Чтение онлайн

Впрочем, и эти данные далеко не полные.

А теперь о другой стороне вопроса. Предоставим слово Ю. Веселковскому:

Деньги, согласитесь, немалые. Но в данном случае хотелось бы сделать акцент не на суммах, а на тех деятелях, которые помогали отрядам Армии Крайовой убивать белорусов.

Сегодня многие историки и публицисты, опираясь на польские исторические источники, пытаются представить дело так, что Армия Крайова вела активную борьбу с фашизмом{274}. И как аргумент приводят воспоминания неоднократно упомянутого нами Я. Правдиц-Шляцкого, который, в частности, пишет, что с 1.01.1942 г. по июль 1944 г. его подчиненные в Новогрудском округе провели 102 боя против немцев{275}.

Однако надо заметить, приведенная здесь цифра вызывает самые серьезные сомнения. Документально, например, подтверждено всего несколько десятков локальных операций. Например, налеты на гарнизоны в Юстишках, Щучине, Радуне. Сошлемся на следующие факты. Правдиц-Шляцкий перечисляет все населенные пункты, у которых проходили бои, засады, диверсии, некоторые места — с указанием точной даты акции. Отмечается, например, что 3-й батальон АК провел операцию в Станкевичах, 7-й батальон — в Скрибцах. Однако белорусский журналист Е. Семашко, исследовавший деятельность АК в Беларуси, утверждает, что «в то время здесь не прозвучал ни один выстрел, никто не слышал про какие-нибудь столкновения с немцами»{276}. Щучин в книге отставного аковца в этом контексте упоминается трижды. Но доподлинно известно, что настоящая боевая операция против нацистов, в ходе которой погибло 43 солдата АК, была только одна{277}.

Считается, что самой крупной военной акцией АК в то время было взятие местечка Жодишки. В бою аковцами было уничтожено много белорусских полицейских. Но не только. Так, видимо, между делом ими были убиты жена и двое детей коменданта полиции В. Каркоза и довоенный белорусский католический деятель Т. Тризна, которого застрелили в постели {278} .

Подытоживая все вышесказанное, резюмируем: в рассматриваемый период [71] Армия Крайова, солдат которой сегодня пытаются признать ветеранами Второй мировой войны [72] , активных боевых действий с немецко-фашистскими захватчиками не вела. Говорить о контактах отрядов АК с советскими партизанами тоже не приходится. Хотя бы по той причине, что советское партизанское движение на территории Барановичской области заявило о себе только в конце весны 1943 года. Главным препятствием на пути к объединению усилий АК и групп советского сопротивления, были глубокие идеологические и политические разногласия. С разрывом дипломатических отношений между польским эмигрантским правительством и СССР 25 апреля 1943 г. противоречия эти еще более обострились {279} .

Суровая реальность — насилие и бесчеловечность по отношению к евреям — вынудила узников 38 гетто Барановичской области определить свое отношение к оккупационным властям, разработать свою стратегию и политику в сложных условиях.

Казалось, евреи были обречены. Захватчики сделали для этого все, что было в их силах, и уверовали в то, что у евреев остался один выход — смерть. Но они ошиблись. Евреи, несмотря на крайне тяжелое положение, все же попытались оказывать сопротивление. Они с первых дней советско-немецкой войны поднялись на борьбу против нацистских поработителей. Еврейское сопротивление носило самый разнообразный характер: от невыполнения распоряжений до активной вооруженной борьбы, участие в которой принимали мужчины, женщины, старики, дети — все обитатели гетто.

Нам удалось найти немногочисленные сведения только об 11 подпольных организациях, действующих в гетто Барановичской области (заметим, их было намного больше).

Таблица № 53. РУКОВОДИТЕЛИ ЕВРЕЙСКОГО СОПРОТИВЛЕНИЯ БАРАНОВИЧСКОЙ ОБЛАСТИ (1941–1943) [73] .

Источники: Шерман Б. …И ужаснулась земля. Барановичи, 1990. С. 35–38; Мышанка Д. Кому жить и кому умереть… Тель-Авив, 2002. С. 53–135; Коган Дж., Коген Д. Як мы перажылі Халакост з яўрэйскім партызанскім атрадам у Беларусі. Мінск, 1999. С. 97–102; Перадайте об этом детям вашим…: История Холокоста в Европе 1933–1945. Москва 2001. С. 92; Памяць: Гіст. — дакум. хроніка Нясвіжскага раёна. Мінск, 2001. С. 242–243; Левин В., Мельцер Д. Черная книга с красными страницами: (Трагедия и героизм евреев Белоруссии). Балтимор, 2005. С. 118, 242, 306, 450–453, 553, 554.

