Чтение онлайн

Тенгиз не успел еще удивиться ночному посетителю, как тот выпалил:

– Здравствуйте, Тенгиз Лаврентьевич!! Можно к Вам?
– И тут же утвердительно: - У меня очень срочное дело.

То, что рассказал Тенгизу Шашков, оказалось без преувеличения самым важным пунктом, с которого начался распутываться клубок связанных событий. Внутри этого клубка, как иголка внутри яйца и утки из сказки о Кащее Бессмертном, лежала разгадка проблемы, мучившей Тенгиза, и свобода Сергея Романова. Кащей, правда, умер, не дождавшись, пока кто-нибудь сломает иглу...

– Нас просили не говорить нигде, что было с реактором незадолго до того, как на пульт ворвались террористы и до аварийного сигнала, - начал рассказ Шашков.

– Кто просил?

– Да все: и Паук, и Журавль, начальник смены, и Кузьмич приходил. И сам.

– Продолжай.

Не успел Женя кончить рассказ, как Тенгиз уже ходил взад-вперед по маленькой комнатушке своего домика, наступая на разбросанные по полу рубашки, тапки, пакеты.

– Вы слушаете меня?
– забеспокоился Женя.

– Да, да, конечно, говори.

Но Тенгиз, похоже, уже считал в уме варианты течения аварии, которая, судя по рассказу Жени, была...

– Ты мог бы заполучить копии записи хода мощности реактора за тот период времени, о котором ты говорил?
– спросил Тенгиз Женю, когда тот окончил рассказ фразой о быстром бегстве из зала управления фээсбэшников вместе с террористами после воя сирены.

– Они у меня с собой, и ход мощности и положение регулирующих блоков .

– Давай быстро, посмотрим.

– Вот тебе раз!
– неоднократно повторял Тенгиз, разглядывая графики параметров реактора, срисованные Женей от руки с экрана компьютера. Ненормальное поведение реактора началось уже задолго до аварии. Непосредственно перед аварийным импульсом была выведена реактивность, но аварийный импульс тем не менее последовал. Его амплитуда превышала номинал всего в пять с половиной раз - этого совсем недостаточно для повреждения зоны. Стало понятно, почему был выброс только легко испаряющегося металлического плутония из 9-ой камеры.

– Ну, что ты узрел, Тенгиз? - спросил Саша.

– Смотрите главное: за пару секунд перед аварийным импульсом кем-то немного, примерно на 3 миллиметра, был опущен один из регулирующих блоков. Если бы не это, импульс был бы раз в 100 выше номинала, - вот вам и второй Чернобыль!...

– Это мог бы сделать только я, с кресла оператора, но я был привязан к нему, - сообщил Женя.

– Это прекрасно! Значит, этим героем мог быть только Сергей, сделавший это с резервного пульта. Заметьте - тоже связанный.

– Но он мог подняться со стула...
– заметил Женя в своё оправдание.

– Ты - молоток, Женя, сейчас ты сделал не меньше, чем Сергей. Кстати, как ты добрался сюда ночью и почему ночью?

– Чтобы никто не видел... На велосипеде. Пост обошел по лесу. А вот кто сделал всё это?
– и он обвел пальцем линии графика с непонятным лихорадочным поведением мощности реактора за 10-12 минут до аварийного импульса, когда высота импульсов беспорядочно менялась.

– А в последние секунд 10 до аварии импульсы вообще пропали...
– добавил Саша.

– Видимо, перестал работать запускающий генератор, - предположил Тенгиз.
– Вот это-то и заметил Серега и сумел сообразить, что будет, если тот заработает.

– А где причина всей этой свистопляски? Кто мог устроить это?
– вопрошал Женя.
– Может быть, это сигнал, посланный инопланетянами?

Тенгиз хотел посмеяться, но раздумал:

– Нет, Женя, зачем тогда "всем", как ты сказал, скрывать, что было с реактором до того, как на пульт ворвались террористы и до аварийного сигнала?

– Что же тогда?

– Ребята, нет времени объяснять всё. Давайте доспим эту ночь, а рано утром я еду в институт. Вам же лучше отсиживаться в домике... Нет - безопаснее быть рядом с Андреем - он сейчас в усадьбе.

– А почему?
– удивился Женя.
– Кого нам бояться?

– Думаю, есть кого - не всех еще загрыз тигр.

