Чтение онлайн

Спорт учит выдержке и самообладанию. Спорт учит правильно реагировать на неудачи. Спорт с его жесткими требованиями сохранять режим (вы понимаете, о чем речь?) наглядно показывает, чего стоит его нарушение. Приведу пример несколько архаический, но понятный. Не так давно штыковому бою учили при помощи чучела: ты его колешь, а оно тебя — нет. Так и в спорте: можно промахнуться, но обрести опыт. Будущая жизнь прома­шек не простит. Двигайтесь больше и разнообразнее — не пожалеете!

Прекрасные слова сказаны ведущим кардиологом на­шей страны академиком АМН СССР Игорем Константи­новичем Швацабая: «Когда слышу, что тот или иной человек занимается бегом, зарядкой, лыжами (не совсем, может быть, в соответствии со спортивными нормами и правилами), говорю: пусть занимается! Любая мышечная нагрузка — это великолепно, это замечательно! Глубоко убежден: никакие физические нагрузки, даже больному человеку (конечно, под контролем врача), не страшны, если они, во-первых, регулярны, а во-вторых, доставляют радость, делают его счастливым».

СКОЛЬКО МЫ ВЕСИМ? Все, что написано и рекомен­довано по вопросам питания, предполагает хорошо из­вестный адресат — это человек, которому уже пора решать проблему избыточного веса (фактор риска!). У него по­явилась возможность разнообразить питание и жить в размеренном ритме. К его услугам — нескончаемый поток рекомендаций. Молодым еще вроде бы рано думать о фор­мировании Здорового Образа Жизни. Ограничения, нару­шения, забвение простых истин, помноженные на обеща­ния болезней желудка... Но ведь неизвестно, когда они еще будут — и будут ли вообще? Как быть молодым?

Попробую вспомнить себя в этом возрасте. Начинал учиться в университете и, больше озабоченный проблема­ми римского права, на аппетит внимания не обращал. Но стоило перейти в институт физкультуры (ежедневно заня­тия по двум, а то и по трем видам спорта + тренировки по бегу), как сразу стал испытывать голод. В день получения стипендии восемь вторых блюд в институтской столовой — это личный рекорд. И ничего, все было нормально, и вес держался в пределах, о каких сегодня даже трудно меч­тать. Неужто такое было возможно? Молодой организм растет: словно стебель, выбиваясь из-под камня разумных наставлений, он тянется вверх и требует: «Дай!». Обуздать аппетит молодых, создав им идеальный режим с юных лет, — дело трудное. Да и надо ли это? Так и слышится чей-то голос: «А пошли вы со своими калориями...»

Не обижаясь, смиренно выслушиваю это напутствие и иду — за советом к специалистам... Разбираюсь, а потом, отыскав необходимые сведения, осторожно даю рекомен­дации. Осторожно, поскольку меня ожидают молодые читатели, для которых понятие «молодецкий аппетит» — великое благо!

Интерес к проблеме питания на страницах газет и журналов резко возрос, особенно в последние года (1985— 1988) — настоящий шторм. Набирая силу, один за дру­гим следуют девять валов, если так позволительно назвать заголовки статей. Из них можно составить увлекательное пособие, и если перечитывать его изредка, то можно даже получить некоторую пользу. К чему же хотят привлечь наше внимание?

«Не в меру еда — болезни, беда», «Если хочешь поху­деть?» (многократно!), «Ограничение калорийности пита­ния — ключ к долголетию», «И никаких себе поблажек», «Как я потерял два пуда», «У вас лишний вес? Бегайте!» «Этот коварный аппетит», «Есть такое средство — воля человека», «Начинаем худеть» (неоднократно), «Что там в поваренной книге?», «Опасные спутники лишнего веса», «Норма веса», «Математика похудания или монодиета», «Тучность можно преодолеть», «Сверяйте жизнь по весам», «Расчет рациона без формул и арифмометра», «О еде меж­ду едой», «Ожирение и суставы», «Можно ли управлять аппетитом», «Кулинария — ключ к здоровью», «О рацио­нальном питании», «Самоконтроль для желающих поху­деть», «Про свеклу, кочерыжку и прочее», «Этот вредный лишний вес», «Призрачная погоня за идеальным весом» (наконец-то! Кто же это такой разумный? Конечно, жен­щина!), «Всегда ли вкусное полезно», «Излишество — наш враг», «Тоньше талия — длиннее жизнь», «Модная диета — самый надежный рецепт для желающих здоровья и долго­летия», «О вкусном, которое вредно», «Азбука рациональ­ного питания», «Безобидна ли разгрузка», «Сахар глазами кардиолога».

