Чтение онлайн

«Он что же, за дорогой следит? — подумал Райан, — что-то слишком разумное поведение для этих уродов».

Они поиграли в гляделки ещё немного и наконец Вестник не выдержал. С тихим гулом болт улетел в сторону здания и застрял в грудной пластине твари. Та даже не шелохнулась. Слишком велико было расстояние — снаряд потерял силу удара.

— А Ушедшие тебя побери, мразь! — Билмуш нервным движением скинул с себя сумку и обойму с арбалетными болтами, — сейчас, сейчас ты у меня!..

Он вскинул голову и увидел, что развоплотившегося больше нет в оконном проёме. А главное, Райан перестал его чувствовать. Он вытянул из-под ворота висящую на шее цепочку. Сжал в кулаке вдетое в неё кольцо с сапфиром, постоял так некоторое время и, не выдержав, заорал:

— Как же я вас ненавижу, ублюдки! Ничего, твари, погодите! Я вас уничтожу всех! Всех! А тебя, урод, я сейчас найду!

Его крики, отражённые эхом от стен древних многоэтажек, согнали прибрежных чаек, заставляя их присоединить и свои пронзительные недоумённый голоса в эту какофонию звуков.

5

Самоходный паровой фургон резко затормозил, повинуясь окрику мужчины в белом костюме, сидящему на облучке рядом с машинистом. Вся колонна, состоящая из двух самоходных фургонов и нескольких повозок, остановилась. Машинист, огромный низший орк, облачённый в кожаные штаны и бригантину, и сидящий рядом с ним напомаженный эльф, в синем костюме, переглянулись, а потом начали крутить головой по сторонам. Если Мастер останавливает колонну, значит, он чувствует что-то такое, что недоступно им. Но человек, лишь махнул рукой в сторону приближающихся от повозок старшин, будто отгоняя назойливых мух, и сказал:

— Да не крутите вы головёнками! Вы всё равно ничего не увидите, ибо слепы и глухи! И не можете разглядеть проявления опасной красоты мира, даже если эта красота ударит вас по макушке.

С этими словами он вскинул голову к небу, придерживая белоснежную шляпу. Все последовали его примеру и увидели лунный осколок, разрезающий мутную хмарь небосвода.

— Смотрите! Вот она истинная яростная красота природы, доступная каждому живущему в этом мире! Красота, которая может оборвать чьи-то жизни, но перед этим она озарит и наполнит сознание всякого лицезревшего её!

Бен Вайзир, Глава Братства «Возрождение», патетически воздел к небу затянутые в чёрные кожаные перчатки руки. Рукава пиджака чуть спали, оголяя браслеты ржавых наручников с обрывками цепочки. Никто из братьев не решился произнести ни слова, чтобы не сбить настрой Мастера. А он, некоторое время простояв в этой нелепой позе, наконец, опустил руки и сказал:

— Итак! Вот оно очередное регулярное послание Ушедших. Немногие способны его понять и принять. К счастью, я способен на это, правда, не все способны принять мои откровения.

Уже собравшиеся вокруг фургона братья наперебой начали кричать:

— Мастер, мы внемлем Вам!

— Поделитесь с нами своим откровением!

— Мастер, мы принимаем послания Ушедших, идущие через Вас!

— Тихо! — Глава Братства вскинул раскрытую ладонью к слушателям руку, — Откровения будут чуть позже! А сейчас…

Он прищурил глаза и обвёл взглядом всех столпившихся братьев.

— Неужели никто из вас, моих самых приближённых последователей, не почувствовал это? — Вайзир обернулся к сидящим позади него орку с эльфом, — Даже вы? Висалий? Корнелиус?

Те лишь опустили головы.

— Вы заставляете меня думать, что я зря потратил на вас свои силы и время.

Он интенсивно похлопал ладонью по макушке орка:

— Подъём, Висалий, подъём! Бери десяток сталкеров и дуй вон в том направлении. Если вы сами ещё не почувствовали, то я вам, никчёмам, так и быть, поясню. Там сейчас, возле точки входа в древнее метро, трутся трое стригоев.

— Мастер, Ваше обострённое восприятие всегда восхищает! Оно не имеет равных!

— Заткнись, Корнелиус. Ты ведь тоже мог почувствовать. Теперь пойдёшь вместе с этим, — Вайзир постучал пальцем по центру макушки орка, — Проследишь, чтобы он, вместе с группой не сбились с пути. Надеюсь, после моей подсказки ты уже сможешь самостоятельно не потерять ауру их присутствия?

