Чтение онлайн

Апрель медленно повернулась ко мне.

– Ты серьезно? – Она обвела пальцем комнату.

Я пожала плечами:

– Она дешевая.

– Это крысиная нора. – Она брезгливо скривила губы, когда заметила пятно плесени на потолке. – Ты не можешь здесь оставаться.

– Это только на несколько дней.

– Провести час в этой комнате – уже слишком много.

– Это был единственный мотель, который я могла себе позволить. – Я села на кровать, сняла мокрые ботинки и вытянула ноги.

– Ты могла бы еще на несколько дней остаться у нас.

Я покачала головой:

– Нет, не могла бы.

– Это не помешало бы Луке.

– Он хотел, чтобы я ушла, – тихо возразила я.

Но даже если бы он предложил мне дальше жить у него, я бы не хотела остаться: там все напоминало бы мне о проведенном вместе времени. При виде дивана я бы думала о том Хеллоуине. Плита напоминала бы мне о нашем первом поцелуе. А на балконе я бы думала о его дне рождения и селфи, которое он удалил из своего аккаунта в Инстаграме.

– Я уверена, что ты неправильно его поняла.

Я фыркнула:

– Для меня его «исчезни» было совершенно ясно.

Апрель наклонила голову.

– Он так не думал.

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю это, потому что он чувствует себя подавленным. – Апрель вздохнула и потерла лоб. – Он бы меня убил, если бы узнал, что я тебе сказала, но он скверно себя чувствует из-за тебя. Лука пытается скрыть это и избегает меня, так как я вижу его насквозь. Он скучает по тебе, Сага.

И я скучаю по нему. Я зажмурилась и еще раз покачала головой.

– Это еще одна причина не вселяться к вам снова. Если мы будем видеться каждый день, это лишь ухудшит ситуацию.

Апрель скривила губы. Я была права, и она знала это.

– Кроме того, я уже ищу новую квартиру. Как раз вернулась с осмотра.

– Ты сейчас неспроста меняешь тему, – сказала Апрель и опустилась на кровать рядом со мной, при этом она села на самый край, словно хотела избежать контакта с простыней.

– Я не меняю тему. Ты недовольна моей жилищной ситуацией, и я рассказываю тебе, что скоро, наверно, она изменится.

Апрель закатила глаза:

– Ты такая же больная, как Лука. Почему вы не можете просто поговорить о своем чувстве? Это не запрещено.

– Нет, но говорить не о чем. Мы расстались. Конец истории, – упорствовала я, поспешно вытерев слезу в уголке глаза. Если бы я позволила Апрель и дальше говорить со мной о Луке, я бы снова заплакала и тогда нас бы вынесло волной слез из этой комнаты, как в книге «Алиса в стране чудес». – А мотель не такой уж и плохой.

– Здесь воняет дымом и залежалой китайской едой. – Она наморщила нос и еще раз осмотрелась. – Кроме того, я заметила, что кровать неудобная.

– К этому можно привыкнуть.

– Но не нужно.

Не отвечая, я посмотрела на Апрель. Чего она ждала от меня? Мне надо опустошить свой счет, чтобы выкинуть деньги на мотель получше? Или мучить себя и Луку, снова ночуя у них на диване?

В эту ночь я не могла заснуть. Воспоминания о Луке, беспокойство из-за новой квартиры и шум из соседних комнат не давали заснуть. Я переворачивалась с боку на бок, откидывала одеяло, чтобы через несколько минут снова натянуть его на голову. И каждый раз, когда была близка к тому, чтобы заснуть, я слышала голос Луки. Не холодный и злой, как во время последнего разговора, а теплый и нежный, как в нашу совместную ночь. Мне недоставало его близости, и хотя я была под одеялом, кровать внезапно показалась мне холодной и пустой. Я перевернулась на спину и попыталась думать о чем-нибудь другом, и первым, что пришло в голову, была новогодняя вечеринка у Аарона. Я была не особенно заинтересована в ней, но, по крайней мере, могла бы провести вечер с Апрель. Кроме того, это отвлекло бы меня от мыслей о Луке.

