Через минуту вернулась Аннет, бледная, встревоженная.

— Госпожа… — Она замялась. — Я… подслушала. Они велели добавить в отвар сок корня мориэллы. Это… вызывает помутнение. Отклики на свет, речь путается. Действует быстро.

— Значит, хотят показать меня неадекватной, — холодно сказала Сюзанна. — Чтобы получить опекунство. А потом — и всё остальное.

— Но я не дам! — воскликнула Аннет. — Я пролью его. Или разобью. Или скажу, что вы выпили. Всё, что прикажете.

Сюзанна впервые взглянула на неё по-настоящему. Эта девочка — молоденькая, хрупкая, со страхом в глазах — была единственным её щитом сейчас.

Но и мечом, если понадобится.

— Нет, Аннет. Мы скажем, что я выпила, — медленно ответила Сюзанна. — Но отваром будет обычный липовый настой. С мёдом.

А когда поверенный придёт… он увидит, что я вполне вменяема. И умею вести дела.

Она села, медленно, но твёрдо.

— У нас мало времени. Позови того, кому ещё можно доверять. И принеси мне зеркало. Я хочу посмотреть на ту, кто теперь будет хозяйкой этого дома.

Глава 4

— Значит, ты не помнишь… ничего? — тихо спросила Аннет, разливая воду в глиняную чашку.

Сюзанна медленно покачала головой.

— Ничего. Только… отрывки. Лица расплывчато. И странное чувство, будто я не здесь жила. Будто была кем-то другим.

— Может, вы и правда кем-то другим были… — прошептала служанка. Но тут же осеклась. — Простите, не подумайте дурного. Просто, вы такая… другая стали.

Сюзанна вздохнула.

— Может, я упала, а может… жизнь надоела. И кто-то сверху решил: давай начнём заново, но в другом теле.

Аннет кивнула, не споря. Она не всё понимала, но верила.

— Значит, я — Сюзанна де Ривенрок, двадцати лет, наследница стекольных мастерских… — проговорила героиня вслух, чтобы закрепить.