Барановичское гетто. 20 декабря 1941 г. молодой врач Абрам Яковлевич Абрамовский, заручившись поддержкой единомышленников, создает подпольную группу {280} . Обладая незаурядными организаторскими способностями, Абрамовский на первом заседании поставил вопрос о кассе взаимопомощи: многие узники нуждались в предметах первой необходимости, у некоторых не оказалось постельного белья или оно пришло в негодность; нужно было добывать медикаменты, продовольствие, дрова. Чтобы воплотить эти цели в жизнь, следовало собрать команду инициативных и смелых людей. Так появилась подпольная боевая дружина из шести человек [74] . Возглавил ее Абрамовский. Для него не существовало понятий «трудно» или «невозможно». В невероятных условиях гетто Абрамовский, не зная даже азов конспирации, сумел организовать стройную и боеспособную подпольную организацию, о существовании которой знали лишь единицы. Боевая дружина состояла из троек (групп). Старший тройки получал задание и знал только одного человека из подпольного штаба. Нелегальная сеть гетто решала следующие задачи: 1) накопление оружия, боеприпасов и медикаментов; 2) установление контактов с группами и отрядами сопротивления, действующими за пределами гетто; 3) организация побегов; 4) подготовка вооруженного восстания.

Начали со сбора оружия. Оно добывалось тремя путями: 1) скупкой у нацистов, полицейских и местного населения; 2) похищалось в немецких воинских частях; 3) изготавливалось в лагерных мастерских. Оружейный вопрос курировали группы во главе с Э. Хотя, П. Ясиновским, Д. Колпеницким, Л. Белой, М. Зильберманом, Я. Круглецким, М. Вегнером, братьями Аркадием и Матвеем Липниками, Г. Браславом, Л. Лидовским, братьями Столярами, С. Родкопом.

Еврейская предприимчивость, о которой представители других национальностей судачат уже целыми столетиями, это не что иное, как естественная реакция народа на далеко не идеальные условия его существования. Пригодилась она и в кровавые 40-е гг. ХХ ст. Обитатели Барановичского гетто сдаваться без боя не собирались. Изучив рынок оружия, они стали запасаться. 50 штук патронов, например, можно было приобрести за 50 немецких марок{281}. Первыми, кому удалось доставить в гетто оружие — ручной пулемет, два нагана и десяток гранат, — были братья Столяры{282}. В феврале 1942 г. они пронесли на территорию лагеря 78 винтовок, 3 тыс. патронов, 12 ручных гранат. Группа С. Родкопа доставила партию оружия, похитив его в немецкой части «Feldzug-B», личный состав которой, в т. ч. и узники гетто, занимались сборкой и сортировкой трофейного советского оружия. Приобретением оружия занимался и подпольный молодежный кружок Копелевича, организационно оформившийся в начале 1942 г.

В гетто насчитывалось более 10 складов оружия. Наиболее крупный находился на чердаке еврейской больницы: 70 винтовок, 10 ящиков патронов и гранат, автомат ППД. Второй, в котором хранились гранаты, — размещался в доме Ляховицкого по улице Садовой {283} .

Помимо сбора оружия, штаб боевой дружины готовил и осуществлял побеги, которые, правда, не всегда заканчивались удачно. Так в сентябре 1942 г. нацисты, узнав о подготовке к побегу, ввели в гетто крупные карательные подразделения и, со слов очевидцев, «учинили кровавую расправу. Узников забрасывали гранатами, расстреливали из автоматов. Совершить побег удалось немногим» {284} . Наиболее удачно в этом направлении действовала группа И. Медреша, ей удалось в том же сентябре вывести из гетто 30 человек, а в начале декабря — еще 25 [75] . Штаб боевой дружины определил пункты сбора и переправки в лес лиц, бежавших из гетто: 1) деревня Святица Ляховичского района; 2) д. Плотники Пинского района; 3) д. Великие Луки, Щербово, Грабовец Новомышского района {285} .

В сентябре 1942 г. подпольщики, оповещенные о готовящейся последней акции по уничтожению гетто, подготовили восстание. План состоял из следующих пунктов: 1) осуществление взрыва здания гебитскомиссариата с целью отвлечь нацистский гарнизон; 2) поджог гетто. Пожар, считали в штабе, обеспечивал возможность выхода из лагеря. По плану, разработанному в гетто, курьеры установили связь с командирами еврейских партизанских отрядов И. Ройтманом и Шерешевским, базой которых являлась территория Пинской и Барановичской областей. Бойцы отрядов, скрытно обойдя немецкие посты и засады, проникли в город и, затаившись, стали ждать команды. Но этот план был сорван, видимо, из-за предательства… Партизаны вынуждены были «принять бой с карателями на подступах к лагерю, и в неравном бою все погибли»{286}.

Поздней осенью 43-го, когда гетто не стало, около 40 еврейских мастеровых, содержащихся в здании СД, «бежали через прокопанный ими тоннель. Остальных, примерно 60 человек, перевели в Колдычевский концлагерь» {287} . Побегом руководил Иосиф Белоскурник {288} .

Концлагерь Колдычево. Еврейская подпольная группа, руководителем которой являлся Р. Фридман, создана 25 июня 1943 г. Известно, что в состав группы входили Д. Коцман [76] , С. Бреслав. Подпольщикам удалось 24 марта 1944 г. совершить побег. Спасся 91 узник {289} . И это был далеко не единственный побег. Достоверно известно о судьбе 300 узников лагеря — бывших обитателей гетто, — совершивших побег и пополнивших ряды сопротивления.