— Я, никогда, Мастер!.. Вернее, я всегда…

Эльф смущённо что-то забормотал себе под нос. Глава Братства махнул рукой.

— Валите уже. Да, и одного развоплотившегося доставьте мне живым!

Группа сталкеров, ведомая Висалием и Корнелиусом, ушла к руинам древнего метрополитена. Вернулись они через час, верёвками волоча за собой связанную, но всё равно брыкающуюся тварь. Развоплотившийся беззвучно разевал усеянную игольчатыми зубами пасть, крутил лысой башкой с длинными острыми ушами, изломанными за время волочения. И хоть глаза стригоя, как и других видов развоплотившихся, были похожи на рыбьи, варёные, лишённые зрачков, Корнелиус почувствовал, что их взгляд остановился на Мастере. Он не раз уже наблюдал-чувствовал подобную картину — все развоплотившиеся, стоило им увидеть Главу Братства, уже не обращали внимания ни на кого другого.

Эльф знал, что сейчас произойдёт. Мастер решил размяться, выплеснуть пар. На Бена Вайзира временами накатывали приступы бешенства и горе тому, кто в этот момент попадался ему под руку. Сам Глава, наверное, понимая, что ничего не может с собой поделать, нашёл способ давать своему накапливающемуся раздражению выход. Вот, как сейчас. Он скинул с себя пиджак, оставшись в красной жилетке, поверх белой сорочки. Корнелиус, тут же оказавшийся рядом, передал ему кожаный фартук, а сам поспешил взять из его рук и пиджак и шляпу. Мастер неспешно подошёл к извивающемуся, распростёртому на асфальте монстру, на ходу завязывая узел фартука и закатывая рукава сорочки. Двое стралкеров, удерживавших в натяжении верёвку, разом отпустили её, хитрые узлы развязались и стригой вскочил на ноги, сбрасывая с себя остатки пут. Стригои, развоплотившиеся более двух метров ростом, невероятно худые и стремительные. Их нескладное, тощее чёрное тело всегда вызывало у Корнелиуса гадливую ассоциацию с пауками. Хотелось раздавить их тут же, как увидишь.

Несколько братьев направили на монстра заряженные арбалеты. Не то, чтобы в этом была такая уж необходимость, но Мастера нужно было подстраховать. Сам он, среднего роста, какой-то нескладный, в сравнении с развоплотившимся, нависающим над ним, впечатления не производил. Но стригой чувствовал, что с этим человеком нужно держаться настороже и атаковать не спешил. Он начал медленно кружить вокруг замершего Главы Братства «Возрождение», готовый в любой момент сорваться на стремительный росчерк широких когтистых лап. Но Вайзир опередил его.

Мастер одним прыжком сократил разделявшую их дистанцию и нанёс развоплотившемуся молниеносный удар ногой в живот, а когда тот согнулся от силы этого удара, сбил его мощным апперкотом. Монстр упал, а Вайзир запрыгнул ему на грудь и принялся яростно молотить кулаками по оскаленной морде. После первых же ударов руки стригоя, метнувшиеся было к телу человека, безвольно опали. Корнелиус почувствовал, что тварь оглушена и деморализована, хоть и не потеряла сознания — развоплотившиеся просто не могут этого делать. А Мастер методично превращала голову стригоя в чёрное кровавое месиво.

— Изувеченная душа твоя никогда не увидит свет Ушедших! — вещал он, — Никогда не почувствует благодати! И не познает благости исцеления! Но я могу лишь отпустить грехи твои рукой своей и отправить тебя на Их суд, жалкое создание!

Дзинк-дзинк-дзинк — вторили каждому его слову обрывки цепочки наручников.

Голова монстра, под ударами Вайзира, треснула и во все стороны полетели зубы, осколки черепа и сгустки мерзкой слизи. Культист, в каком-то яростном исступлении, буквально размолотил морду твари в кашу. Потом он, тяжело дыша, поднялся и ещё несколько раз пнул агонизирующее тело, продолжающее конвульсивно дёргать конечностями. К Мастеру поспешил подойти Висалий. В руках орк держал влажное полотенце. Вайзир кивком поблагодарил, скинул заляпанный фартук и принялся обтирать руки. Тут взгляд его остановился на правой перчатке.