Чтение онлайн

Она сглотнула, ничего не ответив.

Но и не отстранилась.

Казалось, мы оба подались навстречу друг другу, замерли, ожидая, что судьба решит всё за нас.

Так что я опустил голову и, вживаясь в образ случайного Бэтмена, сказал:

— Давай же, Бэтгерл.

— Ммм, – прошептала она, а затем её пальцы скользнули в мои волосы, притягивая мои губы к своим.

Время изменило свой ход, потому что всё вокруг сначала замедлилось, когда я ощутил её прикосновение, когда мои губы встретились с её. Каждая клеточка моего тела будто ожила, каждый волосок на коже встал дыбом, а осознание её присутствия заполнило меня целиком.

И тут всё рвануло.

И всё вышло из-под контроля.

Внезапно я вовлёк её в более глубокий поцелуй, ладони скользили по гладкой коже её лица, когда я крепко держал её. Я ощутил слабость, когда она наклонила голову и приоткрыла губы навстречу моим, а пальцы в моих волосах сжались, и её язык скользнул в мой рот. Я чувствовал немыслимый жар от того, как она провела языком, и я потерял голову, когда она издала нетерпеливый стон, оставил всю нерешительность позади.

Я забыл обо всём на свете – где мы находимся, как держать себя в руках, – и жадно целовал её, лихорадочно поглощая каждый поцелуй, который она мне дарила. Лиз была хозяйкой положения, её зубы сводили меня с ума, а её проворный язык согревал меня своим желанием, и казалось, что моя грудь сейчас разорвётся.

У меня сердечный приступ?

Она всегда целовалась как какая-то мифологическая богиня секса, требуя всё, но давая ещё больше, и, хвала небесам, это ничуть не изменилось.

Моё сердце бешено колотилось, и я думал только об одном: Лиз, это Лиз. Мои руки легли ей на талию, и я притянул её ближе к себе на этой крыше, обнял и крепче прижал её тело к своему – дом, дом, дом, дом, – пока я жадно целовал её сладкие губы, будто это было лакомство, которое я выпросил и был уверен, что больше никогда не получу. Мне хотелось держать её и никогда не отпускать. Я впитывал её, насыщаясь каждой её частичкой, пока её руки обнимали мои плечи, забирая всё, что она была готова отдать, и унося это в самые глубины моей души.

Её дыхание было сбивчивым, и мне это нравилось, потому что оно вторил моему. Я слышал шум улицы, но мне было наплевать на всё, кроме Лиз Баксбаум. В этот момент меня не остановил бы и стадион, полный священников.

Без преувеличений.

Не остановил бы.

Наслаждайтесь зрелищем, святые отцы.

Я открыл глаза, чтобы убедиться, что это и правда Лиз и она снова в моих объятиях. В ту же секунду её сияющие глаза распахнулись. Мы обменялись взглядами, полными вопросов, но не прекратили целоваться. Наши поцелуи стали медленными и тягучими, с поглаживанием языками и лёгкими укусами, и это было почему-то даже горячее, чем наши дикие и голодные поцелуи.

Всё это казалось мне таким знакомым – эти поцелуи украдкой, в тишине, как когда-то в её комнате в общежитии, в моей, или на пляже на закате – еще до того, как я потерял рассудок, а после и её навсегда.

Она моргнула, потом ещё раз, и между её бровями появилась маленькая морщинка. Я слегка отстранился и прошептал ей в губы: — Ты в порядке, Либ?

“Сьюзан, дело не в том, что ты ме не нравишься, в спокойные моменты, меня странным образом тянет к тебе, но, видишь ли, у нас не было спокойных моментов.”

— Воспитание крошки

Лиз

В порядке ли я?

Зависит от того, как на это взглянуть.

С одной стороны, меня бросало то в жар, то в холод, и я ощущала себя такой живой, как не чувствовала уже два года. Но, с другой стороны, меня мутило от одного взгляда на него, потому что всё это казалось ужасной ошибкой. Это красивое лицо было тем, что я представляла, пока лила слёзы.

И хоть он и не изменял мне, мой разум не мог избавиться от мысли, что он был причиной моей боли.

Боже, я что, и правда снова пытаюсь наступить на те же грабли?

Я идиотка, так?

Глупая, неисправимая идиотка.

Которой, впрочем, хотелось просто остаться здесь и продолжать ею быть.

Я кивнула, глядя в его карие глаза, и думала, как же мне почувствовать себя в безопасности. Он внимательно наблюдал за мной, его лицо ничего не выражало, а его пальцы тем временем поглаживали мою поясницу.

— Не могу поверить, что Отис теперь живёт с Майклом, – выпалила я.

Он слегка нахмурил брови, словно был сбит с толку моими словами.

Или они его расстроили.

Он, скорее всего, ждал, что мы поговорим после поцелуя, ведь мы явно не были просто Бэтменом и Бэтгерл с вечеринки, сколько бы ни пытались притворяться. Случайные супергерои так не целуются. Всё в этом поцелуе было как возвращение домой, как воссоединение, словно было заключено какое-то соглашение.

Этот поцелуй был как в романтическом фильме, где герой и героиня бегут навстречу друг другу, а музыка достигает своего пика.

Этот поцелуй был как кульминационная сцена, когда Элизабет Беннет говорит Дарси, что его руки холодные, и всё становиться ясно.

Этот поцелуй, Господи, помоги мне, был поцелуем-обещанием того, что герои наконец будут вместе.

Но никакого соглашения заключено не было, а я не была готова к разговору.

Потому что не знала, что чувствую и чего хочу.

— Ага, и он в восторге, – Уэс не отпускал меня, его пальцы впивались мне в поясницу. Его тёмные глаза смотрели так пристально, что, казалось, он видел мои мысли насквозь. — Мы только что поцеловались, Либ, – сказал он.

Я сглотнула и взглянула на ночной город, потому что не могла выдержать его взгляда. Когда я смотрела на Уэса, я терялась.

— Мы же притворялись, помнишь?

Он издал что-то похожее на стон.

— Перестань.

— Что? – беззаботно спросила я, будто это мелочь.

Будто этот поцелуй не устроил хаос в моей голове.

— Не говори мне «что?», – сказал он, с кривой улыбкой, но его голос был смертельно серьёзным. — Это не было притворством…

— Лиз? – донёсся голос Лео изнутри чердака.

— Я здесь! – крикнула я, резко отскочила от Уэса и неуклюже поднялась. Я пошатнулась на каблуках, но Уэс тут же протянул руку, чтобы удержать меня, и это показалось таким естественным.

— Ты точно в порядке? – тихо спросил он, не сводя с меня пристального взгляда.