Чтение онлайн

— Неделю назад я лично забирала мисс Незер от ворот твоего пансиона, Сильвия. Она села ко мне в коляску.

— Здесь какая-то ошибка, — заупрямилась женщина.

Джин и Эмилия с тревогой переглянулись.

— Давай я тебе её опишу, — нахмурившись, сказала синьора. — Это женщина лет тридцати, довольно высокая, но сутулая, худая, бледная, волосы тёмные, одевается невзрачно…

Миссис Споук жестом показала ей остановиться.

— Я поняла, о ком ты говоришь, Беатрис! Но эту даму зовут не мисс Незер, а… мисс Энви, вот как. И она уже неделю как от меня съехала.

— Мисс Энви? — с недоумением переспросила вдова Гарибальди. — Почему мисс Энви? Наверное, это какая-то другая особа!

Хозяйка пансиона пожала плечами.

— Это единственная женщина, которая подходит под твоё описание, Беатрис. Но она представилась как мисс Энви. Она прожила у меня почти три месяца и съехала.

— Когда точно это произошло? — отважилась на вопрос Эмилия.

Мисси Споук посмотрела на неё с лёгким неудовольствием — как на ребёнка, перебивающего взрослый разговор. Но ответила:

— Точно не скажу… Она никому не сказала, что уезжает. Просто я уже целую неделю её не видела. Её комната пуста. Но она оплачена до конца месяца, поэтому я пока никого туда не поселила — вдруг мисс Энви вернётся!

— Можно ли нам осмотреть эту комнату? — спросила Эмилия.

— Я присоединяюсь к просьбе, — сразу добавила вдова Гарибальди, прежде чем миссис Споук успела возмутиться и отказать. — Ты же понимаешь, что мы не замыслили ничего дурного, Сильвия?

Хозяйка пансиона заколебалась. Ей не хотелось пускать соглядатаев на свою территорию, но она не могла найти достаточно вескую причину, чтобы отказать своей давней знакомой.

— Хорошо. Но только в моём присутствии! — сказала она. — И я не хочу, чтобы вы осматривали личные вещи мисс Энви. Я даже себе такого не позволяю.

— Конечно, — милостиво согласилась синьора.

Все вчетвером они поднялись на второй этаж по лестнице из светлого дерева и остановились перед белой дверью с латунной цифрой 3.

— Мисс Энви занимает третью комнату, — пояснила хозяйка, как будто это не было понятно и так.

Она постучала — очевидно, на тот случай, если неуловимая мисс Энви каким-то образом ухитрилась проскользнуть мимо неё и вернуться в свои покои. Но на стук никто не ответил. Тогда хозяйка открыла дверь своим ключом.

Любопытным взорам предстала небольшая и очень уютная комната. В ней не было ничего лишнего, но всё несло на себе отпечаток элегантности и вкуса: и неширокая кровать тикового дерева с резной спинкой, и изящный туалетный столик, и фарфоровый умывальник в углу, и комод, украшенный накрахмаленной кружевной салфеткой. Однако комната выглядела покинутой: покрывало на кровати было смято, и на нём лежали небрежно брошенные перчатки; верхний ящик комода был криво выдвинут. Цветок герани на подоконнике выглядел поникшим: его уже несколько дней не поливали.

Эмилия нерешительно остановилась на пороге, но Джин прошла вперёд и схватила одну из перчаток, лежащих на кровати.

— Мисс, я не позволяю вам трогать личные вещи моей постоялицы! — тут же взъярилась хозяйка. Но Джин её не слушала.

— Это перчатки Анны Незер, — напряжённым тоном сказала Джин. — Ты их узнаёшь, Эми?

Эмилии казалось, что она узнаёт. У Анны Незер действительно были такие же светло-серые перчатки, но она не носила их с начала лета.

— Вы уверены, мисс Кэллаган? — вдову Гарибальди, похоже, тоже не очень-то заботила реакция давней соученицы, потому что смотрела она только на Джин — и на перчатки в её руке.

— Да, уверена, — Джин кивнула, — я уже давно обратила на них внимание, потому что… ну, они необычные. В Вайтберри такие не носят. Я ни у кого таких не видела. И ещё — видите вот это? — и она показала на какое-то вышитое с внутренней стороны перчатки клеймо, там, где ткань соприкасается с запястьем.

— И что это? — с жадным любопытством спросила Синьора. — Её инициалы?

— Это клеймо торговой марки «Бэль Флёр», — Джин выглядела растерянной. — Лондонского магазина, торгующего французскими перчатками, чулками и бельём. Это очень-очень дорогой магазин, — добавила она.

— Хочешь сказать, что это дорогие перчатки? — уточнила Эмилия.

— Просто ужас какие дорогие! — подтвердила Джин.

— Немедленно положите их на место! — вновь возмутилась миссис Споук, на глазах у которой происходило нечто очень похожее на попытку хищения чужого имущества.

Джин рассеянно положила перчатку обратно на кровать. Она, как и Эмилия, как и вдова Гарибальди, выглядела крайне озадаченной.

— Наверное, это какая-то ошибка… — Эмилии было досадно от того, что она единственная, кому неловко перед хозяйкой пансиона, столь любезно позволившей им взглянуть на комнату пропавшей гостьи. — Мы сейчас уйдём, миссис Споук. Мы вовсе не собирались…

— Здесь письмо! — воскликнула Джин. Она смотрела в верхний ящик комода.

— Да что с вами! Не смейте его трогать! — окончательно вспылила миссис Споук. — Кому бы ни было адресовано это письмо…

— Но оно адресовано нам, — возразила Джин, и взгляд ее лихорадочно блестящих глаз переместился на лицо подруги. — Оно адресовано тебе, Эмилия.

Конверт был подписан: «Мисс Эмилии Лестер».

Дорогая мисс Лестер!

Я сожалею, что мне приходится покинуть Вайтберри, не попрощавшись с вами, с мисс Кэллаган и с миссис Гарибальди. Вы, все трое, были невероятно ко мне добры. Встречи нашего Клуба в гостиной Земляничных Колокольчиков я запомню на всю жизнь, поскольку это было единственное время и место, где я чувствовала себя свободной и счастливой.

Прощайте, мисс Лестер. Не могу передать словами, как я благодарна вам за всё, что вы для меня сделали!

Анна

— Что я для неё сделала… — медленно проговорила Эмилия, передавая небрежно сложенный листок бумаги Джин. — А что я для неё сделала?!

Брови Джин сошлись к переносице, пока она читала письмо. Вдова Гарибальди протянула руку, сгорая от нетерпения:

— Ну, что там?

— Беатрис! — взвизгнула хозяйка пансиона. — Я вынуждена сказать, что не только эти юные особы, но и ты сама… в твоих летах… вы все ведёте себя недопустимо! Непозволительно! Я позволила вам заглянуть в комнату мисс Энви, но не позволяла заниматься… мародёрством!