Луке, которого я не видела уже пять дней.

Луке, чьи поцелуи я все еще чувствовала на коже.

Луке, чье выражение лица в момент, когда я сказала, что мне претит проведенное вместе время, я никогда не забуду.

Черт! Я снова думаю о нем.

Я нащупала телефон. Три часа сорок семь минут. Слишком рано для подъема, но я не могла больше ни минуты лежать и думать о Луке.

Я включила настольную лампу и встала. Короткого кругового обзора комнаты было достаточно, чтобы ясно показать, как ограничены здесь мои возможности. Я включила телевизор, экран, мерцая, ожил и начал показывать мне бессмысленную рекламу бигуди, эпилятора и электронных кухонных приборов, которые можно выгодно купить, если позвонить прямо сейчас на очень дорогую горячую линию. Боже, как мне недоставало моих украшений! В следующий раз, когда буду говорить с Апрель, надо напомнить, чтобы она занесла мне мои вещи. Однако звук телевизора выполнил свою функцию, отвлекая меня от мыслей о Луке, пока я наконец не заснула во время рекламы пищевых контейнеров.

На следующее утро я отправилась в город как можно раньше, чтобы последний раз в этом году проверить почту.

Вместо Коннора за стойкой сегодня стояла молодая женщина. Я снова заказала горячий шоколад и села в качестве единственного посетителя в задней части кафе. Из хозяев двенадцати квартир, данные которых я вчера записала, отозвались лишь шесть, и пять сообщений содержали отказ. Я была не очень разочарована, так как вопреки доводам рассудка возлагала надежду на Оливию. Я очень хотела переехать к ней. Не только потому, что мы хорошо понимали друг друга. Квартира имела прекрасное расположение по отношению к кампусу, а маленькая комната стоила на двадцать пять долларов меньше, чем я определила для себя. Чего еще желать?

Я ответила на единственное письмо с приглашением и дала свой номер телефона, чтобы можно было договориться о дате осмотра квартиры в новом году. Потом я покликала по страницам в поиске самых новых объявлений, но между праздничными днями их было немного. Напоследок решила проверить сайт университета Мелвью. Нервничая, я открыла страницу с оценками и облегченно вздохнула, когда прочитала рядом со своей фамилией в разделе социальных наук слово Зачет. Некоторые другие курсы я тоже закончила, правда, с довольно низкими оценками, но это не имело для меня значения в этот момент. Лишь результат экзамена по психологии еще отсутствовал, хотя, учитывая объем вопросов профессора Эриксена, меня это не удивило. Я все еще сомневалась, что смогла сдать экзамен, однако, пока не увидела это написанным черным по белому, не хотела ломать над этим голову. От беспокойства не станет лучше.

Я закончила работу за компьютером быстрее, чем ожидала. Заплатила за полчаса пользования Интернетом и отправилась назад в мотель, чтобы подождать Апрель, которая хотела забрать меня на вечеринку Аарона.

Я приняла душ и достала вещи, которые планировала надеть на Рождество с родителями Луки. Черная блузка с золотой застежкой на воротнике и черные джинсы. Хотя мы будем в компании своих, я хотела выглядеть хорошо и была полна решимости наслаждаться этим вечером, а не рефлексировать по поводу того, что у меня не будет новогоднего поцелуя Луки.

Я сидела на кровати и переключала каналы, которые, казалось, транслировали сегодня исключительно ретроспективы лучших программ, когда раздался стук в дверь.

– Один момент! – крикнула я, вскочила и открыла замок.

– Привет, – сказала Апрель и обняла меня.

Подобно мне она приложила заметно больше усилий при выборе одежды, чем это было необходимо для расслабленного вечера у Аарона. Я не могла увидеть, что у нее под курткой, но серые брюки широкого покроя выглядели довольно элегантно, как и ее высокая прическа.