Небесная битва
Шрифт:
Но она колебалась.
Это было недолгим, едва заметным, но я уловил это. И я отстранился прежде, чем она смогла.
Потому что нерешительность означала сомнение.
И если бы я поцеловал ее, если бы пересек эту черту, мне нужно, чтобы она была уверена.
Теперь, несколько дней спустя, это было единственное, о чем я мог думать.
Я сжал челюсти, заставляя себя сосредоточиться, но воспоминание о ней жгло, как клеймо.
Телефон Тревора зазвонил на столе, разорвав тишину. Он взглянул на экран и ответил, не поднимая глаз. — Кали?
Последовала пауза.
— Попробуй еще раз.
Голос принадлежал не ей.
Это был голос мужчины. Низкий. Обдуманный. Резкий.
В моей груди медленно разливался ледяной холод.
Тревор напрягся. Мои пальцы сжались в кулаки.
— Тао? — Голос Тревора был ровным, контролируемым, но под маской звучала смертельная ярость.
Я уже знал ответ. Мы все знали.
Тао был одним из солдат Тревора в течение многих лет – надежный, тихий, ничем не примечательный. Человек, который слишком хорошо вписывался в окружение. Такой человек, которого ты не замечал, пока не становилось слишком поздно.
— Если хочешь увидеть свою сестру живой, — мягко сказал Тао, — слушай внимательно.
Воздух в комнате стал острым, как бритва.
Мое сердце сильно забилось. Костяшки пальцев Тревора, сжимавших телефон, побелели. Мое зрение расширилось, мое тело уже смещалось вперед, уже двигалось.
— Ты не причинишь ей вреда. — В голосе Тревора теперь было что-то смертельно опасное. Факт, а не вопрос.
— Это зависит от тебя. — Голос Тао был неторопливым, спокойным. Человек, который знал, что держит ситуацию под контролем. — У тебя есть час, чтобы добраться до Кровавого дракона в Чайнатаун. Принеси пятьдесят миллионов. Наличными. Все сотни.
Мой мозг приступил к подсчетам. Пятьдесят миллионов. Это была не настоящая игра. Дело было не только в деньгах.
Речь шла о рычагах воздействия. Власти. Предательстве.
Тао работал не один.
Мой взгляд метнулся к Тревору. Его лицо было непроницаемым, замкнутым, но я знал, что скрывалось под ним.
Ярость.
И тогда Тао нанес последний удар.
— Если ты этого не сделаешь... — Небольшая пауза. Ухмылка в его тоне. — Ты найдешь ее разорванной на куски. Часы тикают.
Линия оборвалась.
На мгновение тишина стала удушающей.
Тревор медленно опустил телефон, уставившись в неподвижную точку на столе. Между нами возникла тяжесть.
Предательство.
Крыса.
Наказание.
Затем Тревор встал, натягивая пиджак, и я уже двинулся в путь.
Я схватил свой пистолет из ящика стола. Вставил магазин в патронник. Просчитываю все возможные варианты – стратегию Тао, реальных игроков, стоящих за ним, где сейчас Кали и что они с ней делают.
Потому что я знал, что происходит с женщинами, когда их забирают такие мужчины, как Тао.
Я не собирался позволить этому случиться.
Тревор резко повернулся к Наталье. — Нет. Ты не пойдешь.
— Прошу прощения?
Выражение лица Тревора было суровым.
— Я принесу оружие.
Я не стал ждать ответа. Не смотрел на Тревора. Я уже двигался, каждый шаг был размеренным, контролируемым – с трудом.
Внутри я был кем угодно, только не спокойным.
Кали.
Это имя пульсировало в моем черепе, обжигающе горячее, запечатлеваясь в каждой мысли, в каждом вздохе. Она была где-то там, в Чайнатауне, в руках мужчин, которые не заслуживали дышать с ней одним воздухом.
Мужчины, которые думали, что могут прикоснуться к ней. Удержать ее. Причинить ей боль.
Мои пальцы сжались в кулаки по бокам, когда я зашагал к оружейному складу, мой пульс отбивал медленный, смертоносный барабанный бой. Воздух на складе казался гуще, тяжелее. Он прилипал к моей коже, как дым, давя на поднимающийся ад в моей груди.
Тао.
Я должен был это предвидеть. Должен был вынюхать крысу задолго до того, как он зашел так далеко. Я потратил годы, отсеивая предателей, устраняя слабые звенья, прежде чем они превращались в угрозу. Но эта ускользнула. И теперь он думал, что может дотронуться до нее?
Острая, холодная ярость проникла в мои кости. Та, что не перегорала. Та, что заканчивалась только кровью.
Я двигался быстрее. Вес моего пистолета в руке был знакомым, но этого было недостаточно. Мне нужно было больше.
Мне нужно было разорвать на части каждого ублюдка, который приложил к этому руку.
Тао хотел получить пятьдесят миллионов за час.
Он не получит ни единого гребаного цента.
То, что он получит, будет пулей между глаз, и последнее, что он увидит перед смертью, будет мое лицо.
Я крепче сжал пистолет, когда добрался до оружейного хранилища.
У них был один час.
В задней комнате пахло сигаретным дымом и дешевым одеколоном. У меня болели запястья в тех местах, где веревка впивалась в кожу, натирая ее до крови. Кровь шумела у меня в ушах, но я старалась дышать ровно. Я не могла позволить им увидеть страх.
Тао стоял напротив меня, скрестив руки на груди, как будто в его распоряжении было все время мира. По бокам от него стояли трое мужчин, их позы были расслабленными, но не небрежными. Тот тип мужчин, которые делали это раньше.
Я слегка пошевелилась, проверяя прочность своих оков. Мои пальцы дернулись, фиксируя каждое ощущение, каждую слабую точку. Металлический столб позади меня был прохладным, касался моей спины, заземляя. Если бы я только могла...
Дверь со скрипом отворилась. Внутрь вошел мужчина с напряженными плечами и напряженным выражением лица. — Они здесь.
Тао выпрямился. — Один?
Мужчина покачал головой. — Тревор привел солдата и девушку Моретти.
Наталья.
Нет.
Тао цокнул себе под нос, медленная ухмылка тронула его губы. — Две птицы одним выстрелом.
Он снова перевел взгляд на меня, подходя ближе, медленно и обдуманно. У меня по коже побежали мурашки.
— Твои рыцари в сияющих доспехах, — Его голос низкий, насмешливый. — Всегда спешат спасти маленькую принцессу. — Его пальцы призрачно скользнули по моей челюсти, и я заставила себя не вздрогнуть. — Но на этот раз? — Его голос помрачнел. — Они все заплатят.