И еще, еще, еще... Без сомнений, если выстроить эти истины в нужном порядке, можно не читать сами статьи. Но никто из авторов пока не сказал лучше Гиппократа: «Принимать пищу более обильную, чем позволяет сложе­ние, это производить болезнь...» Ему вторит Пифагор: «Никто не должен преступать меры ни в пище, ни в питии». С тех пор прошли тысячи лет, но проблема остается. Как видите, все не так просто.

Но вот что удивительно: некоторые из тех, кто реко­мендует есть совсем мало и придерживаются этого прин­ципа, оказываясь в гостях (почему-то именно в гостях!), забывают о нем. Об одном из таких пророков голодания, сидящем за чужим столом, журналист, забыв о своем пре­дыдущем восхищении его волей, написал: «Он ел, как Го­лиаф».

Неужто организм не терпит самоуправства и карает именно тогда, когда не желательно? У меня тоже есть такой же знакомый. Он тоже голодает дома, но если вы­падает честь оказаться с ним рядом за чужим столом, то сам рискуешь уйти голодным. Видеть это неприятно.

И вновь о молодых. Ребята вырастают в одном режиме, а приходят в армию и переходят совершенно на другой режим, другую калорийность питания. Несмотря на то, что созданы сложнейшие теории об управлении аппетитом и образованием жировых клеток, правило «легче набрать, чем потерять» остается неизменным. Уже давно подмече­но: юноша в армии сначала худеет, потом поправляется и, достигнув оптимального веса, возвращается в гражданскую жизнь.

Когда сын ушел в армию, мы выбрались к нему в гости к концу первого года службы. Привезли чемодан пирогов (на весь взвод!), заполучили его, единственного, за ворота и стали совать вкусненькое. А он не ест! За время службы привык на солдатских харчах и вполне довольствуется малым. Наоборот, даже утверждает: чувство постоянного недоедания — прекрасно! Появилось много энергии, не­ожиданные творческие способности. Ранее неспособный — начал рисовать плакаты, ранее молчаливый — начал вы­ступать на собраниях и избран комсоргом роты. Чудеса да и только! Еще раз съездили, опять привезли чемодан — ел мало (хотя, без сомнения, пироги вряд ли зачерствели в его взводе)...

Как известно, последним толстым солдатом был Йозеф Швейк. Точнее, он был упитанным, что при его образе жизни вполне оправданно. Сейчас ни упитанных, ни тем более толстых солдат почти не встретишь. Почему же через несколько лет после демобилизации они начинают набирать вес? Может быть, едят не то, что положено? Или мало двигаются? Сначала пухлый десятиклассник, ото­рванный от материнской юбки, становится бравым солдатом, но возвращаясь в отчий дом, с лихвой наверстывает упущенное.

Любые проценты в нашей стране — результат подсчета на миллионы. Сначала миллионы молодых и здоровых, после миллионы полных, затем сотни тысяч больных.

Что делать? Как питаться? На этот счет есть много разумных советов. С одной стороны — «молодецкий аппе­тит», с другой — довольствование малым.

Одно из практических наблюдений времен учебы в ин­ституте физкультуры. Борцам и боксерам постоянно надо удерживать вес! Я тренировался много, но ни в чем себя не ограничивал. Тренируясь также помногу, в еде они посто­янно сдерживали себя. Время шло. На традиционной встрече выпускников нас все равно можно разделить: по одну сторону — разбухшие (вроде меня) и по другую — они, стройные, с младых лет довольствовавшиеся тем, что им отпускала суровая спортивная судьба. Мудрость тех лет сохранять вес в норме не только сформировала их взгляды на оптимальную достаточность питания, но стала для них твердым правилом на всю последующую жизнь.

Через много лет я нашел два интересных высказывания на одну и ту же тему. Многократный олимпийский чемпи­он по бегу Пааво Нурми сказал: «Хороший бегун должен быть немного голоден». Мысль показалась спорной, и ее можно рассматривать как предложение более настойчиво стремиться к вершинам и больше тренироваться. Позже я прочел рекомендации известного врача Эрнста ван Аакена: бегать (тренироваться!) с некоторым ощущением голода, ограничивая рацион 2000 калориями в день. К сожалению, мы еще не полюбили статистику и не можем представить на всеобщее обозрение портрет среднего допризывника, портрет среднего солдата, портрет воина запаса через пять, десять и т. д. лет после демобилизации. И это не стремление развлечь читателя, а желание реально знать тот этап жизни, где помимо возрастных изменений учиты­ваются и социальные условия жизни, какими можно управлять. В различной степени, с разной эффективно­стью — но можно и нужно.