– --------------------------------------------------------------

На самом деле, Тенгиз еще не понял причин странного поведения реактора. Отправив друзей спать в комнату (Жене он уступил свой диван), оставшуюся часть ночи он провел на застекленной веранде. Полная луна ярко освещала кухонный столик, за которым он долго сидел и вычислял возможное влияние на реактор плутония-238, накопленного преступной группой Пьера-Паука в девятой камере. Намаявшись с безрезультатными расчетами, Тенгиз лег спать прямо на большом сундуке, привезенном когда-то из Грузии в память о любимом деде.

Разбудило Тенгиза яркое утреннее солнце, светившее через все окна веранды. От окна к окну по веранде метались две бабочки "павлиний глаз", пытаясь вырваться наружу и насладиться сладким нектаром майских цветков. Они то порхали беспорядочно по комнате, то с разлету врезались в стекло, тщетно бились об него и, обмякнув, замирали со сложенными крылышками на узком подоконнике. Затем беспорядочные попытки обрести свободу повторялись. "Детерминированный хаос" - пришло на ум Тенгизу определение из динамики нелинейных систем, упомянутое два дня назад иностранцем в вопросе к нему, Тенгизу, после доклада на конференции. Об этом виде "хаоса" Тенгизу было известно только, что это особое состояние вполне определимой системы, когда ее параметры беспорядочно мечутся в промежутке между двумя крайними значениями. Одно из них может быть нулем, как скорость бабочки, когда она, уставшая, отдыхает на подоконнике. Или когда нет импульса реактора... Когда мощность реактора.... И Тенгиз вскочил с сундука, вспомнив графики Жени Шашкова. Возможно, установка была как раз в режиме детерминированного хаоса... Нет, определенно так! И Сергей нажал на кнопку сброса реактивности в момент нулевой мощности! И спас реактор! Иначе аварийный импульс был бы катастрофически большой!...В это время одна из бабочек набрала предельную скорость и так ударилась о стекло, что свалилась вниз и затихла. Авария. Тенгиз, взяв бабочек осторожно за сложенные крылышки, выпустил их на свободу через дверь. Он, наверное, впервые за эти пять дней был счастлив - ниточка событий, до сих пор плохо связанных причинно, будет распутана. Он знал теперь, что надо делать.

– --------------------------------------------------------------

Надо было просто узнать больше о нелинейной динамике и детерминированном хаосе. Раньше ему не приходилось заниматься подобной задачей. Не дожидаясь, когда проснутся друзья, и написав им записку с повторным напоминанием о необходимости быть осторожными, Тенгиз поспешил в город - Интернет еще не дошел до дачного кооператива. В дороге его застал звонок Андрея. Он сообщил Тенгизу предварительные данные радиационной разведки: во всех местах, где найдены следы заражения, наблюдали только альфа-активность. На вторую половину дня назначено экстренное закрытое совещание у генерала Федорова. Скорее всего, будет принято решение о временной эвакуации, и начнется она, вероятно, сегодня же вечером. Дачникам, безусловно, будет настоятельно предложено покинуть дачи до окончания дезактивации небольших пятен слабой активности, уже обнаруженной на дачной территории на границе с болотом "Смерть водяного". "Между прочим, и ты будешь вызван на совещание" - подчеркнул Андрей. "Неплохо было бы иметь, что сказать, и реабилитировать Сергея в глазах его коллег-реакторщиков", - подумал Тенгиз. И еще он подумал о том, что теперь придется делить свою городскую квартиру с Людмилой. Он думал о предстоящих бессонных ночах на раскладушке в кухне, с постоянным ощущением близкого присутствия привлекательной молодой женщины за стеной, в соседней комнате. Не будь она возлюбленной друга, все было бы проще...

Но Тенгизу, как это часто случалось, повезло. Обстоятельства сложились так, что несколько следующих ночей Тенгиз провел вдали от дома, вдали от Вязны.

А случилось так. Явившись с утра в библиотеку института и покопавшись в каталоге, Тенгиз заказал на абонементе несколько монографий по нелинейной динамике и детерминированному хаосу. Он был настолько захвачен азартом собаки-ищейки, что даже не отпустил ни одного комплимента девушке-библиотекарю, привлекательной блондинке с тонкой изящной фигуркой. Та мгновенно погасила возникшую было при появлении Тенгиза улыбку и, не торопясь, ушла в хранилище, Вернувшись, сообщила (Тенгизу показалось, что сделала она это с удовлетворенным чувством мести уязвленного самолюбия), что ни одного заказанного экземпляра нет.