Чтение онлайн

— Сердце, которому вздумалось полюбить, порой играет со своим владельцем злые шутки, — серьезно сказала Дис. — А Торин любит тебя. И ждет, хотя имеет право взять тебя в жены и без твоего согласия. Эмин, он молчит почти год, потому, что не хочет тебя ни к чему принуждать. Дай ему шанс. Мой брат заслужил немного счастья.

Гермиона чувствовала, что ее успевший стать привычным мир рушится. Она закрыла пылающее лицо руками и неожиданно для себя разразилась слезами. Дис вздохнула. Приподняла пальцем ее подбородок, очень внимательно заглянув в глаза.

— Вы оба очень упрямы, — сказала она. — Послушай меня. Не произошло ничего, что стоило бы таких горьких слез. Все женщины выходят замуж.

Гермиона перестала реветь и уставилась на нее круглыми от изумления глазами.

— За. замуж? Дис, я не могу выйти замуж! Мне семнадцать лет! В таком возрасте, девушки в моем мире учатся в школе, покупают сахарные перья в Сладком Королевстве...ходят с парнями за руку... Потом они поступают в университеты, работают... — лепетала она.

— Ты больше не в своем мире, — строго осекла ее гномиха. — Все вокруг считают тебя одной из наших женщин. А наша жизнь подчиняется другим законам. — она мягко улыбнулась, видя как заплескалась паника в глазах перепуганной девушки. — Неужели все так плохо?

Гермиона нервно сглотнула, пытаясь успокоиться и прислушиваясь к себе. И внезапно поняла, что все, возможно, образуется и встанет на свои места. И что несчастной она себя не чувствует. Хотя обнаружить себя загнанной в угол обстоятельствами и собственными чувствами было не слишком приятно. В конце концов, я пока еще хозяйка самой себе. Наверное.

Она подняла на Дис залитое слезами лицо и отрицательно помотала головой.

— Ну вот. — удовлетворилась гномиха. — А теперь ответь мне еще на один вопрос, и обещаю, что отстану от тебя. — она хитро прищурилась. — Тебе ведь тоже небезразличен мой брат?

Гермиона снова залилась краской и, закрыв лицо руками, бесконечно закивала. Да, да, о, да...

Впервые за несколько месяцев Гермионе было тесно в Горе. После разговора с Дис она целый день пыталась подвести свои чувства к единому знаменателю, и кружила по лабиринтам коридоров и переходов, всеми силами избегая Торина. В какой-то момент, только чтобы не попасться ему на глаза, она даже скрылась в оружейной, приведя Двалина в шок и неуемное веселье своим испуганным внешним видом.

Ей везло, и с Торином она не столкнулась ни разу. К середине дня она немного успокоилась и, покончив с делами, отправилась в библиотеку к Балину. Тот обещал ей накануне подобрать несколько интересных книг.

Старый гном повел себя странно. Сначала на его лице отразилось изумление, потом он расцвел такой радостной улыбкой, что Гермиона насторожилась. Она честно пыталась читать, но внутренний раздрай возобновился с удвоенной силой. В конце-концов, неловко достав с полки книгу и по нечаянности завалив Балина свитками, она сбежала и из библиотеки.

Весь день она ловила на себе странно счастливые улыбки гномов, особенно ее друзей по отряду, которые, подобно Балину, расплывались на их лицах при одном взгляде на нее. Она отвечала вымученными полуулыбками, не понимая в чем дело, и уносилась прочь. Паника накрыла ее, когда ее бросились обнимать Фрина и Катрини, бормоча что-то радостное на кхуздуле, и она, не выдержав, кинулась наутек.

Она пронеслась по знакомой путанице переходов и вылетела под вечернее звездное небо через ту самую потайную дверь, которая привела отряд в Эребор. Гермиона вспомнила про нее, когда Торин отказался выпускать ее из Горы. Дверь открывалась изнутри гораздо проще, чем снаружи — в стене был рычаг.

Она прислонилась к прохладной каменной стене и, прикрыв глаза, с удовольствием вдохнула прохладный ночной воздух. Голова сразу закружилась, вечерний холод скользнул под тонкую ткань платья, выгоняя целый табун мурашек. Гермиона зябко поежилась и открыла глаза.

И охнула, увидев, что перед нею, сложив руки на груди и задумчиво разглядывая ее, стоит Торин. Она тут же почувствовала, как начинают гореть уши, и от души порадовалась наступившим сумеркам.

— Ты следил за мной, — утвердительно произнесла она, прижимая ладони к пылающим щекам.

— Да. Я просил не выходить из Горы в одиночку, — тихо сказал он. — Почему ты никогда не делаешь так, как я прошу?

— Наверное, потому, что я не люблю сидеть под замком. И в этом вопросе я не менее упряма, чем ты. — пролепетала Гермиона, пятясь от него. — К тому же, здесь нет никакой опасности.

— Тогда чего ты так боишься? — усмехнувшись, возразил Торин. — Неужели меня? Хотя, ты не так уж неправа, — вздохнул он. — Опасность есть везде, даже внутри нас самих.

Гермиона с усилием отлепила от гортани присохший язык.

— Я не боюсь тебя, — сказала она. — Мне нужно было выйти наружу, иначе я бы просто задохнулась. Сегодня все идет кувырком.

Торин подошел на шаг ближе и протянул ей руку.

— Подойди ко мне, — последовал тихий приказ, и Гермиона не нашла ничего лучше и подчинилась.

Рука Торина медленно поднялась, пальцы осторожно скользнули по ее щеке, любовно очерчивая контуры лица. Гермиона неосознанно подалась навстречу его ладони и успела заметить, как в глазах гнома мелькнуло тщательно скрываемое довольство. Он улыбнулся и обернул руки вокруг нее, прижимая спиной к своей груди.

— Ты каждую ночь приходишь под эти звезды, — услышала она его голос совсем близко. — О чем ты думаешь, когда смотришь на них?

— О том, кто я, — подумав, ответила она. — Последний раз я слышала свое прежнее имя из уст дяди Бильбо два года назад. Гермиона. С тех пор никто никогда меня так не звал. Собственно, кроме дяди и Гэндальфа, никто даже не знает, что прежде у меня было другое имя. И прежняя жизнь тоже была. Ведь мне не приснился Хогвартс? И Гарри, и Рон, и мои родители — все они были реальны?

Торин заставил ее повернуться и осторожно взял ее лицо в ладони. Несколько мгновений он пристально вглядывался в ее потемневшие глаза, потом улыбнулся, привлекая ее к себе.

— Ты поняла, что только что сказала? Прежнее имя. Прежняя жизнь. А здесь и сейчас выходит, что настоящая? Прислушайся к себе и скажи, каким именем ты сама себя называешь?

Вопрос был риторическим. Всезнайка Грейнджер погибла два года тому назад, упав в Арку Смерти.

И Гермиона вдруг поняла, что для того, чтобы этот жизненный паззл наконец сошелся, не хватает лишь одной маленькой детальки — ее самой. Не ее — Гермионы, а ее — Эмин, Радужной волшебницы Средиземья. И пустой квадратик этот находится здесь, в Эреборе, рядом с суровым гномьим королем.